# Молниеносный бросок

Inkwell, Sugar Plum

Однажды тёмным ненастным вечером, пережив серьёзное падение, Рэйнбоу Блитц оказывается на попечении своего верного друга Берри Баббла. Два юных жеребца пускаются в путь, полный весёлых экспериментов и открытий.

Источник

## Молниеносный бросок

Рэйнбоу Блитц сел на землю и тяжко вздохнул, глядя на паривший вдалеке Клаудсдейл. Над его головой висели тёмные грозовые тучи, рокотавшие низкими голосами, и поливали пегаса плотным ливнем. Здравый смысл говорил ему, что надо поскорее найти крышу, пока он совсем не промок, но сегодня он считал, что заслужил промокнуть до последней шерстинки. Дождь просто напоминал ему то, что он уже знал. Он был неудачником... бестолочью... Поднявшись, Блитц молча побрел назад к Понивилю. Предстояла долгая прогулка... но Блитц после такого дня вообще не заслуживал права летать.

* * *

Берри Баббл весело скакал по кухне “Сахарного Уголка”, разгоняя дождливую хандру запахом свежей выпечки. Судя по тому, какими тёмными были тучи, дождь ещё не скоро собирался останавливаться. Зато в такой день никто особенно не будет приходить, а значит, Берри мог заниматься чем хочет, и весь дом был в его полном распоряжении. Звякнул таймер, и Берри, метнувшись розовой молнией, взял ртом прихватку и вытащил из духовки противень с печеньем, которое готовил. На губах у него выступила капелька слюны и тут же впиталась в прихватку: одного запаха свежевыпеченных печенек всегда было достаточно, чтобы у праздничного пони заурчало в животе.

В тот момент, когда он высыпал печенье на тарелку, чтобы оно остыло, Берри заметил что-то в хмурой полутьме за окном. На фоне тёмного неба и грязной сырой дороги был чётко виден небесно-голубой пони, медленно бредущий по улице.

— Ууу... — печально протянул Берри, прижавшись носом к окну. — Ему там так грустно. Никто не должен ходить по улице в такой дождливый день!

Преисполнившись новой решимости, Берри подбежал к двери и широко распахнул её. В пекарню тут же ворвалась плотная стена дождя, вмиг вымочив и дверной коврик, и гриву розового пони. Он едва мог открыть глаза от бивших в лицо капель, но зато теперь, глядя не через окно, он мог увидеть, что грустный пони, которого он заметил, был не просто каким-нибудь пони, а лучшим летуном в Понивиле и самым лучшим-прелучшим другом Берри.

— Бли-итц! — крикнул он, стараясь перекричать шум дождя. — Чего делаешь!?

Вымокший до шерстинки пегас глянул в сторону "Сахарного Уголка" и нахмурил брови. Ещё не хватало, чтобы Берри Баббл докучал ему своей неуёмной гиперактивностью. Он, конечно же, начнёт задавать всякие вопросы, на которые Блитц всё равно не захочет отвечать. Он тяжело захлопал мокрыми от дождя крыльями и поднялся в воздух. Надо было найти место, где он сможет побыть один и никто не будет смотреть на его жалкую морду.

Набирать высоту не очень-то получалось, но это его не останавливало. Крылья и спина болели от напряжения, и едва он сумел подняться над крышами соседних домов, как вдруг глаза ему резанула ослепительная вспышка, а по ушам ударил раскат грома. Блитц сорвался в пике и полетел вниз, отчаянно пытаясь проморгаться, но тут...

ХРЯСЬ!

Юный пегас врезался прямо в оставленную кем-то телегу. Среди треска расщепляющегося дерева Блитц различил хруст ломающейся воздушной кости, и в ту же секунду все звуки в его голове заглушила ужасная боль, немилостиво скакавшая вверх и вниз по спине. Блитц взвыл, своим рёвом перекрывая шум дождя.

Это был Худший. День. В ЖИЗНИ!

Блитц начал брыкаться и бить ногами наотмашь от злости, боли и унижения. Во все стороны полетели бесчисленные щепки и обрывки ткани. Всё теперь лишилось смысла. Весь мир мог пойти и провалиться в тартарары. Впрочем, приступ ярости закончился так же быстро, как и начался. Блитц устал, очень устал… Пегас бесцеремонно распластался на земле, грудь его тяжко вздымалась, ноги вздрагивали от судорог. Блитц старался держать глаза открытыми, чтобы дождь заливал их, застилая взгляд мутной пеленой. Боль уже разлилась по всему его телу, и теперь всё, что оставалось делать — это закрыть глаза и дозволить мрачному, безотрадному миру убаюкать его, погружая в тяжкий, беспокойный сон.

* * *

Рэйнбоу Блитц скользил над верхушками сосен на головокружительной скорости, наслаждаясь ощущением полёта. Дивный запах хвои щекотал ноздри молодого пегаса. Он засмеялся и завопил от радости, выделывая петли и виражи, наслаждаясь каждой секундой этой самой лучшей из всех свобод. Но вот внезапно он начал падать, набирая обороты в крутом штопоре.

Блитц резко вскрикнул, подскочив на постели, и его правое крыло тут же пронзила жгучая боль. Пегас завалился набок, скатился с постели и с громким стуком упал на пол. Кое-как перевернувшись на живот, Блитц огляделся, пытаясь понять, куда же его занесло. Он был в какой-то комнате, и её обстановка тут же напомнила ему про...

— Блитц! Что ты делаешь, глупая твоя голова? Тебе ещё нельзя вставать с постели!

Прямо рядом с Блитцем, склонившись над ним, стоял Берри Баббл. Розовый пони смотрел на него с искренней тревогой, смешно оттопырив нижнюю губу.

— Б-Берри? Какого сена со мной произошло? — спросил Блитц, пытаясь встать, но очередной укол боли заставил его снова растянуться на полу. — Ох... как я сюда попал?

— Ты пытался улететь, а потом вдруг слышу — ты кричишь, — ответил Берри необычно тихим и спокойным голосом. Его всегда такие весёлые глаза были полны тревоги, когда он помогал Блитцу лечь обратно в постель. — Я нашёл тебя без сознания посреди площади в каких-то обломках и решил, что ты опять сломал крыло. Вот я и принёс тебя сюда, а потом... взялся тебя перевязать. Я хотел позвать врача из больницы, но потом вспомнил, как ты их не любишь после прошлого раза.

— О, эм... спасибо, Берри, — сказал Блитц розовому земному пони. Пока тот помогал ему устроиться поудобнее, он бросил краткий взгляд на своё крыло и обнаружил, что оно и вправду перевязано, да притом на удивление умело. — Где ты научился так перевязывать раны? — спросил он.

— О, это всё Паунд Кейк... он каждую неделю на что-нибудь налетает, так что я хорошо наловчился его перевязывать, когда Кейки слишком заняты, — сказал Берри. Затем он улыбнулся одной из своих придурковатых улыбок и пропел: — Угадай, что я готовлю-ю-ю?

— Суп?

— Как ты догадался? — искренне удивился Берри, склонив голову набок.

— У тебя сельдерей из гривы торчит. Ты иногда такой неряха, — сказал Блитц, натягивая на себя одеяло. — Сельдерей кладут только в суп.

— Ой! — Берри вытряхнул кусок сельдерея из гривы и ловко поймал его ртом, прежде чем тот успел упасть. — Ммм, хрустенько! — произнёс он, жуя листок.

Блитц усмехнулся, хоть и не мог сказать, что именно его развеселило. Просто Берри каким-то странным образом заставлял всех вокруг улыбаться, пусть иногда и казался таким надоедливым.

— Как так вообще получилось, что ты шёл под проливным дождём совсем один, Блитц? — спросил Берри, склонив голову набок. — Я думал, что ты ве-е-есь день будешь в тренировочном лагере Вондерболтов в Клаудсдейле!

И с этим все остатки хорошего настроения, что ещё оставались у юного летуна, исчезли. Воспоминания о том, что случилось сегодня, разом навалились на него.

Как горд он был, что летит рядом со Спитфайр.

Какие эпичные трюки они делали вместе.

И... как же обидно было врезаться прямо в него, направив их обоих в группу ничего не подозревающих Вондерболтов.

И эта секундная ошибка поставила крест на всей его надежде когда-нибудь оказаться среди самых элитных летунов Эквестрии.

— Ничего... ничего не случилось, — тихо проговорил Блитц, опуская глаза. — Так же, как и я... ничто...

— Блитц, ты не ничто... ты мой самый лучший-прелучший друг в мире...

— Заткнись, Берри... не надо мне врать...

— Но я не вру, Блитц...

— Я сказал заткнись, Берри!

— Блитц, я...

Блитц повернулся и зло посмотрел на него глазами, полными слёз.

— Заткни пасть! — выкрикнул он.

Бери тихо вздохнул и сказал:

— Хорошо... Я заткнусь...

На какую-то долю секунды грива Берри поникла и его кудряшки начали распрямляться. Однако, прежде чем он успел превратиться в полноценного Беррисуайнера, из кухни внизу донёсся звонок таймера, и Берри тут же подскочил как ни в чём не бывало.

— О-о! Суп готов! Щас вирну-у-усь!..

Говоря эти слова, Берри развернулся и резво ускакал из комнаты. На лестнице послышался затихающий стук его копыт.

Блитц вздохнул и откинулся назад, больно ударившись головой о спинку кровати. Ему было стыдно так срываться на Берри. В конце концов, он же просто хотел помочь. Можно было хотя бы попытаться не огрызаться.

— Открой ротик, покормим твой животик, Блитц!... — послышался голос с лестницы, а в следующий момент розовый пони появился из дверей.

На голове у него стоял поднос, подпрыгивавший при каждом его шаге. Удивительно, но суп ни разу не пролился, даже когда Берри буквально бросил поднос на кровать. Розовый пони подтолкнул его поближе к Блитцу.

— Кушай! — хихикнул он. — Я гарантирую, что тебе сразу же станет лучше, как только у тебя будет тепло и уютно внутри.

Блитц опустил взгляд на суп. Пахнул он и правда замечательно, но у Блитца сейчас просто не было желания есть.

— Я... не очень голоден, Берри.

— У-у, ну давай. Тебе нужно поесть, чтобы твои крылья смогли выздороветь, — сказал Берри, выставляя суп на прикроватную тумбочку. — Ну же, Блитц, одну ма-аленькую ложечку.

— Я не хочу его.... — сказал Блитц недовольно. Он поглядел на миску и принюхался. Блин, как же вкусно пахло... Но Блитц всё равно вздохнул и сказал: — Я не хочу супа...

— Ну что ты как маленький, Блитц, — сказал Берри и хихикнул. — Это же просто суп.

— Берри, я не... я не маленький! — ответил Блитц, слегка нахмурившись.

— А ноешь совсем как маленький... ну же, попробуй хотя бы морковку!

Берри взял в зубы ложку и выловил из миски большой кусок моркови. Умело балансируя им на ложке, Берри подошёл ближе к Блитцу.

— Берри, стой! Я не  буду это есть! Особенно когда ложка у тебя во рту! — Блитц постарался отодвинуться подальше.

— Неа, ты должен съесть эту морковку, а не то я потащу тебя прямо в больницу! — произнёс Берри сквозь сжатые зубы. Продолжая балансировать изо всех сил, он поставил переднюю ногу на кровать. — А теперь открывай рот, Блитц! Чух-чух, приехала морковка!

— Берри, хватит! Я... Ай! Осторожней!

Забираясь на постель, Берри оступился и с криком полетел вперёд. Ложка с морковкой отлетели в сторону, а сам он повалился на Блитца, и они оба растянулись на постели.

Глядя на друга широко раскрытыми глазами, Блитц чувствовал, как всё больше и больше краснеет. Несколько секунд два жеребца просто лежали, не в силах оправиться от шока. Но дело было не в морковке и даже не в падении, а в неожиданном, совершенно нечаянно получившемся у них поцелуе. Немного отодвинув голову назад, Блитц приоткрыл рот, чтобы что-нибудь сказать, но не нашёл слов. К его полному изумлению... слов не мог найти и Берри.

— Э-э...

— Ой, мамочки! — выпалил Берри, краснея как помидор. — Прости меня, Блитц, подожди, давай я встану и...

Розовый пони дёрнулся с постели, но где-то во время их внезапной близости он успел запутаться в простынях и теперь барахтаясь упал на постель.

— Ой-ёй.

Блитц решил воспользоваться этой возможностью, чтобы сгладить неловкость и, сев на постели, стал помогать другу выпутаться из простыней.

— Посиди смирно; если будешь так дёргаться, запутаешься ещё больше.

— Оки-доки-локи.

Молодой пегас провёл копытами по бокам Берри, освобождая его от простыней. Те хоть и были мягкими, но им было никак не сравниться с шёрсткой розового жеребца. Гладкая, тёплая, шелковистая... Блитц не решался поднять взгляд на Берри, даже когда ему пришлось пересесть поближе, чтобы распутать друга до конца. Копыта пегаса спускались всё ниже и ниже, бессознательно отмечая каждый мелкий изгиб тела юного жеребца, пока не достигли бёдер. Блитц замер, когда копыта аккуратно легли на оба бедра, и начал медленно отводить их назад, но голос друга остановил его:

— Блитц?

— Эм... да, Берри?

— Ты не мог бы... продолжить делать это? То есть, эм...

— Берри...

— Не надо, если не хочешь, — тихо проговорил Берри, глядя в сторону. — Просто это... довольно приятно...

Блитц вздохнул, снова положил копыта на его фланки и начал медленно гладить их сверху вниз.

— Знаешь... если ты хоть кому-нибудь расскажешь про это... я тебя пришибу.

— О, Блитц... я обещаю... я никому не скажу, — тихо проговорил Берри, медленно вытягиваясь на боку, и положил голову на передние копыта.

Блитц продолжил гладить фланки Берри, время от времени задевая его бока. Чем дольше он это делал, тем больше замечал, до чего же на самом деле жилист был его друг под слоем детского жирка. Незаметно для себя Блитц начал подниматься от фланков и боков Берри выше — к его груди. Копыта пегаса плавно огибали контуры мускулов розового пони, тихо ворочавшегося перед ним. Только коснувшись его живота, Блитц наконец понял, что же на самом деле он сейчас делает. Спешно отдёрнув копыта, он почувствовал, как его щёки вновь запылали. Берри Баббл лежал перед ним на спине, закрыв веки и мерно дыша. Медленно обводя розового пони взглядом, Блитц всё яснее замечал, как быстро бьётся его сердце.

— Берри? Чт.. что мы делаем?

— Можем прекратить, если хочешь, — прошептал тот, открыв один глаз и посмотрев на Блитца. — Я не против. Но ты можешь продолжить меня изучать... Я тоже не буду против.

— А вот я не знаю, Берри. В смысле... Я... Гх... АГХ!

Блитц вздрогнул и откинулся назад от боли, пронзившей его крыло, которое нечаянно развернулось во время его изысканий. Рухнув рядом с Берри, Блитц вздохнул и произнёс:

— Ну вот, наверное, это и всё.

— Хм, не обязательно. Вот... ты же меня поизучал, верно? — спросил Берри, перевернувшись набок и оперевшись головой на копыто.

— Эм, да... — ответил Блитц, всё ещё краснея при одном воспоминании об этом.

— Ну... а что если я теперь поизучаю тебя?

Блитц набрал в грудь побольше воздуха и произнёс:

— Я... я не знаю, чувак. По-моему...

— Ой, да ладно, Блитц! Запомни, всё, что случится в этой комнате, в ней и останется.

— Я знаю, просто я...

— Блитц, клянусь клятвой Берри Баббла, что я никому ничего не скажу. А если скажу... то съем целую гору горелых кексиков Эплбака. Идёт?

— Ну... Ладно, пожалуй, идёт... — Он чуть улыбнулся, увидев, как глаза Берри сразу же загорелись. — Ну и как мне... на боку?

— Хм, как насчёт на животе? — предложил Берри, садясь прямо

— Ну ладно. Только будь поосторожней с крыльями, лады? — Блитц вздохнул, переворачиваясь на живот, и положил голову на подушку.

— Оки-доки-локи, — сказал розовый пони, садясь позади него. — Я буду супер-пупер осторожен.

Блитца это нисколько не успокоило. Берри никогда не слыл особенно аккуратным, так что пегас не сомневался, что всё это кончится для него очередными страданиями. Затем он внезапно почувствовал тяжесть розового пони на своём крупе. Но прежде чем он успел прикрикнуть на него, он ощутил, как что-то тёплое прикасается к чувствительной ложбинке между его крыльев.

— Э, Берри... — выдохнул он, мгновенно расслабляясь всем телом.

Розовый жеребчик, едва касаясь, водил носом по тому месту, вдыхая его запах, сдобренный ноткой аромата дождевой воды.

— Блитц, ты приятно пахнешь... — прошептал он.

— Б-Берри, я н... я не знаю, стоит ли тебе так делать, чувак, — произнёс Блитц, слабо дрожа. — Серьёзно, чувак... я... я тебе такого не делал...

— А хотел бы?

— Ч... чего?

— Может быть, тебе было когда-нибудь любопытно… ну, как я пахну? — Голос Берри прозвучал совсем тихо, чуть громче шёпота. — Нет ничего плохого в том, чтобы признаться, что ты этого хотел, Блитц. Это не сделает тебя менее крутым... вообще-то, я думаю, это сделает тебя даже круче.

— Я и так крут... — ответил Блитц и недовольно заворчал, когда Берри продолжил водить носом между его крыльев. — К-крутейший пони во всей Эквестрии...

— В самом деле? — хихикнул Берри. — Ммм, если ты правда так крут, тогда скажи мне правду, Блитц. Ты бы хотел узнать, чем я пахну?

— Я... нет, т-т... то есть...

— Скажи-И-и-и! — Берри снова захихикал. — Скажи, а то я сделаю кое-что... хм... странноватое...

— Берри, нет, я ничего не буду говорить. И это не делает меня менее крутым. К тому же, я не боюсь, чего бы ты там ни сделал...

— О, правда? — Берри погладил копытом бок Блитца. — Глупый же ты пони... — Он снова провёл носом по местечку между его крыльями и прошептал: — А может и стоило бы... — Внезапно Берри высунул язык и провёл им прямо между крыльев.

— БЕРРИ-И-И-И! — завопил Блитц, выпучив глаза, и невольно брыкнул задними ногами. Берри подлетел в воздух и снова плюхнулся на спину пегасу. — Гах!

Берри со стоном сел у него на спине и захихикал, раскачивая головой из стороны в сторону, как будто она у него кружилась.

— Ух ты... не ожидал такого! Было здорово!

— Слазь с меня!

— Не-Е-ет!

Берри наклонился и лизнул то же самое место, но в этот раз Блитц уже был начеку. Пегас снова взбрыкнул и скинул Берри набок. Блитц попытался поймать его, но розовый пони оказался проворен и успел вывернуться в последнюю секунду. Двое жеребцов возились по постели пару минут, пытаясь друг друга перебороть, но ни тот ни другой не мог взять верх. Если Блитц хотел унять Берри и не на секунду или две, то надо было придумать что-то... хитрое. Он позволил Берри на мгновение взять верх и прижать его к постели, а затем издал резкий вскрик, будто бы от боли:

— Ай!..

— Блитц?

— Ммм, крыло...! — застонал он. “Давай, Беррья Башка, клюй на приманку...”

— Ой, мамочки, я не хотел... — Едва Берри выпустил его от испуга, Блитц прекратил притворяться и сделал свой ход. Одним быстрым движением он перевернул их обоих, и теперь уже Берри был крепко прижат к постели, а он сидел сверху.

— Ха, попался, Беррья Башка! Теперь ты в моей власти! Ну, и что ты будешь делать, а? Ничего? Именно! Потому что я — Рэйнбоу Блитц! Меня никому не одолеть! — похвалялся Блитц, пыжась от гордости.

— Ага, ты победил, Блитц... — захихикал Берри, ворочаясь под голубым жеребцом. — И что теперь?

— Теперь я... эм... буду мстить!

— Хи-хи-хи, оки-доки-локи! И как же ты будешь мстить?

— Я... хм...

Блитц поглядел на прижатого к постели Берри и подумал о позе, в которой они находились. Блитц сидел у него на груди, прижимая ногами его передние копыта к бокам.

— Я буду...

У Блитца возникла идея, но... стоило ли это делать? Опять же, после всего, что тут было... почему бы и нет? В конце концов, это ведь останется секретом... Немного сместившись вперёд, Блитц ухмыльнулся и произнёс:

— Я буду... тыкать яйцами тебе в лицо!

— Что? Ффу-у! Нет, только не э-э-это! — заныл Берри и снова начал извиваться в знак протеста. — Нет, нет, нет!

— Ага, именно это и сделаю, — сказал Блитц, сдвигаясь ещё вперёд. Он хмыкнул и добавил: — Расскажешь потом, пахнут ли они дождём.

С этими словами он резко подался вперёд и сунул мошонку прямо в лицо Берри.

— Мммф! Хмф, хмф!!! — замычал Берри, извиваясь и пытаясь вывернуться. Однако даже теперь его старания казались какими-то вялыми. Казалось, он пытается сделать вид, что хочет отбиться, но прилагает недостаточно усилий, чтобы это выглядело правдоподобно. В сущности, чем больше он сопротивлялся, тем больше Блитц замечал, как неубедительно он себя ведёт.

Вместо того, чтобы уклоняться, Берри как будто стремился прижаться носом к мошонке Блитца. Вместо попыток сказать что-нибудь Блитц время от времени чувствовал прикосновения языка, которые, надо сказать, оказались довольно приятными. После того как прошла минута или две, Блитц заметил, что Берри уже даже не пытается делать вид, что сопротивляется.

— Берри?

— Ххмф?

— Тебе ведь это нравится, да?

— ...Мм-хмм...

Блитц вздохнул и слез с Берри обратно на постель.

— Слушай... Я не буду врать, что это не было по-своему... приятно... но я просто не уверен, что смогу сделать то, что ты хочешь.

Берри перевернулся на живот и встал.

— Блитц... Я, э... хм... — Розовый пони задумчиво потёр подбородок, а затем спросил: — У тебя когда-нибудь было такое странное щекочущее чувство в животе, когда ты рядом с кем-то?

— Берри, я...

— То есть, такое забавное чувство, которое бывает, когда ты со своим другом... только не такое же как с другими друзьями. Понимаешь, о чём я?

— Берри, слушай, я просто...

— Потому что... у меня бывает такое чувство каждый раз, когда я с тобой, Блитц... Я просто хотел спросить, не было ли у тебя такого же чувства, когда ты с кем-нибудь рядом?

— Да во имя Соляриса, Берри, заткнись хоть на секунду! — крикнул Блитц и, сложив копыта на груди, отвернулся в сторону. На секунду воцарилась тишина.

Потом послышался стук копыт. Блитц поднял глаза и увидел Берри в каких-то дюймах от себя.

— Блитц... Мне... Мне кажется, я тебя люблю...

Блитц глубоко вздохнул и прошептал:

— Берри... иногда ты бываешь самым доставучим пони, какого я только встречал... ты выводишь меня из себя... я не раз прятался от тебя, когда ты хотел пойти поустраивать вместе со мной приколы. И хотя ты знал это, я... всё равно… тебе нравлюсь... — Пегас раздражённо застонал и произнёс: — Но... почему?

— Я же говорю тебе, глупый ты пони, ты мой самый лучший-прелучший друг во всём мире! Нет никакой другой причины... ну, кроме вот этой самой! — ответил Берри и радостно улыбнулся Блитцу.

Блитц снова вздохнул и пробормотал:

— Эй, Берри?

— Д-Да, Блитц?

— Просто заткнись, — сказал тот, а затем наклонился вперёд и прижался губами к губам розового пони. Прервавшись после короткого поцелуя, он добавил: — Хоть раз в своей жизни, Берри... заткнись на пару секунд и просто плыви по течению...

Прежде чем Берри успел вставить хоть слово, Блитц протянул к нему копыта и увлёк его в очередной поцелуй.

С минуту два пони просто стояли в объятиях друг друга. Рэйнбоу Блитц вёл поцелуй, но Берри смаковал всё, что мог предложить ему друг. Вскоре, однако, Блитц отстранился и произнёс:

— Слушай... Я согласен попробовать. В смысле... кто не рискует, тот не пьёт шампанского, верно? — Он сделал глубокий вдох и добавил: — Только... два правила. Первое... мы делаем это только на пробу... и второе... мы будем делать это правильно.

— Окей, Блитци-Витци, — сказал Берри, хихикнув, и наклонился за ещё одним поцелуем.

Блитц фыркнул и уклонился от него:

— Ладно, три правила. Не называй меня больше так, окей? Это слишком по-девчачьи звучит и, будем смотреть правде в глаза, девчонка тут ты.

— Вот и нет! — возразил Берри, делая обиженное лицо. — Пфф, да ты большая девчонка, чем я!

— Что? Пфф, я не розовый!

— Розовый — ещё не значит девчонка, — ответил Берри и высунул язык.

— Нет, но те миленькие постанывания, которые ты издавал, когда я тыкал яйцами тебе в лицо, очень даже значат, — ухмыльнулся пегас.

— Я не постанывал! Ну и злюка же ты!

— Ещё как постанывал, мелкий лгун! Тебе это нравилось...

— Пфф, и что? Ладно, я буду девочкой... но... тогда тебе лучше бы сделать что-то потрясное, а то к утру у тебя не только крыло будет болеть.

— Тебе со мной не справиться, — ухмыльнулся Блитц. — Так, теперь... — Блитц обхватил Берри за шею и утащил праздничного пони за собой на кровать. Крепко прижав его спиной к постели, Блитц начал глубокий долгий поцелуй, вдумчиво изучая рот Берри языком. Как он и сказал, если они собираются сделать это, они будут делать это правильно.

Берри с радостью отдался Блитцу и его на удивление чуткой заботе. Какого бы мачо ни строил из себя пегас, он мог быть по-настоящему любящим, когда хотел это показать. Берри гладил Блитца по бокам,  наслаждаясь ощущением тугих мускулов, прорисовывающихся под шерстью. Он был замечательно сложён и крепок, а его шерсть оказалась на удивление мягкой и гладкой от ежедневного парения среди облаков. И это не говоря уже о запахе...

Внезапно Берри покраснел, чувствуя, что что-то упирается ему в живот. Конечно, он ожидал, что так будет, но всё равно это случилось как-то неожиданно для него. Вытянув задние ноги по обе стороны пегаса, Берри тихо и трепетно застонал, чувствуя, как твердеющий член Блитца трётся о его ”капюшончик”. А затем пришло это чудесное чувство плоти трущейся о плоть.

Блитц оторвался от губ Берри, тяжело дыша, и глянул на зарумянившегося земного пони, не прекращая раскачиваться вперёд-назад.

— Хмм, тебе нравится?

Берри смог только кивнуть в ответ. Блитц ухмыльнулся, опустил взгляд и рассмеялся:

— Вот ещё одна причина, почему ты девочка, Берри... У меня длиннее!

Берри хныкнул и пробормотал:

— Ну и злюка же ты, Блитц...

Впрочем, посмотрев вниз, он не мог не согласиться с пегасом. У Берри был вполне достойный размер, даже немного побольше среднего, но Блитц запросто уделывал его что по длине, что по обхвату. Берри с трудом мог отвести взгляд от этого зрелища: то, как он скользил вдоль его собственного ствола, и капелька смазки, выступившая на конце. Не успев даже задуматься об этом, он высунул кончик языка и провёл им по губам. Это не ускользнуло от внимания Блитца.

— Хех, нравится вид? Что ж, мне не в чем тут тебя упрекнуть. — Затем он широко улыбнулся и добавил: — Лизни его.

— Чт-Что? — опешил Берри, очнувшись от наваждения и глядя Блитцу в лицо.

— Что слышал, Беррий Зад. Лизни его. Я знаю, что ты этого хочешь. Блин, да у тебя уже слюнки текут, — ответил Блитц, протягивая копыто и придерживая земного пони за затылок. Осторожно переступая по постели, он поднёс свой член к самым губам Берри. — К тому же, надо же нам где-то взять смазку.

Чуть помедлив, Берри высунул язык и провёл им по кончику члена Блитца. Юный пегас резко втянул ртом воздух и содрогнулся в наслаждении. Берри захихикал, заметив это:

— Кому-то нравится, когда его там лижут...

— Всем нравится... — прошипел Блитц. — Не отвлекайся...

Розовый жеребец продолжил свои дразнящие лизания, хихикая каждый раз, когда Блитц начинал стонать.

— Х-хватит дразнить...

Пегас дёрнул крупом вперёд, и его член оказался прямо между улыбающимися губами Берри. Розовый пони на секунду замер, ошарашенный внезапным напором, но затем начал нежно сосать. Чувствовать, как член Блитца вздрагивает и пульсирует во рту, было просто изумительно, хотя и не совсем ясно почему. Вскоре он уже с усердием двигал головой и приподнял её над постелью, чтобы держать во рту столько Блитца, сколько возможно.

— Да-а... вот так... — промычал пегас, держа голову Берри передними копытами. — Самое то..

Он поглядел вниз и увидел, что розовый пони смотрит на него сверху вниз. Выражение его глаз было просто идеальным. Всё, что он хотел, это угодить ему.

Берри ещё больше поднял голову, напрягая шею, но это его не беспокоило. Теперь вся длина Блитца была у него во рту, и мошонка пегаса грубо упиралась в его подбородок. Поддерживать хороший ритм теперь было сложно, так что розовый жеребец начал делать единственное, что пришло ему на ум. Он начал сглатывать.

Блитц вскрикнул и ещё крепче сжал голову Берри. Даже если тому было больно, он не очень-то возражал.

— Берри!.. — промычал пегас. — Я...!

Берри запрокинул голову назад, выпуская член изо рта.  Розовый пони тяжело дышал, хватая ртом воздух, в котором так долго себе отказывал.

— П-прости, Блитц. Я, эм... увлёкся.

— Да не, всё было клёво, чувак. Просто офигенно, — сказал Блитц, слезая с постели. — Ну, а теперь самая интересная часть. Переворачивайся на живот и задирай эту пушистую метёлку, которую называешь хвостом.

— Эм... вообще-то... можно я останусь на спине? Так довольно уютно и... и я, пожалуй, хотел бы смотреть на тебя, когда ты, эм... ну ты понял, — ответил Берри, устраиваясь поудобнее.

— Когда я буду трахать твою девичью попку? — спросил Блитц, фыркнув от смеха. Он сделал круг глазами, улыбаясь, и добавил: — Ну ладно. Лежи там, пока я буду занимать позицию.

Блитц снова запрыгнул на постель и встал над Берри между его разведённых задних ног. Потребовалась пара минут неловких ёрзаний, но вот наконец Блитц почувствовал, что его головка прижалась точно к дырочке Берри. Тот, в свою очередь, немного дрожал. Должно быть, волнуясь перед первым разом, как предположил Блитц.

— Готов, Беррий Зад?

Берри кивнул, сделал глубокий драматический вдох и задержал дыхание.

Блитц хмыкнул, затем приготовился и резко подался вперёд.

Берри вскрикнул, прикусив губу. Блитц сумел вогнать внутрь головку вместе с парой дюймов ствола, но натяжение всё равно было сумасшедшим. Крепко зажмурившись, Берри тихо хныкнул, чувствуя, как Блитц продвигается в него ещё на один дюйм. На глазах у розового пони выступили слёзы. Ему было больно, и он уже не был так уверен, что выдержит. Может быть, это всё-таки была пл...

От неожиданности Берри раскрыл глаза и чуть покраснел, почувствовав, как губы Блитца прижимаются к его губам. Этот поцелуй нисколько не вязался с обычной бравадой пегаса. Он был лёгким, нежным, любящим. Он не был страстным, но он успокаивал. Глаза Блитца были закрыты. Он медленно приоткрыл один и посмотрел на Берри. Взгляд его как бы говорил: “Всё будет хорошо. Доверься мне”. Всё напряжение в теле Берри тут же прошло. Он обнял передними копытами шею пегаса и прижал его к себе. Затем, ещё даже не заметив этого, Блитц вошёл в него до самого основания.

Прервав поцелуй, пегас прошептал:

— Видишь? Было не так уж и плохо. Ты такой узкий Берри... это так приятно. Скажешь, когда будешь готов, окей?

— Да, Блитц, — прошептал Берри, закрыл глаза и расслабился, позволив телу привыкнуть к толщине пегаса. Он испустил долгий вздох блаженства, чувствуя, что начинает различать каждую вену на пенисе Блитца. Он словно бы сидел в нём как влитой. Будто... будто бы он был создан для того, чтобы быть там. Берри хихикнул своим глупым мыслям. — Оки-доки-локи.

— Значит ли это, что ты готов? — спросил Блитц, погладив Берри носом по щеке. — В смысле, ты точно в этом уверен?

— Мм-хмм. Я готов, Блитци, — сказал Берри, снова хихикнув. — Только смотри не сломай меня.

— Не обещаю, — сказал со смехом Блитц, — потому что я собираюсь раздолбить тебя.

Блитц отклонился назад, так что почти весь член выскользнул из Берри кроме самой головки, а затем с силой вошёл в него снова, почти до самого основания. Пегас навострил уши, прислушиваясь к болезненному, но довольному стону Берри. Он был коротким, резким и звучал как музыка для ушей Блитца. И эту музыку пегас хотел слушать ещё и ещё. Снова отклонившись назад, он сделал ещё один сильный рывок вперёд.

Такой медленный темп продолжался лишь пару минут. С каждым рывком Блитц понемногу ускорялся, и вскоре его мошонка ритмично шлёпала по заду Берри, а розовый пони вовсю стонал от блаженства. Комната наполнилась звуками смачных шлепков бёдрами по крупу, счастливыми стонами и напряжённым сопением. Блитц целиком отдался процессу. Его член входил и выходил из тугой задницы Берри как хорошо смазанный поршень. Ну, теперь уже не такой тугой как в начале, но всё равно довольно тугой.

— О Бли-и-и-итц! Ммф, не останавливайся. Прошу, Блитци, трахай меня сильнее!

— Блин, ты говоришь с-совсем как… как шл… шлюшка, Берри, — просопел Блитц, зарываясь лицом в его кудрявую гриву. Он глубоко вдохнул аромат свежей выпечки и конфет, составлявший собственный запах Берри, и медленно выдохнул, сотрясаясь от сладостной дрожи. — Ммм, продолжай. Умоляй меня ещё, маленькая шлюшка.

— Я н… я не шлюшка, Блитц… я… уф… — Берри захныкал и тихо заржал, дыхание розового пони всё убыстрялось.

Блитц наклонился и куснул друга за краешек уха.

— Ты моя маленькая шлюшка… вся моя… Правда ведь?

— Я… А… Да, Блитц… Я твоя маленькая шлюшка… Трахай меня, Блитц… Трахай меня в зад… Я… уже почти…

— Ммм, хорошая девочка… — просопел Блитц, начиная вколачивать член со всей скоростью, на которую был способен. Он тоже уже был близок, но не хотел в этом признаваться. Ему хотелось, чтобы Берри кончил первым.

— Я… Я не д… девочка… — полупроизнёс-полупростонал Берри, издавая короткие писклявые стоны.

Блитц фыркнул и, протянув копыто, взялся за набухший член розового жеребца и стал медленно гладить его.

— Правда? Тогда докажи это. Кончи для меня, Берри… Кончи, как не кончал никогда в жизни…

— Я… акх… Бли-и-итц!

Берри застонал во весь голос, выгибая спину и извиваясь по постели, после чего наконец кончил, едва не крича. Белый сгусток семени выстрелил из его члена с такой скоростью, что приземлился прямо ему на лицо. Второй оказался там же. Третий не долетел и разлился по его груди. Последние несколько сгустков уже капали на его живот либо стекали вниз по стволу.

— Ммм, Берри, ты...  такая ш… ССССС! ХНГ!

Блитц зарычал, стиснув зубы, и с силой вогнал в него член в последний раз. Затем застонал, содрогаясь от наслаждения и наполняя семенем измученный задний проход розового пони. Ощущение было непередаваемым, и Блитц, с трудом выдавливая из себя звуки, воскликнул:

— Б… Берри…

С этими словами пегас растянулся на розовом пони, слишком усталый, чтобы даже подумать о том липком месиве, в котором он из-за этого испачкает свою шерсть. Закрывая глаза, Блитц смутно ощущал, как Берри обнимает его и прижимает к себе. Он было открыл рот, чтобы сказать что-то, но сон оказался быстрее.

* * *

На следующее утро Даск Шайн, Баттерскотч и Элюзив буквально сбились с ног, разыскивая Рэйнбоу Блитца. Они проверили почти все места, где он любил бывать, и единственным местом, которое ещё оставалось проверить, был Сахарный Уголок. Войдя внутрь, три пони к своей радости обнаружили Блитца сидящим за столом и поедающим завтрак. Однако к их удивлению Берри Баббла нигде не было видно.

Подойдя к Блитцу, Даск Шайн улыбнулся и произнёс:

— Доброе утро, Рэйнбоу Блитц. Я… ой, мамочки, что случилось с твоим крылом?

Блитц поднял взгляд от еды, затем глянул на крыло:

— А, несчастный случай во вчерашнем шторме. Всё в порядке, не боись, бро.

— О, тогда хорошо! Я рад, что ты уже на пути к выздоровлению. Ты не видел Берри Баббла? Мы хотели узнать, не хотите ли вы двое пойти с нами вечером на ферму Эплджека на посиделки у костра и ночёвку? Я никогда ещё не спал в палатке, но уже изучил много книг по теме.

— Что, правда? Ни за что бы не подумал, книгоед. А Берри сейчас наверху, душ принимает. Должен спуститься через минуту, — пояснил Блитц, глядя в сторону лестницы. — Эй, Беррья Башка, ты уже всё там?

— Иду-у-у! — послышался знакомый всем весёлый голос. Несколько минут спустя Берри выставил голову в лестничный пролёт и сказал: — О, привет, ребята! Чего вы сегодня так рано? О! Вы пришли за блинчиками?

— Эм, нет, — ответил Даск, глядя снизу вверх на своего друга. — Я пришёл позвать вас на ночёвку в палатке.

— О, о, о, о! Да! Обязательно! Я непременно приду и принесу зефир и печенье, чтобы делать вкусняшки! — весело сказал Берри, однако на лестницу так и не вышел.

— Отлично! Тогда я скажу ЭйДжею, что ты согласен. И что ты тоже, Блитц. Ну а мы трое пока пойдём за припасами. Увидимся вечером!

На этом трое друзей покинули Сахарный Уголок, оставив Берри и Блитца наедине.

— Фух, чуть не спалились, — заметил Блитц, когда дверь за их друзьями закрылась. — Ладно, выходи, Беррий Зад. Берег чист.

— Оки-доки-локи, — сказал Берри и стал медленно спускаться по лестнице. При каждом шаге он слегка вздрагивал, а его задние ноги были расставлены немного шире обычного. Когда он спустился, это стало ещё заметнее: каждый шаг давался ему с явным трудом, а его хвост был сильно поджат, прикрывая зад.

— Всё ещё не можешь нормально ходить? — спросил Блитц с ухмылкой.

— Злой ты, — ответил Берри, но улыбнулся. — Уговорил меня утром попробовать ещё раз. Я не уверен даже, что смогу к вечеру нормально ходить!

— Лучше бы тебе суметь, Берри, — сказал Блитц, наклоняясь и целуя розового пони в щёку. — Помни, это наш маленький секрет.

Берри хихикнул и кивнул:

— Да, Блитц. Я помню… но задница всё равно болит.

— Вот это моя девочка! — рассмеялся пегас.

— Сучка.

— Шлюшка.

— Твоя шлюшка, — сказал Берри и подмигнул ему.

— Ммхмм, вся моя, — ответил с улыбкой Блитц. “Вся моя...”

Конец

Источник