# Я встретил в аду пони (и мы там с ней зажигали)

Shortskirtsandexplosions

Во мрачных глубинах Тартара, адской бездны между мирами, люди и пони попарно сражаются с ордами чудовищ ради будущего своих родных миров...

Ну что, купились? Вот и славно. А то мне ни хрена не упёрлось объяснять это всё, словно мне мало блуждать по сраному чистилищу, таская за собой доставучего единорога. Как будто чёртовы огненные болваны, которые здесь всем заправляют, дадут нам время отдохнуть и хлебнуть пивка. Хер там.

А, и тут пони с людьми сообща проливают кровь, и вообще. Короче, вылезайте из того, во что вы там играетесь, и читайте. Или нет. Мне начхать.

Источник

## Глава первая, в которую впихнута аццкая завязка всей истории

Самое поганое свойство тролльской крови — это что её никогда не хватает, чтобы смыть из сознания всю эту хрень, или самую злогребучую херь, или в целом всю окружающую херохрень. Может, вы думаете, что эволюция напрасно прошила в нас склонность к кровожадности, потому что кровожадность мало помогает нам быть хорошими людьми, хорошими гражданами, хорошими футбольными тренерами или кем там хотите ещё. Ну, а я думаю, что всю жизнь хотел чего-то именно этакого. Я хотел прорубаться сквозь подземное море мяса и вынырнуть с другой стороны с ног до головы окровавленным, с головы до ног просветлённым и крутым как варёные яйца, и хоть солнце не вставай. Проблема лишь в том, что солнце всегда вставало снова, по крайней мере пока Сизиф не цапнул меня за ленивую жопу и не спихнул в глубины своего сраного подземного дриснейленда.

Кажется, я отвлёкся. О чём это я? Ах да, тролльская кровь. Короче, весь мир кругом смердел внутренностями этих мерзких ушлёпков. Я зажмурился, под влиянием момента мысленно перенесясь куда-то подальше отсюда, где не было бы этого ада вокруг, зато было бы холодное пиво и целый вечер, чтобы залить глаза от всех проблем сразу.

Но в очередной раз сквозь кровавую баню послышался крик Лиры:

— Шон! Помоги!..

Я резко открыл глаза. Три тролля неслись ко мне по железной платформе, распахнув слюнявые пасти в боевом кличе. Время возобновило свой кошмарный бег, а я уже замахивался мечом на злосчастную троицу.

Одному я снёс голову. Второму до самого хребта вскрыл глотку. И, наконец, третий задёргался в агонии, когда мой меч проткнул его грудь и вылез из спины.

— Их слишком много!.. — пискнула Лира. Маленькая единорожка была в панике. Я слышал, как позвякивают серебристые пластины её доспеха, пока она метала в новую волну нападавших одну зелёную молнию за другой. — Шон, что нам делать?!

Я заворчал про себя. Чёртова лошадь. Казалось бы, с такой-то жопищей могла бы не давать очку разыграться. В качестве ответа я выдернул меч из подыхающего тролля, бросился к Лире и напал на врагов, зашедших к ней сбоку. Мой клинок парировал их ржавые ковыряльники, отсёк несколько чахлых конечностей, на чём их атака и захлебнулась в крови и кишках.

— Какого хрена они там копаются?! — заорал я так, что по пещере аж эхо прокатилось. Чувствовалось, как металлический ошейник сдавливает мне шею в такт пульсу в артериях. Мы с Лирой стояли бок о бок наверху крутой лестницы, отбиваясь от волны остервенелых гнусных уродов. Чтобы попасть сюда, мы провели большую часть последних шести часов, пробираясь по этому чёртову лабиринту. Сразу позади нас была дверь в следующую пещеру, наш билет в безопасность — по крайней мере, на ближайшие часы. — Они что, не туда свернули?! — уже тише буркнул я, отбил удар рычащего орка с топором и ткнул его мечом в глаз. — Чёртовы идиоты должны были не терять нас из виду!

— Я думаю, их задержала вторая волна! — ответила Лира, обстреливая зелёными молниями строй атакующих у основания лестницы. — Хорошо бы они поторопились!

Я выдернул меч из черепа орка, и тот рухнул, как мешок с мясом, открыв мне вид на шеренгу лучников в десятке метров от нас, готовящихся стрелять.

— Лира!..

— Вижу! — Она пригнулась и напряглась. — Прячься за меня!

Совершенно не желая спорить с волшебной лошадкой, я присел рядом с её хвостом.

Её рог засветился ярким изумрудным сиянием, в воздухе вокруг нас затрещал невидимый попкорн, и перед нами возник зелёный силовой щит. Тролли и орки выпустили залп, но все стрелы рассыпались и отскочили от телекинетического барьера. Воспользовавшись моментом, я встал, перехватил меч как копьё и метнул над верхним краем щита.

Клинок просвистел по воздуху и воткнулся точно в грудь заверещавшему троллю. Несчастный рухнул на землю, а тем временем четыре его товарища наложили на тетивы новые стрелы.

— Сейчас я их! — Я уже выхватывал из кобур у себя на боках два самозарядных арбалета и, перепрыгнув через Лирин щит, на бегу выпустил по лучникам очередь стальных болтов. Те завизжали и забулькали кровью в пробитых шеях и глотках. Один орк выжил; оскалившись, он успел выстрелить в меня. Уворачиваясь, я упал на колени, юзом проехался по полу, мимоходом выдернул свой меч из дохлого тролля и вновь вскочил на ноги, одновременно с силой рубанув орка снизу вверх. Его тело эффектно развалилось пополам и плюхнулось в лужу из собственной крови и мочи.

Я стоял, тяжело дыша, и глядел, как новые орки и тролли бегут к нам снизу по лестнице, торопясь стать новой смазкой для меча. Позади них зияло огромное пустое пространство пещеры. От гранитно-стальных стен отражалось эхо боевых кличей и мучительные предсмертные вопли наших врагов. Я попытался рассмотреть, куда подевались наши союзники, и тут получил электрический разряд.

— Аргх! — дёрнувшись, я схватился за металлический ошейник у себя на горле и, оскалясь, развернулся на месте: — Лира!.. Какого чёрта?!

— Прости, Шон! — ответила она, вздрагивая от того, что её собственный ошейник тоже ударил её током, и протрусила ко мне, пока снова не оказалась на расстоянии пинка. — Но ты же помнишь, мне трудно за тобой поспевать, когда ты вот так убегаешь...

— Ладно, забей, — проворчал я. — Иди открывай дверь.

— Но... — Её глаза за серебристым забралом широко раскрылись. — А как же Блейк и Тандерлейн?..

— А так же, как подохшая карьера Кевина Костнера! — огрызнулся я. — Мы не можем ждать их вечно! Сизиф припёр сюда всю свою сраную армию! — Я указал на подкрепления, ломившиеся вверх по ступенькам. — Если останемся здесь, нам звездец! А теперь вали открывать эту чёртову дверь!

— Л...ладно! — ответила она, трясясь всем телом. Клянусь богом, если бы она хлопнулась в обморок, я бы ей рог выдернул. К счастью, маленькая пони совладала с собой, галопом проскакала к двери и с помощью магии принялась возиться со сложным механизмом, запиравшим каменную преграду. Слушая, как внутри стены защёлкало что-то металлическое, я развернулся к лестнице и немедленно об этом пожалел.

Прямо на меня мчался орк с топором. Я отбил его удар и тут же увидел зашедшего справа тролля с кинжалом. Я пнул его в плечо, так что его низкий выпад пришёлся в лестницу у меня под ногами. Пока он восстанавливал равновесие, я, крутанув мечом, полоснул орка по рёбрам, второй рукой перехватил у него топор и всадил троллю в череп. Когда тот покатился вниз по ступенькам, я широким выпадом снёс орку голову с плеч.

Весь в крови и поту, я прошагал на верхнюю ступень и буркнул:

— Лира! Дверь!

— Я стараюсь! — пискнула та. Рядом с ней в дверную раму вонзились две стрелы. — Ай-и-и-и!

Развернувшись туда, откуда они прилетели, я увидел ещё двух ублюдков с луками, засевших на высокой железной платформе в пяти метрах от нас. Прежде чем они успели выстрелить снова, я метнул топор, угодивший в горло одному лучнику. Тот свалился, а его товарищ зарычал и прицелился в меня, только чтобы получить стальной болт прямо в глаз. Опустив арбалет, я зачехлил его, глядя, как второй лучник падает в широкую пропасть между лестницей и дальней стеной пещеры.

Клянусь: иногда мне казалось, что на самом деле я не сражаюсь сам, а смотрю кино от первого лица про психованного гладиатора. Искусство убивать просто выдали мне, точно так же, как и Лире — как бы маленькая зелёная лошадка ни пыталась это отрицать. С тех пор как мы с ней шмякнулись в это подземелье, словно две самых невезучих какашки на свете, наша жизнь превратилась в сплошную кровавую баню на быстрой перемотке. Всё, что нас сейчас интересовало — это пробиться в следующую часть этого адского лабиринта, чтобы хоть на несколько часов отдышаться и не сблевануть.

— Шон, они там так и не появились?..

— Лира, просто продолжай трахаться с дверью, а я позабочусь о... — Я замолк, заметив наконец на ржавой платформе в сотне метров под нами два бронированных силуэта, прорубавшиеся через армию троллей. — Сукин сын.

— Ты их видишь? — Лира ненадолго отвлеклась от магической возни с замком.

— Да, и они в полной жопе.

— Что?! — ахнула она.

— Дверь! — указал я на барьер позади, но сам не смог заставить себя отвернуться от зрелища далеко внизу.

У меня всегда было острое зрение, может, даже слишком. Отсюда, сверху, я отлично видел, что Блейк был не в лучшей форме. Верхняя часть его доспехов была покрыта кровью — красной, человеческой, а не троллячьей чёрной жижей, — и он ковылял через яростную битву, тяжело хромая. Сразу стало понятно, почему наши товарищи так сильно отстали — Блейк был ранен. Без сомнения, этот болван пошёл на какой-то глупый риск, за что и огрёб. Он всегда был никчёмным идиотом. Даже в колледже — в нашей прежней, нормальной жизни — он вечно норовил облажаться. Забавно, что не где-нибудь, а именно здесь, в лабиринте смерти, его тупоголовость наконец-то укусила его за жопу.

— Я почти пробилась! — крикнула Лира. — Они ещё далеко?..

Я не ответил. Сказать Лире правду значило бы только отвлечь её. Блейк падал снова и снова, дёргаясь от боли в рассечённой ноге. Мне стало почти жаль крылатого пони — Тандерлейном его звали, что ли?.. — которому приходилось постоянно слетать вниз и поднимать своего тупого партнёра на ноги. Блейку хватало сил секунд на десять, он успевал отбиться от ещё нескольких орков, а затем опять падал на колени, вынуждая пегаса снова приходить на помощь. Это смотрелось бы даже смешно, не окружай их толпа жаждущих крови ушлёпков.

— Ну, давай... — прошептал я в жаркий воздух перед собой, невольно стискивая пальцами рукоять меча. — Держись. Перестань валять дурака, и ты справишься...

— Шон?..

— Тс-с-с!.. — я прищурился, продолжая наблюдать.

Блейк отбил атаки двух орков, проткнул тролля и отшатнулся назад, получив пинок в грудь. Тандерлейн спикировал вниз, на лету лягая окружавших врагов. От его шипастых подков во все стороны летели брызги крови и мозга. Нескольких орков он снёс, ещё больше сбросил с края платформы, и снова набрал высоту.

И вот тут Блейк чуть замешкался, вставая, и поплатился за это. Очередной тролль успел зайти сзади и пырнул его в спину. Истошный вопль Блейка эхом раскатился по всей пещере. Тандерлейн развернулся, ахнул и нырнул вниз, спасать раненого партнёра. Но поздно; тому было уже не помочь. Тандерлейн стоял над дёргающимся телом Блейка, яростно отбрыкиваясь от наседавшей со всех сторон толпы монстров, но, как бы храбро он ни сражался, тварей вокруг собиралось всё больше и больше.

В этот момент я услышал сзади громкое жужжание, и меня обдало порывом приятно прохладного ветерка. Лира наконец-то открыла дверь в следующую пещеру.

— Готово! — воскликнула она, стоя возле появившегося выхода. — Но она, как обычно, закроется меньше, чем через минуту! Шон, мы должны торопиться... — Она увидела, что я не отрываю глаз от бойни внизу, и побледнела. — Шон?..

— Молодец, Лира, — негромко ответил я и зашагал к ней. — А теперь всем живо покинуть тред.

— Но как же?.. — Она торопливо протрусила к лестнице и посмотрела вниз. — Тандерлейн?..

— Лира...

— Тандерлейн!.. — выкрикнула она. Её копыта уже оторвались от платформы, но я успел схватить её до того, как она ускакала вниз по лестнице. — Шон! Мы должны спасти их!..

— Там слишком много монстров! — указал я на целые сотни уродов, бурлившие внизу, как море вонючего мяса. — Если мы хотим убраться из этой пещеры, то сейчас или никогда!

Лира задыхалась у меня в объятиях. Она взглянула на медленно закрывавшуюся дверь позади, затем снова на безнадёжную картину под нами.

— Тандерлейн! Тандерлейн, хватай Блейка и лети сюда! Скорей!

Тандерлейн честно пытался. Он разлягал монстров в стороны, отвоевав себе чуть-чуть места, и тащил и дёргал окровавленное тело Блейка. Но тот отродясь не занимался спортом, и эту жирную жопу, да ещё покрытую слоями доспехов, не всякий качок-человек бы поднял, куда уж там крылатому пони. Мы видели, как лицо Тандерлейна исказила паника. Он бросил Блейка и сильно захлопал крыльями.

О святые макароны, неужели он...

— Нет! — крикнул я. — Не вздумай! Ты же сейчас...

Предупреждать его было бесполезно. Он взлетел высоко над морем кровожадных уродов и помчался к нам. Пять секунд спустя расстояние между ним и трупом Блейка стало слишком большим, и произошло неизбежное. Стальной ошейник у Тандерлейна на горле вспыхнул ярко-голубым, и пегас задёргался в воздухе. Его грива задымилась, и вскоре несчастный падал навстречу лапам и топорам чёртовых ублюдков внизу. Я-то не в первый раз видел внутренности пони, которого рвут на куски. А вот Лира...

— Тандерлейн!!! — визжала она, извиваясь у меня в руках. — Нет! Умоляю, Селестия, нет!..

— Твою ж мать!.. — зарычал я, силой затаскивая её обратно на платформу. — Пошли! — Волоча Лиру за собой, я бросился к двери, которой до закрытия оставалось уже меньше метра. Пыхтя и задыхаясь, я мчался к сужающемуся проёму, и тут вслед нам засвистели топоры и стрелы. Одна стрела отскочила от моих доспехов, чей-то брошенный кинжал срезал пару волосков с Лириного хвоста, а потом мы, юзом проехав по полу, в последний момент проскользнули на ту сторону под нижним краем двери, которая с каменным грохотом закрылась сразу за нами.

Настала оглушающая тишина. Мы были в безопасности, хотя и относительной. Перед нами простиралась новая гигантская пещера, утыканная металлическими платформами и ржавыми лестницами, ведущими хер знает куда. И, как обычно, тут был красный кристалл, магически подвешенный над чёрным постаментом и горящий алым огнём.

Я поднялся на ноги, перевёл дух и стряхнул с меча кровь, прежде чем вложить его в ножны за спиной. Позади послышалось тихое всхлипывание. Застонав, я закатил глаза и прошагал к Лире, обессиленно осевшей на пол.

— Слушай, мы остались живы. Давай этому порадуемся, лады?

Она шмыгнула носом, сняла шлем и вытерла залитое слезами лицо, продолжая всхлипывать.

— О-они были так близко. Они опоздали совсем чуть-чуть, а мы ни... ничего не сделали, чтобы им помочь...

— Лира, если бы мы попытались, то были бы мертвее, чем музыка кантри. На нашем месте они бы сделали то же самое.

— Только не Тандерлейн, — перебила она. — Он всегда был такой храбрый, такой мужественный. Всё время помогал Блейку, пока они были вместе. Я точно знаю: он бы обязательно попробовал нас спасти. Он же хотел того же самого. Он хотел вернуться домой и... и... — Она с силой зажмурилась и задрожала всем телом. — А теперь его нет. О Селестия, его больше нет.

— Лира, — вздохнул я, — успокойся...

— И Кэррот Топ, и Клауд Кикер тоже. Это ужасное место убило их, и я просто не...

— Да соберись ты нахер уже!!! — заорал я. Она отшатнулась и замолкла, испуганно сглотнув. Нахмурившись, я продолжил: — Да, они умерли! Да, это херово! Но если мы начнём от этого раскисать, то нас самих на части порвут! Я хочу свалить из этой сраной дыры не меньше тебя, но в одиночку не справлюсь! Поэтому мне надо, чтобы ты прекратила расклеиваться! Лира, давай пока что разберёмся с этими дурацкими пещерами. А рыдать и давиться соплями над мёртвыми будем потом! Поняла?

Её всю трясло, она дрожала, но всё-таки храбро кивнула:

— Д...да, Шон. Я... я поняла. Не расклеиваться. — Она высморкалась, вытерла глаза и снова надела шлем. Её фигуру подсветило багряным сиянием, и она посмотрела мне за спину.

Развернувшись, я как раз успел увидеть, как красный кристалл окутался ярким светом и перед нами возникла корявая демоническая харя, словно в дешёвом цирковом фокусе. А вот громовой голос, который раздался из клыкастой пасти, звучал не так уж и дёшево:

— Мои поздравления, смертные. Вы прошли очередное испытание. Может быть, однажды вы даже выберетесь на свободу. Может быть...

— Сизиф... — прошептала Лира.

Вздохнув, я прислонился к ржавой стене, скрестив руки:

— Как же я ненавижу этого мудилу.

— Шон, он тебя не слышит.

— Да и насрать, — буркнул я.

Магическая трансляция продолжалась:

— ...Однако это всего лишь доказывает, что жители миров смертных обладают стойкостью, достаточной, чтобы выдержать малую долю ужасов Тартара. — Полупрозрачные глаза Сизифа прищурились, а его рожа заняла всю светящуюся зону вокруг кристалла. — Ваше участие в наших опытах поможет нам создать лучшую армию против врагов нашего Тёмного Властелина. Ещё через тысячу лет, когда мы повторим этот эксперимент, ни один внешний мир уже не избегнет его гнева. Радуйтесь своим победам, пока можете, ибо на самом деле это победы Тартара.

— Эй, кросавчег! — гаркнул я кристаллу. — Тебя плохо слышно! Может, мне антенны поправить? — И я выставил ему оба средних пальца.

Демон злобно ухмыльнулся, и я на секунду подумал, что он действительно видит и слышит нас.

— Эту мультивселенную ждёт расплата за всё. Молитесь за души своих потомков из обоих миров, что будут страдать в грядущем аду.

Харя Сизифа исчезла во вспышке красного света. Мы с Лирой вновь остались одни, дрожащие и покрытые потом.

— Вот бы он наконец припёрся к нам лично. С удовольствием ткнул бы мечом ему в залупу, — пробурчал я, двинувшись к лежащей впереди полосе платформ. — Ладно, нечего время терять. Где-то в этих пещерах должен быть ещё один портал наружу. Ты сама видела, что было с Мишель и Рэйнбоу Дэш четыре пещеры назад: их телепортировало домой, как только они вошли в ту светящуюся дверь. То же самое будет и с нами, так что пойдём. — Тут меня дёрнуло током, я охнул и рефлекторно схватился за ошейник. — Лира!.. — зарычал я и, оскалившись, обернулся к ней.

Пони, обмякнув, сидела на полу. Она получила такой же шок, но, похоже, боль ей была уже безразлична.

— Я даже не знаю, что скажу Рамблу. — Она всхлипнула, по её щекам опять текли слёзы. — Он ещё совсем маленький. Будет ужасно расти без старшего брата...

Я вздохнул.

— А у тебя самой что, нет семьи, к которой надо вернуться? Пони-папы, пони-мамы, пони-собаки там?

— Ну, конечно есть, но...

— Но и всё. Пойдём уже. Нельзя же дать Сизифу победить, верно? Хочешь, я тебя понесу?

— Нет, Шон. Просто...

— Что?

Она вздохнула и постаралась храбро улыбнуться, хотя в её глазах ещё стояли слёзы:

— Ничего. Ты прав. Я... я д-должна быть сильной. — Сглотнув, она поднялась и протрусила мимо меня. — Я должна быть как ты...

Я молча уставился ей вслед. Потом моргнул.

— Да пофигу, — сказал я наконец, пожав плечами, и мы вдвоём зашагали по полосе платформ к дальнему краю гигантского лабиринта.

## Глава вторая, в которой возникает сексапильная соблазнительница... и яблоки

— И всё же, каким именно образом они собираются ухудшить Тартар при помощи всех этих опытов с войной и насилием? — рассуждала Лира на ходу, труся в нескольких шагах позади меня. — Я хочу сказать, если бы они просто пытали нас в какой-нибудь темнице, то, может, повторение таких экспериментов имело бы смысл. Но неужели они действительно собираются каждую тысячу лет похищать жителей двух наших миров и превращать их в воинов-смертников? Как это может исполнить волю их Тёмного Властелина, о котором Сизиф говорил?

Застонав, я обмяк плечами:

— Лира, последний раз повторяю: в душе не ведаю. Может, это просто такой адский косплей-конвент. Во всяком случае, одеты мы как раз по-дурацки.

Она задумчиво нахмурилась, продолжая рысить за мной.

— В Эквестрии Тартар был измерением, созданным, чтобы сдерживать самых неисправимых монстров. Какое отношение к нему имеете вы, люди, я совершенно не представляю, разве что ваш мир тоже с ним как-то связан. У человечьей цивилизации есть знания о существовании и назначении Тартара?

— Типа того. Так называется подземный мир из греческих мифов, ламерский босс в конце Halo 2 и, может, несколько секс-клубов в Германии.

— Э?..

— Гм-м-м... Слушай, Лира, ну правда, эти вопросы вообще не ко мне.

— Это потому что ты не знаешь, или потому что ты никогда не занимался магией?

— Ну сколько раз тебе повторять?.. — простонал я. — Не бывает у нас никакой магии.

— Мне трудно в это поверить.

Вздохнув, я прибавил шагу.

Перейдя на галоп, она поравнялась со мной и улыбнулась из-под серебристого шлема:

— Люди такие удивительные создания, и у вас потрясающий диапазон эмоций! Такой разнообразный и уникальный разумный вид никак не мог появиться случайно!

— Лира, то, что я родился с перепонками между пальцев на ногах, ещё не значит, что у меня на соседней улице живут феи.

— В вашем мире есть феи?!

— Н-нет... М-м... — Я провёл рукой по лицу, вздохнул и поглядел на неё: — Это был сарказм. Слушай, Лира... можем мы немного помолчать? Мне очень нужно подумать.

Она моргнула. Затем обвела взглядом огромную, пустую и голую платформу, терявшуюся где-то вдалеке.

— О чём подумать?

— Да заткни ты фонтан хоть ненадолго!..

Лира прикусила губу и, повесив голову, молча зарысила вперёд.

Я глубоко вдохнул, мрачно созерцая пейзаж, раскинувшийся впереди и над нами. Из всех пещер, где мы до сих пор побывали, эта была самой здоровенной. Мы уже целый час шагали по её подземным просторам. По мне, она больше всего походила на какую-то чудовищную печь, прогоревшую много лет назад. Ржавый ландшафт подсвечивало тусклое сияние, сочившееся хер знает откуда. Впрочем, здесь вообще всё было устроено через задницу. Кое в чём Лира была права: Тартар был создан для того, чтобы в нём было хреново. Я не сомневался, что какие-нибудь уроды засели где-то здесь и следят за каждым нашим шагом. Вот почему я хотел полной тишины... ну, и ещё потому, что едва сдерживался, чтобы не оторвать Лире язык.

Хотя, по правде говоря, я был к ней несправедлив. В конце концов, она уже несколько раз спасала мою злосчастную жопу. Конечно, я спасал её зелёный круп дохера чаще, но суть не в этом. А в том, что мы оба оказались по уши в дерьме, и всё это время ей было любопытно, зачем Сизиф заставлял нас играть в свои смертельные игры. Лично мне его причины были глубоко похеру, главное — выбраться отсюда, и пусть для этого надо прошибать стены или прорубаться сквозь орды вонючего мяса, которые то и дело наваливались на нас. Меня заботило лишь наше выживание. Лира же, по-моему, готовилась написать про весь этот отстой целую научную книгу. Интересно, остальные рогатые пони тоже такие ботаны? Чёрт, тогда неудивительно, что в нашем мире единороги вымерли. Фу, блин, о чём я вообще думаю?..

— Хн-н-н-н-гх! — натужно простонала Лира. — Н-н-н-н... Хн-н-н!..

Вздохнув, я скучающе посмотрел на неё:

— Что, опять?.. Всё никак не угомонишься?

— Прости, Шон, но я должна попытаться! — воскликнула она, напряжённо скривив мордочку; её рог то вспыхивал ярким зелёным светом, то снова гас. — Всё-таки... н-н-н... у нас редко бывают тихие, спокойные моменты, к-как сейчас... Хкн-н-нкт!..

— Да брось ты уже, — вздохнул я, продолжая шагать в сторону высоченной стены из грязного металла, видневшейся впереди. — Никуда и никогда ты не телепортируешься. Это бесполезно.

— Я наполовину закончила уроки по транслокации материи всего за несколько дней до похищения, — сказала Лира, опять напрягшись и надув щёки, словно плыла под водой. Пожалуй, я бы мог этому умилиться, не будь я так чертовски зол. — Твайлайт Спаркл говорила, что у меня есть потенциал к перемещению на большие расстояния, стоит только сосредоточиться!

— Со стороны похоже, словно у тебя камень из почек выходит. Остановись, пока не перенапряглась, а то от троллей будет нечем отбиваться.

— Но ведь если я смогу телепортироваться, то наверняка избавлюсь от ошейника! — воодушевлённо воскликнула она. — Представляешь, как это будет здорово? Тогда нам не придётся в бою следить, чтобы не отходить друг от друга больше, чем на десять метров!

— Ой, да ладно. Мы с тобой и так в Аду; не искушай меня прекрасными мечтаньями. — Я остановился; мы достигли стены. К ней была приварена лестница из стальных скоб, тянувшаяся вверх до самой кромки. — Фью-у-у, господи Исусе. В этой жопе мира вообще есть хоть что-нибудь не эпичное?

— А кто такой этот "Исусе", про которого ты всё время говоришь? Это у вас кто-то важный?

— Лира...

— Или это такое целительное заклинание? Ты его иногда повторяешь, если тебя ранят...

— Эй!.. — громко окликнул я её, заставив дёрнуться от неожиданности, и указал на стену: — Нам, между прочим, надо по здоровенной лестнице влезть. Скажи мне, эти твои копыта годятся на что-то ещё, кроме как морковку жамкать?

— Эм... — её зелёные щёчки порозовели, когда она подняла перед собой пару изящных копытец и нервно улыбнулась: — Сам посмотри.

Я вздохнул. Затем поскрёб подбородок, смерив взглядом длинную-предлинную лестницу.

— Я так понимаю, твои фокусы с магическим парением тут тоже не помогут?

— Прости, Шон. Только единороги-телекинетики, вроде Твайлайт Спаркл, на такое способны, — негромко проговорила Лира. — Боюсь, тебе досталась пони, которая до того, как попала в это ужасное место, была простым музыкантом.

Ещё раз глубоко вздохнув, я потянулся, хрустнув суставами.

— Ну ладно. Полезай ко мне на спину.

— Э?.. — неловко моргнула она.

— Ты что, дура? Чего непонятно-то? Я тебя понесу. Так что... ну... запрыгивай на борт, типа.

— Гм. Но... у тебя там ножны мешают.

Я оглядел себя. Поворчав, перевесил меч так, чтобы он оказался спереди. То, как это ощущалось, мне не особо понравилось, но что толку тратить время на жалобы.

— Вот. Так лучше?

— Хм... надеюсь, я не слишком тяжёлая, — пробормотала она, труся ко мне.

Я присел на корточки спиной к ней:

— Не волнуйся. Вряд ли ты чем-то хуже зелёного лабрадора или... ын-н-нк... Чёрт побери!

— Ч-что?! — ахнула она, повиснув на мне и обхватив ногами за плечи и по бокам. — Э... для тебя это слишком много?..

— Нет, — пропыхтел я сквозь зубы. — Всё нормально! Сейчас... — Перехватываясь руками за лестницу, я выпрямился и сразу полез наверх, стискивая перекладины до побелевших костяшек. — Л-ладно. Да. Мы справимся. Мы справимся...

— Ты уверен, что выдержишь, Шон?

— Я же сказал, мы справимся! — буркнул я, приноравливаясь к грузу на спине и поднимаясь всё выше и выше. — Хочешь, чтобы я засомневался? Думаю, сила тяжести только того и ждёт.

— Ох. Гм. Ладно.

Она чуть-чуть дрожала. Затем собралась с духом и крепче прижалась ко мне. Даже сквозь два слоя доспехов я чувствовал, как быстро и ровно колотится её сердце. Я знал, что карабкаться придётся долго, ну и хрен с ним. Давным-давно, ещё до того как угодить в эту жопу мира, я убедился, что самые лютые моменты в жизни лучше брать с наскоку. Не тот развивает стойкость, кто тщательно планирует, а тот, кто прёт напролом... кажется, читал я что-то подобное...

— Ты такой надёжный, Шон, — в запарке от карабканья услышал я сзади. — У меня просто слов нет. Если бы не ты, орки давно бы меня убили... или что похуже. Страшно подумать.

— Ну так не думай, — проворчал я. Каждый раз, как я смотрел наверх, стена казалась всё более высокой, так что я вздохнул и уставился перед собой, на стальную поверхность за перекладинами. — Если на то пошло, и не разговаривай. Мне сейчас нужна тишина.

— Но ты никогда не даёшь мне говорить! — Я почувствовал, как она шевельнулась. — Неужели тебе даже спасибо нельзя сказать, когда ты того заслуживаешь?

— Хочешь выразить благодарность — застегни варежку.

— Варежку?.. А что это?

— Ы-ы-ы... — простонал я, пытаясь не дать рукам вывернуться из плеч.

— Это что-нибудь вроде Исусе?

— Слушай, а все пони столько вопросов задают?

Она захихикала.

— Ничего не поделаешь, это у нас в крови. Мы любим общаться. А люди разве не желают того же?

— Лично я желал пораньше получать зарплату, чтобы жильё оплатить.

— Ох, да, судя по твоим рассказам, твой родной "Детройт в штате Мичиган" — совершенно удивительное место!

— М-м-м... на самом деле нет.

— А все те люди, которых мы встречали... ты с ними знаком?

— Да, Лира. Я с ними знаком. Может, хватит уже?..

— Вы вместе учились в каком-то учебном заведении, да? Или вы коллеги по работе?

— Мы ходили в то, что у нас называется "двухгодичный колледж". Если бы у вас в Пониляндии такие были, то ты уж точно знала бы, что такое табак.

— Наверное, для тебя это было очень тяжело, — проговорила Лира. — Ви...видеть, как Блейк погиб там тогда.

— Блейк получил то, чего заслуживал.

— Шон! — ахнула она так, что всё её тело дёрнулось. — Как... Как ты можешь такое говорить?! Он был твоим другом!

— Он был идиотом, — буркнул я, продолжая лезть вверх. — И в реаль... гм, в человечьем мире делал не менее идиотские ошибки. Только вот там не было орды уродов, только и ждущих, чтобы взять его за жопу. Поверь мне: даже если бы никто из нас сюда не попал, он всё равно бы склеил ласты так или иначе.

— Но ведь он был твоим товарищем... — сказала Лира срывающимся голосом. — Наверняка у тебя было чувство потери при виде его ужасной кончины.

Я тяжело вздохнул.

— Скорее я рад, что это были не ты или я. Мы живы, Лира. И хорошо бы этим воспользоваться.

— Быть живыми — значит помнить, как погибли наши друзья. — Она тихонько всхлипнула, и я ощутил, как её подбородок опустился мне на плечо, а все четыре ноги слегка задрожали. — Тандерлейн был одним из самых видных жеребцов в Понивилле. В старших классах в него были влюблены все кобылки без исключения. Он мечтал улететь в Стратополис и стать капитаном северной пограничной стражи. В прошлом году, на день Тёплого очага, их с Блоссомфорт короновали как короля и королеву Снежного фестиваля. Они... они оба были такими счастливыми тогда. — Она снова всхлипнула, и мне на шею сбоку капнуло что-то тёплое. — Я... просто не знаю, к-как скажу ей, что его больше нет. Да ещё Клауд Кикер умерла т-так ужасно... — У неё перехватило дыхание. — Оба самых близких друга Блоссомфорт погибли в этом кошмарном месте. Это так... так несправедливо...

— Лира...

— Прости, Шон. — Она шмыгнула носом и крепче прижалась ко мне, выравнивая дыхание. — Я... Я сейчас соберусь. Я только хотела бы, чтобы нам не приходилось постоянно бежать. Столько всего страшного произошло. Так легко всё забыть.

— Ну так забудь, — посоветовал я. — Сосредоточься на будущем.

— Я... очень хотела бы, Шон. Наверное, я... я просто не такая сильная, как люди.

Я стиснул зубы. Снова посмотрел на стальную стену за чёрными скобами, по которым лез. И перед глазами у меня возник тот кафетерий, где мы сидели в момент похищения. Блейк возился со своей новой Playstation Vita, как с самым большим сокровищем в своей никчёмной жизни. Барбара болтала по мобильнику с мамой, жалуясь на последние счета за машину. Всего через несколько часов она будет кричать, корчась с распоротым животом рядом с трупом пони по имени Кэррот Топ. Кайл обложился горами домашних заданий, трудясь, чтобы перевестись в понтовый колледж свободных искусств на севере Мичигана. Все его ботанские познания в Шекспире не помогли ему увернуться от тролльских стрел.

И ещё там была Келли — сидела, закинув шикарные стройные ноги на край стола, и читала скучную книжку по немецкой философии. Холодный электрический свет сиял на её коричневой коже, словно специально подчёркивая это соблазнительное зрелище — всего за миг до того, как её тоже затянуло со всеми прямо сюда, в самый анус вселенной. Вероятно, где-то здесь и сейчас эта сексуальная красотка тоже превратилась в никчёмную кучку вонючих кишок, как и Блейк, и все остальные.

— У людей под кожей такое же мясо, что и у вас, — услышал я собственные слова. — Но оплакивать всех подряд можно только до тех пор, пока у тебя есть голова на плечах, чтобы было чем плакать. На мой взгляд, нам сперва лучше позаботиться о собственных жопах, а уже потом давать волю чувствам.

— А ты уверен, что они у тебя есть, Шон?

— Кто, жопы?

— Нет. Чувства.

Какое-то время я молча лез вверх.

— Гм... извини. — Лира неловко пошевелилась у меня на спине. — Я не должна была так говорить. Пожалуйста, прости меня, Шон.

— Забей, — буркнул я и снова поднял глаза. Вдруг оказалось, что верх стены уже совсем близко. Каким-то невероятным образом я сумел забраться на такую дикую высоту, да ещё с говорящей лошадью на спине. Сколько-то там десятков часов назад колдунства Сизифа превратили меня в натурального сверхчеловека. Это было бы охренительно круто, не будь мы при этом в такой жопе. — Если ты так сильно переживаешь, то и на здоровье. Просто не мешай мне раздавать люли и помогай, когда я тебя прошу.

— Мы всё время так и делали, Шон. Думаю, я вполне способна тебе помогать...

— Хорошо.

— Но я хотела бы помочь больше.

— Ты не можешь, — сказал я, наконец добравшись до верха лестницы. — Но главное, что мы выживем. — Я ухватился за края лестницы сразу под краем платформы и пригнул голову. — Вот так. Залезай.

— Залезать?..

— Я вылезу сразу за тобой. Шевелись!

— Ладно... — Лира заползла вверх по моей спине. Я ощутил, как её задние копыта опёрлись мне на плечи, и она лёгким прыжком перемахнула на платформу. Почти сразу раздался тоненький вскрик, и она торопливо прошептала: — Э-э-э... Шон?..

— Погоди, — прошипел я, подтягивая своё ноющее тело наверх. — Я сейчас.

— Ш...Шон?!.

— Да погоди ты, говорю! — заворчал я, выпихнул себя на платформу и перекатился, оказавшись рядом с ней. Переведя дыхание, я сел и простонал: — Ну, что там у тебя такое срочное?

Лира не смотрела на меня. Её широко открытые янтарные глаза были прикованы к чему-то у меня за спиной. Я обернулся вслед за её взглядом.

— Да грёбаный же насос...

Несколько монстров уже развернулись к нам; их бездушные глаза походили на россыпь бледных моргающих огоньков. Мы умудрились нарваться прямо на огромный лагерь врагов на краю платформы. Не меньше полусотни троллей и орков расселись здесь вокруг костра и жрали чьё-то полусырое мясо. При виде нас они побросали еду и начали подниматься на ноги под шорох расчехляемых клинков.

— Шон!..

— Сейчас! — Я потянулся за спину, но пальцы схватили пустоту. Моргнув, я вспомнил, что перевесил ножны вперёд. — Твою ж... Лира! Щит!

— Поняла! — Она расставила ноги, сосредоточилась, и её рог замигал ярким светом.

Несколько монстров уже пошли в атаку, и в нас полетели копья и топоры. Мне даже показалось, что я чую вонь ржавого металла, исходящую от них, несущихся прямо к нам в головы.

В последний миг опасные железяки брызнули искрами и безвредно рассыпались по платформе: Лира еле-еле, но успела поднять защиту. Воспользовавшись моментом, я расчехлил оба арбалета, выставил их за край щита и выдал ответный залп.

Три твари с визгом рухнули наземь, утыканные стальными болтами, как подушечки для булавок. Остальные перепрыгнули через их окровавленные трупы и ломанулись к нам с кровожадными воплями.

— Их слишком много! — испуганно взвизгнула Лира. — Шон, что мы будем делать?!

— Чтобы их стало меньше! — прорычал я, убирая арбалеты и перевешивая ножны назад. Затем выхватил меч, ярко блеснувший даже в здешнем полумраке. — Держись позади меня и прикрывай!

— Не уходи слишком далеко! — ответила она, опуская щит.

— И мечтать не смею!

Раскручивая меч на бегу, я бросился в драку, ощутил, как Сизифовы программы срабатывают у меня в голове, и меня тут же залило тролльской кровищей. Зарубив двух орущих маньяков, я отбил удары ещё троих и подождал, пока Лира им врежет.

Она не разочаровала. Зелёные молнии засвистели мимо меня и обожгли глотки нескольким монстрам. Когда те зашатались, я скосил их клинком, разрубив на куски, и платформу перед нами заполнила тошнотворная вонь их внутренностей.

Затем на нас навалилась вторая волна, вдвое больше и злее, чем первая. Мне пришлось отступать, отчаянно размахивая мечом по сторонам, чтобы сдержать их натиск. Поле зрения заполнили оскаленные рожи и клацающие зубы, как будто эти куски дерьма с рождения мечтали отгрызть мне хер. Не желая помогать их мечте сбыться, я пригнулся, уворачиваясь от топора, и воткнул меч глубоко в ляжку одному троллю. Тот громко заверещал, а я двинул мечом как рычагом и опрокинул тролля на его товарищей, устроив из них дёргающуюся кучу-малу, которую Лира немедленно обстреляла своим зелёным огнём.

Порадоваться успеху я не успел: мощный пинок по рёбрам отбросил меня на спину. Надо мной навис здоровенный орк, а за ним приближалась третья волна монстров. Я пнул орка в промежность, пока он не ткнул меня копьём, и, оттолкнувшись мечом от пола, кувыркнулся назад, юзом проехав обратно к Лире. По дороге я выхватил один арбалет и обстрелял валившую к нам толпу уродов.

— Это полное безумие! — проговорила Лира, морщась от головной боли, которую терпела из-за расхода магии. — Можем мы сбежать от них?

— Э-э-э... — я выпустил ещё несколько болтов и оглянулся назад, на пропасть за краем платформы. — Сомневаюсь.

— Шон, мне страшно! — пискнула она, пока орки и тролли стягивались к нам. Мы уже чувствовали их дыхание и запах слюны.

— Ай, в жопу всё! — я встал рядом с ней и поднял меч. — Щит!

— Но я очень слабая! Вряд ли я смогу...

— Такой высоты, чтобы рубить поверх! — я крепко сжал рукоять меча, когда перед нами появился изумрудный барьер примерно от пола до пояса. — Раз уж мой последний бой будет рядом с зелёной пони, то я хочу отжечь напоследок!

— Шон...

— Держись! — рявкнул я и от души замахнулся мечом.

Но прежде чем я успел снести хоть одну башку с их мерзких туловищ, нас с Лирой озадачило странное зрелище: ближайших к нам противников что-то выдёргивало из строя назад, одного за другим. Мы ошеломлённо ахнули. Враги растерялись, смешали строй, но продолжали исчезать: орк за орком падал на пол, пробитый стрелой — каждый раз одной и той же.

— Это чё за хрень такая? — обалдело спросил я. Тут справа раздался чей-то крик. Я повернул голову и увидел женщину, стоявшую на верхушке колонны возле лагеря. Она была закована в красно-чёрные облегающие доспехи и смотрелась до чёртиков сексуально.

— Не волнуйтесь, ребята! Мы вас прикроем! — крикнула она очень знакомым голосом. В руках у неё был нелепо огромный лук из сверкающего металла. Наложив на тетиву стрелу, от которой тянулась стальная нить, эта чертовка умело выстрелила, пробив шею одному орку. Быстрое движение кистью — и нить начала втягиваться назад, рванув тело орка так, что оно сбило с ног нескольких заоравших троллей. Окровавленная стрела вырвалась и вернулась на тетиву. Гордо улыбнувшись, женщина приложила ко рту ладонь в боевой перчатке и позвала:

— Давай, Эй-Джей! Порви их всех!

Загремели копыта, и из-за той же колонны на всём скаку вылетела оранжевая пони.

— Ну, держитесь теперь! — воскликнула эта веснушчатая штучка и дёрнула шеей. Как по команде, полоса металла у неё на спине начала раздвигаться, пока всё её мускулистое тело не покрылось бурыми пластинами брони, словно миниатюрный танк. — Сейчас будет большая уборка!

И дальше последовал такой залихватский боевой клич, как будто сам господь бог взял кусок динамита, смешал его с чистейшей крутизной и вылепил маленькую южную боевую лошадку:

— Йи-и-и-хха-а-а!!!

Она со всего маху врезалась во врагов, сбивая их с ног и топча-топча-топча копытами, и пробурила всю отвратную толпу насквозь, пока они бесполезно стучали мечами по её бронированным бокам.

Тем временем женщина спрыгнула с колонны, прежде чем их с партнёршей ошейники успели разделиться чересчур далеко, и встряхнула стрелу, каким-то образом свернув её в зазубренный диск. Она выстрелила им с не меньшим мастерством, и тот описал смертоносную дугу, обезглавливая тех орков и троллей, что успели встать после атаки бронированной пони. Когда стальная нить притянула диск обратно к луку, женщина выхватила один из нескольких кинжалов, висевших у неё на поясе, крутанула в пальцах и метнула прямо в горло орку, подобравшемуся к ней сбоку.

— Шон! Мы должны помочь им! — раздался голос Лиры.

Я вздрогнул, только сейчас осознав, что застыл на месте.

— Точно! — перепрыгнув через щит, я врубился в группу троллей с луками, прежде чем они успели обстрелять бронированную пони сзади. Кровь и конечности дивным дождём полетели в стороны. Припав на колено, я рубанул понизу, превратив несколько лодыжек в кровавые обрубки. Когда сбоку на меня напали двое орков, Лира обожгла их магией. Я вскочил на ноги, собираясь прикончить их, но, им на беду, оранжевая пони добралась до них раньше.

— Это за доктора Хувса! — прорычала она, сбивая с ног первого орка, и одним ударом копыт превратила его морду в кровавое месиво. — А это за Эйса! — второго она боднула лбом, и он с воплем свалился за край платформы. Тут позади неё появились два тролля с копьями.

— Сзади! — выкрикнул я.

Пони повернулась боком, и копья бессильно скользнули по её броне.

— Ага, щас! — взвившись на дыбы, она лягнула сразу обоих троллей по животам.

Когда они зашатались, я рванулся вперёд, замахиваясь мечом, и отрубил руки одному, а зелёные разряды Лиры вывели из строя другого. В следующий миг сквозь глотки обоих пролетела стрела и тут же дёрнулась назад от рывка нити, начисто снеся тварям головы с плеч.

— А это, — пони сплюнула на дёргающиеся тела, — было за Флаттершай, уроды вы никчёмные! — На этом почти весь бешеный гнев исчез с её лица, и она осела на землю, тяжело дыша и с таким видом, словно её мутило.

— Ты чё творишь?! — крикнул я, разворачиваясь с мечом наготове. — Нельзя сейчас останавливаться!..

— Остынь, Шон, — перебила женщина, убирая лук за спину. — Всё, веселье пока что закончилось.

— Погоди, откуда ты знаешь, как ме... — не договорив, я заморгал. Затем оглянулся на дальнюю сторону платформы. Два с чем-то десятка выживших драпали со всех ног, вереща и наверняка обоссываясь на ходу. Между нами и бегущим врагом расстилалось море крови и мяса. — Мда... — Пожав плечами, я вложил меч в ножны, приходя в себя от адреналинового угара. — Сизиф их на самотыки пустит.

— Это если им повезёт, — ответила женщина и вдруг присела рядом с бронированной пони: — Эплджек. — Она нежно положила руку ей на плечо. — Эплджек, милая, посмотри на меня...

Пони дрожала, крепко зажмурив мокрые глаза:

— Они словно ни чувствуют ничегошеньки. Хотя мы их косим пачками, как кукурузу в поле. Мне жуть как хотелось отомстить им за то, что они делали с моими друзьями, но всё это так неправильно...

— Я понимаю, Эплджек, — сказала женщина с тёплой улыбкой, подняв мордочку той за подбородок и взглянув ей в глаза. — Ты пони. Ты не создана для таких жестокостей. Вполне естественно, что в душе тебе от этого плохо. Но я даю тебе слово: так или иначе мы отомстим за твоих друзей, и за моих тоже. А потом вернём тебя домой, к семье. Ты, главное, продержись ещё немножко.

Эплджек сглотнула и то ли всхлипнула, то ли выдохнула:

— Просто... Просто я жуть какая злая стала, словно сама не своя...

— Ничего, — ответила женщина, ласково погладив Эплджек по щеке над ошейником. — Пока ты рядом со мной, я прослежу, чтобы ты не терялась. Ты не одна, Эй-Джей. Не забывай.

— Я знаю... — Пони поёжилась. — Только это всё так...

— Эплджек?.. — пискнула Лира тихонько, словно котёнок.

Эплджек моргнула. Затем обернулась и изумлённо открыла рот:

— Да это же... — Пластины её доспехов начали втягиваться одна за другой, открывая оранжевую шёрстку, а сама она поднялась и зашагала к моей мятно-зелёной партнёрше. — Лира! Репей мне в круп, да ты жива, сахарная!..

— Ох, Эплджек, это ты! — Лира галопом бросилась к светлогривой пони и от души уткнулась в неё носом. У меня аж зубы от милоты свело. — Как я рада, что ты цела!

— И я тож, дорогуша. — Эплджек с тёплой улыбкой тоже ткнулась в неё носом. Все намёки на грусть и неуверенность исчезли с её лица в тот же миг, как она заговорила с Лирой, словно эта пони была от природы запрограммирована быть самой сильной в округе. Она положила передние копыта единорожке на плечи: — Слава Селестии, что после всей этой жути хоть кто-то из моих друзей жив-здоров!

— Хе-хе... Ты только погляди на себя! — широко улыбнулась Лира. — Ни дать ни взять капитан Стражи!

— Ага. Классные штуки, скажи? Я очнулась и вдруг уже знала, как с ними управляться, будто родилась в этом доспехе. В жизни бы не подумала, что однажды стану армией из одной пони!

— Да, и я тоже никогда ещё так много не колдовала и... — Лира замолкла, не договорив, сильно сглотнула, побледнела и у неё задрожали губы. — Эплджек... Кэррот Топ. И ещё Клауд Кикер и Тандерлейн. — Ей на глаза навернулись слёзы. — Они... и-их больше нет, Эплджек. А сейчас... я слышала, ты говорила, что Флаттершай..?

Эплджек стиснула зубы и промолчала. Этого ответа Лира и ждала — хотя вряд ли его хотела. Тихо всхлипнув, она обмякла у Эплджек в объятиях, заливая слезами окровавленную платформу под ногами. Эплджек закрыла глаза и прижала Лиру к себе, уткнувшись носом ей в шею.

— Ну, ну, сахарная. Я знаю, это кошмар. Но мы должны идти дальше. Главное, что мы теперь вместе. И если не ради нас самих, то ради наших друзей мы должны отсюда выбраться. Мы должны вернуться к родным...

— Это всё так ужасно! — выдавила из себя Лира, заикаясь и всхлипывая. — Мы этого не просили! Мы не хотели сюда попасть! Почему Тартар вообще есть?! Почему этот гад Сизиф не оставит нас в покое?!

— Тс-с-с... Я не знаю, дорогуша. Но это и не важно. Не сдерживайся, не надо. Это нормально, что тебе грустно.

Лира тихо плакала. Тем временем Эплджек с любопытством покосилась на меня, блеснув глазами. Я отвернулся и побрёл к единственному кроме себя человеку поблизости.

— Так что... эм... — Я поскрёб шею, вздохнул и посмотрел на неё. — Ты, выходит, меня знаешь?

— Ну конечно знаю, Шон, — ответила она, протирая от крови своё оружие. В тусклом свете, сочившемся из адской бездны вокруг, её тёмная кожа походила на полированное красное дерево, а выбившаяся прядка фиолетовых волос дала моей памяти яркого пинка, наконец заставив её сработать как надо. — Я бы где угодно узнала этот холодный скучный голос с задней парты.

Я глазел на неё так, словно впервые в жизни раскрыл глаза.

— Келли?!

— Что, дошло всё-таки? — улыбнулась она, стряхнула с лука последние капли крови и выпрямилась. — Только не говори мне, что ты не мечтал всю жизнь порубить кого-нибудь в капусту.

Я моргнул. Потом поглядел на горы трупов и конечностей вокруг нас.

— Ага. Только салатик этот получился какой-то мясной не в меру.

— Хе-хе-хе... — Она принялась осматривать трупы на предмет пригодного оружия. — У тебя всегда было чёрное чувство юмора. Логично, что ты и здесь ведёшь себя как полный засранец.

— Как ты умудряешься быть такой спокойной среди всей этой херни?..

— Просто, — сказала Келли, выдёргивая из чьей-то мёртвой руки кривой скимитар. Присмотревшись, она забраковала его за тупость и отшвырнула в сторону. — Мне выдали личную офигенную пони. Мечта дошкольницы сбылась, и я не собираюсь её похерить.

— Но...

— Без "но". Эти уроды ещё вернутся. И готова спорить, при этом их будет уже вдвое больше. — Она подобрала копьё и взвесила в руке. — Ну что, Шон, могу я рассчитывать на твою помощь? Или ты предпочтёшь компанию из собственного цинизма?

Я опять моргнул, затем покосился на двух обнимавшихся пони и вздохнул.

— Да, капитан. Командуй, капитан.

— Славно. Приказ номер раз. — Она прошагала мимо меня, специально пихнув плечом. — Отставить пялиться на мою задницу.

— Э... эй! Никуда я не...

Она коротко рассмеялась и продолжила копаться в хламе.

Застонав, я двинулся к куче дохлых троллей со своей стороны.

— Как будто мне одного слабонервного единорога не хватало...

## Глава третья, в которой пони заняты скучной ерундой, а мне приходится раскрывать характер

— Значит, говоришь, вы видали, как Рэйнбоу Дэш отсюда выбралась? — спросила Эплджек.

— Ага! — улыбнулась Лира, дошивая пару перемётных сумок, сделанную из четырёх кожаных мешков, которые мы нашли у убитых тварей. — Вместе с Мишель, одной из друзей Шона. Мы видели, как они прошли в светящуюся дверь и исчезли в один миг, здесь остались только их доспехи и ошейники. Сейчас они уже наверняка дома.

— Либо так, либо Рэйнбоу выучилась какой-нибудь хитромудрой шмагии.

Лира захихикала:

— Эплджек, ты не хуже меня знаешь, что если уж Рэйнбоу Дэш решит в чём-нибудь победить, её не удержишь. Я не удивлюсь, если она была первой пони, которая сумела выйти отсюда вместе со своим человеком.

— Я смекаю, эта медаль всё-таки уйдёт к Кенди Флосс, — ответила Эплджек, когда Лира протрусила к ней с сумками. — Она и её напарник, Кристофер, так же исчезли прямо у нас на глазах два дня назад. А потом мы с Келли помогли Черили и Брайану пройти через ещё такую же дверь.

— Да ну?

— Когда мы туда добрались, проход был только на двоих, а Черили зверски досталось...

— О нет! — побледнела Лира. — Насколько всё плохо?..

— Ежели только она вернулась в Понивилль, то медсестра Рэдхарт её подлечит без проблем. Магия в той двери была уже слабой, и её не хватило бы на всех четверых. Ну, и мы с Келли решили, что у нас больше шансов протянуть здесь чуток подольше, чем у тех двоих, так что, можно сказать, подарили им билеты до дома.

— Безотказно, — с улыбкой пробормотала Лира. — Ты как была, так и есть самая надёжная пони в городе. — Она подняла сумки телекинезом и взглянула на Эплджек: — Готова?

— Всегда готова.

— Тогда держись. — И она опустила сумки на бронированную спину Эплджек.

— Уф-ф, — выдохнула та, принимая вес. — Хех. Эти уроды таскали с собой кучу полезного барахла. Интересно, может, этот Сизиф решил так нам подыграть?..

— Фу... — Лира скорчила рожу. — Только Рэйнбоу Дэш была достаточно чокнутой, чтобы считать этот кошмар игрой.

— Даже удивительно, чего это она так торопилась унести отсюда свой круп.

— Почём знать, может, она сейчас созывает "Вандерболтов"! Вместе они найдут портал сюда и отлягают всех монстров, чтоб мало не показалось!

— Точняк! — ухмыльнулась Эплджек. — Только этого нам и не хватало! Мисс Хвастунишка спешит на помощь!

Обе пони рассмеялись. Через несколько секунд улыбка Лиры поблёкла, и она поскребла копытом платформу там, где не было следов крови.

— Гм... Эй-Джей?

— Чего?

— А там, где вы с мисс Келли побывали, вы ведь не... гм-м... вы ведь не видели..?

— Нет, Лира. — Эплджек спокойно протрусила к ней и положила копыто на плечо. — Но вспомни, сахарная, ведь Сизиф тогда загрёб только тех, кому не повезло сидеть рядом с "Сахарным уголком". Она наверняка была слишком далеко, чтобы её унесло сюда вместе с нами.

Лира глубоко и тяжело вздохнула, повесив голову.

— Очень надеюсь, Эплджек.

— Эй... — Эплджек подняла ей подбородок, заставив посмотреть на себя. — Она ждёт тебя, дорогуша. Как моя семья ждёт меня. Давай за них порадуемся и постараемся мало-помалу выбраться отсюда, ладушки?

Лира кивнула, закусив губу.

— Я... Я думаю, что справлюсь...

— А потом мы непременно выдернем у Рэйнбоу по перу за то, что она так быстро отсюда смылась!

— Хи-хи-хи-хи! Ага! Оставим их себе как сувениры!

— Ха-ха-ха!

Я сидел, привалившись спиной к железной колонне, и глазел, как две разноцветных лошадки над чем-то ржут. Застонав, я помассировал ноющий лоб и оглядел заваленную трупами платформу позади.

— Мало меня одна говорящая лошадь бесила, теперь их ещё и две...

Мне в голову прилетела кожаная сумка.

— Уй!.. — нахмурившись, я поднял взгляд. — Какого хера?!

— Большого и толстого, — ответила подошедшая Келли с похожей сумкой в руках. — Нашла это у одного из самых здоровых орков. Глянь внутрь.

Заворчав, я так и сделал. Под кожаным клапаном обнаружилось несколько кусков жилистого мяса.

— С виду съедобная хрень, — сказала Келли, вытаскивая из своей сумки такой же кусок. Сунув его в рот, она села у той же колонны рядом со мной. — Нам потребуются свежие силы, особенно теперь, когда надо угнаться сразу за двумя четвероногими.

— Может, тебе не стоит налегать на мясное, а то доспехи налезать перестанут.

— Ха-ха три раза. — Она снова указала пальцем на сумку: — Жри давай, пока я тебе свой кулак не скормила.

— Да, капитан, слушаюсь, капитан. — Я тоже достал шмат мяса и поднёс ко рту, но в последнюю секунду остановился. Взглянул на двух пони, затем на Келли. — Гм... Как думаешь, а это ведь не понячье?..

— М-н-не-а, — промычала Келли с набитым ртом. — У конины другая текстура. Можешь мне поверить, я по "Дискавери" видела.

— Э... — Я кивнул. Повертел мясо в пальцах, сглотнул слюну и замер. — А вдруг это человечина?..

— М-ф-ф... — Келли откусила ещё. — Очень надеюсь, что нет.

Поёжившись, я уронил сумку на пол между коленями.

— Пожалуй, притворюсь золотой рыбкой и подожду, пока не забуду наш разговор. Минут пять. — Я откинул голову, оперевшись затылком о колонну, и вздохнул. — Всё бы отдал за свежее пиво и сезон "Квантового скачка", вот прямо сейчас.

— Хех... — Келли прожевала очередной кусок и ухмыльнулась мне. — Я вообще-то собиралась выдать тебе воодушевительную речь, но ты меня удивил. Не думала, что тебе хватит уверенности, чтобы всерьёз рассчитывать отсюда выбраться.

— Ты это называешь уверенностью?.. — фыркнул я, глядя на сумрачный далёкий потолок пещеры. — Это скорее умственный запор. Клянусь, если я хоть на миг разожму ягодицы, то моя башка высрет такой фонтан страхов и нервяков, что я скорчусь на полу, буду лежать и звать мамочку. И кто меня в этом обвинит? Келли, мы попали на садомазо-групповуху без единого гондона в кармане. Теперь понятно тебе, почему я притворяюсь, будто непременно выживу и ближайшую вечность буду орать об этом на весь фейсбук?

— Нет, — сказала она. — Зато понятно, почему ты выбрал специализацию по литературе.

— Можешь мне кое-что объяснить? — спросил я, лениво взглянув на неё. — Что за хрень тебе в жопу влезла и принялась впрыскивать в кишки экстази? Потому как ни одна нормальная баба посреди этой срани ни хера бы не смогла остаться такой спокойной.

— Я отвечу, если ты тоже ответишь мне на один вопрос.

— Ну, рискни.

Она закрыла сумку, проглотила последний кусок мяса и улыбнулась:

— А на что хорошее мы с тобой тратили свои жизни раньше, до того, как начался этот кошмар?

— Ну, зашибись, — простонал я, закатывая глаза. — Сейчас ты мне начнёшь втирать, что этот мудила Сизиф сделал нам одолжение.

— Нет, хотя замечу, что он не такой гад, как ублюдки из нашего деканата. Так вот, слушай, Шон. — Она наставила на меня палец. — Как ты вовсе не крутой воин, так и я ни разу не дева-воительница. Как бы оно ни выглядело, на самом деле мне так же страшно до такой же усрачки. Когда меня сюда сбросило, я не знала куда деваться. Я увидела существо, с которым меня сковали ошейником, толпу мерзких уродов, бежавших на нас, и уютную глубокую пропасть за краем платформы. Угадай, в какой из этих трёх пунктов мне сперва захотелось спрыгнуть?

— И что тебе помешало? — сощурился я.

Келли бросила взгляд в сторону, на наших разноцветных партнёрш.

— Эплджек тоже была напугана не меньше. И я не могла не понимать, что если я её брошу, то, как бы сильна она ни была, против той толпы монстров она и минуты не продержится. Так что я осталась и сражалась. Потому что хотела её спасти. И знаешь что? Это оказалось чертовски приятно. И так вышло, что я тоже получила награду. Я видела, как Крис и Брайан вернулись домой.

— Это если предположить, что домой, — проворчал я. — Когда Мишель и тот летучий гейский флаг зашли в такую светящуюся дверь, мы с Лирой просто увидели, как их доспехи и ошейники брякнулись на пол, а тела исчезли. Кто знает, может, Сизиф их переправил в понячий ад?

— Ты прав, Шон. — Келли пожала плечами. — Я не знаю. Нам во многом приходится полагаться на судьбу.

— Чую, полные штаны счастья мы с этого огребём...

— Почему-то я не сомневалась, что именно так ты и скажешь. — Она подмигнула и откинулась назад. — В общем, я здесь обнаружила, что способна на большее, чем просто спасать свою шкуру. Прошло... сколько? Три, четыре дня? И всё это время я чувствовала, что становлюсь сильнее. Другие люди — и другие пони — сейчас живы благодаря тому, что мы успели сделать после того, как нас сюда сбросили. Чёрт, мы с Эплджек могли уже убраться отсюда, но решили пропустить вперёд Брайана и Черили, пока сами отгоняли врагов от последней встреченной двери.

— Вы что, обе вконец кукухой поехали? — нахмурился я. — У вас был шанс свалить из этой грёбаной срани! Почему сами не запрыгнули следом?

— В двери не хватало энергии, чтобы забрать домой всех четверых. И потом... — Келли посмотрела на меня горящими глазами, — ...жизнь к спасению шкуры не сводится. Раньше, пока не попала сюда, я в это не верила. А теперь, вопреки всем ужасам, которые видела, я считаю, что стала лучше.

— А в чём смысл становиться лучше, если в конце всё равно помрёшь? — холодно спросил я.

— А что, Шон, кроме выживания тебя ничего не волнует?

— Даже до того, как мы попали в этот отстойник, не волновало, — сказал я, подавив зевок. — И когда я отсюда выберусь, тоже не будет... если я выберусь.

Келли захихикала — неожиданно по-детски для неё.

— Поверить не могу, что ты почти четыре дня провёл вместе с ясноглазой пони и остался таким же засранцем-нигилистом, которого я всегда сторонилась в коридорах между уроками.

— Ага. — Я тонко улыбнулся. — А по мне так ты чересчур сблизилась с этой своей Белобрыской.

— Эплджек.

— Пофигу.

— Нет, серьёзно. — Келли наклонилась вперёд, уперевшись руками в колени. — Ты даже не попытался узнать свою подругу-единорожку получше, а не просто как напарницу в бою?

— Да хоть в каком мы адском скотном дворе, но она же лошадь. Гм. Нет, спасибо.

— Тьфу! Да я не предлагаю тебе с ней целоваться взасос! — Она ухмыльнулась. — Как бы странно эти пони не выглядели и не говорили, они очень добрые, очень умные и очень интересные существа! — Она взмахнула рукой. — Веришь или нет, но Эплджек владеет яблочной фермой на окраине города, который её бабушка помогала основать. Их мир называется "Эквестрия", и в нём живут несколько подвидов настоящих живых говорящих лошадок. — Она широко улыбнулась. — А ты знаешь, что ими правит богиня во плоти по имени принцесса Селестия, которая своей магией поднимает солнце? Мало того, её сестра Луна повелевает луной. А ещё там раз в год бывает великая миграция драконов, которые пролетают над всей страной, чтобы отложить яйца.

— Ну да, я понял, — буркнул я. — Они живут не в стойлах, а в какой-то космической Нарнии. И что ты от меня хочешь-то? Статью о них написать в журнал о живой природе? — Я устало взглянул на неё. — Слушай, я просто хочу отсюда свалить, так или иначе. Если Лира вернётся домой, чтобы с кем-то там гарцевать на лужайках, то и славно. Я хоть от её нытья наконец избавлюсь.

— Хех... хе-хе... — Келли откинулась назад. — Значит, ты считаешь, что это она тут нытик.

Я моргнул.

— Прости, что?..

— Я думаю, что эта вот твоя показная холодность тебя же и ранит, — сказала Келли. — И Лиру тоже.

— С чего бы?

— А ты подумай. Я понимаю, что ты просто хочешь выжить. И не виню тебя, это вполне естественно. Но рано или поздно тебе придётся осознать, что ты рискуешь отсюда не выбраться.

— О, я это прекрасно понимаю.

— Разве? — Подняв бровь, она пристально взглянула на меня. — Что-то ты к этому не готов.

— Да ладно...

— Этот урод Сизиф сковал нас с пони не просто так. Он думал, что наши компаньоны будут мешать нам, словно камни на шее. По-моему, он сам не понял, что натворил. — Её лицо смягчилось. — Эплджек ценит мою практичность, а мне ужасно нравятся её природная доброта и искренние чувства. Если я умру здесь, то рядом с ней, и последнее, что я буду чувствовать — это нашу с ней близость. — Она сглотнула и посмотрела на меня в упор. — Шон, возможно, это ваши с Лирой последние дни. Ты правда хочешь, чтобы они прошли так холодно и одиноко?

Я вздохнул. Взглянул на кучи дохлых орков и троллей перед нами.

— Мы все одиноки, Келли, — проговорил я, разом вспомнив глаза Блейка, полные паники, и Барбару и Кайла, давившихся собственной кровью. — Просто здесь это стало особенно очевидно. Так что не надо тут читать мне проповеди, лады?

Келли помолчала. Затем, кивнув, сказала:

— Я только хотела бы спасти и тебя, вот и всё.

Я ничего не ответил.

Тут к нам протрусила Эплджек:

— Зацените-ка, что за славная у меня обновочка. — Она повернулась туда-сюда, демонстрируя кожаные сумки у себя на боках. — Я смекаю, вы заполучили себе вьючную лошадку, хе-хе.

— А я помогла! — сказала Лира с нервной улыбкой.

— Хм-м... — Келли встала, улыбнулась и взъерошила Лире гриву: — Ты молодец! Думаю, сейчас не худший момент, чтобы двигаться дальше. Шон?..

Я уже с ворчанием поднимался на ноги.

— Скажи лучше что-нибудь новенькое.

— Не вопрос. — Келли с улыбкой наклонилась к милым пони: — С тех пор как мы встретились, Шон только и делает, что глазеет на мою задницу!

— Да ни фига! — рявкнул я.

— Я вот думаю, может, отдать ему мои ножные доспехи, и пусть балдеет? — Келли подмигнула и зашагала вперёд.

Эплджек рассмеялась. Лира озадаченно моргнула:

— Не поняла...

— Она хочет сказать, сахарная... — Эплджек подмигнула единорожке и затрусила вслед за Келли, оставаясь в радиусе её ошейника, — ...что не только у жеребцов лишняя нога кое-откуда растёт.

— Правда?! — Лира развернулась и уставилась на меня, открыв рот. — А на ней тоже пальцы есть?

— Отвянь, — буркнул я, двинувшись следом за нашей самоназначенной командиршей. — Боже, скорей бы уже с троллями подраться...

## Глава четвёртая, в которой все чересчур весёлые для этого места

Разумеется, в следующие несколько часов нам пришлось сражаться разве что со скукой. День в Тартаре здорово походил на день на войне. Ну, насколько я его себе представлял. Сперва ты в полной тишине долго-долго шагаешь куда-то по пустым железным платформам, понятия не имея, что там ждёт впереди. А потом на тебя внезапно откуда ни возьмись наваливаются орки, тролли и хер знает кто ещё, вспыхивает короткий яростный бой, звенят мечи, брызжет кровища, и от силы минут через пять всё опять заканчивается.

Само собой, от такого и крышей съехать недолго. Борется с этим каждый по-своему. Лично я считал трещины в платформе под ногами. Келли болтала о каких-то глупостях. Эплджек насвистывала что-то весёленькое. А Лира...

— Н-н-нгх! — напрягалась она на ходу, сосредоточенно сморщив мордашку и выдав рогом несколько зелёных вспышек. — Хн-н-н-к-кт!

— Осторожней, дорогуша, — протянула Эплджек, с сумками набранного барахла на боках трусившая между мной и Келли. — Ежели будешь слишком тужиться, тебя, чего доброго, удар хватит.

— Ну правда! — Лира шумно выдохнула, потом ещё раз, и снова скорчила такую физиономию, как будто бы рожать собралась. — Уже почти! Я чувствую, что лей-линии выстраиваются как надо!

— Всё, сдаюсь, — заявила шагавшая впереди Келли, оглянувшись на Лиру через плечо. — Что она там делает, единорожьим киберсексом по переписке через магию развлекается?..

— Она думает, что если достаточно сконцентрируется, то наколдует заклинание телепортации, — сообщил я скучным голосом. — И так избавится от ошейника.

— Да ты гонишь! — Келли широко улыбнулась. — Пони и такое могут?..

— Эта, как видишь, нет, — проворчал я.

— Я тоже могу! — пискнула Лира, тяжело дыша и натужившись. — Просто нужно правильно сплести заклинание...

— Лира, сахарная, я тебя люблю как сестрёнку и поддержу хоть в чём угодно, — сказала Эплджек. — Но, может, тебе чутка попридержать лошадей?

— Ты осознаёшь, что ты пони, которая только что отпустила лошадиную шутку? — спросил я её.

— Пфе. — Она равнодушно покосилась на меня зелёными глазами. — Прости, тебя плохо слышно, тут какая-то макака-переросток своим навозом кидается.

— Ха-ха-ха! — Келли даже приостановилась, оперевшись о ржавую колонну. Титановый лук у неё на спине лязгнул о доспехи, когда она наконец вытерла слезу и зашагала дальше. — Уф-ф! Честное слово, Эй-Джей, ты та-а-ак классно вписалась бы в мою тусовку. Я почти мечтаю, чтобы портал вернул тебя прямо ко мне домой, чтобы вместе смотреть ютуб и хихикать над мемасиками.

— Ну, да и я б тоже здорово порадовалась, если бы ты попала ко мне на ферму, Келли! — тепло улыбнулась Эплджек. — Всегда приятно скормить бабулин пирог кому-нибудь, кто его как следует заценит.

— Пф-ф-ф. Ага, конечно. — Келли подмигнула. — Ты просто хочешь, чтобы кто-то моего роста срывал для тебя яблоки, потому что тебе лень задними ногами дрыгать, вот и всё.

— Вот блин, — хихикнула Эплджек. — Ты меня прям всю читаешь, как раскрытую книгу.

— Ещё бы, ведь в этой книге столько всяких интересных слов. И веснушки на обложке симпатичные.

— Хах! — Эплджек закатила глаза, одновременно пытаясь скрыть румянец на щёках, и обернулась к единорожке: — Честное слово, я в жизни ещё так легко не сходилась с полной незнакомкой. Вот если бы тут ещё не было так гадко, а?..

Лира с широкой улыбкой повернулась ко мне:

— Эй, Шон, а помнишь, как ты тогда сказал что-то насчёт запаха от мёртвого тролля, а я рассмеялась?

— Нет, — буркнул я. — И я не хочу об этом говорить.

— Ладно. — Она тихо повесила голову.

Я заметил неодобрительный взгляд Келли и демонстративно пожал плечами. Она вздохнула, покачала головой и откашлялась:

— Э... гм... — Эхо её голоса раскатилось по широкой платформе и отразилось от огромной стальной стены впереди, в нескольких местах прорезанной геометрически правильными расщелинами. — А пони знают об этом месте? В смысле, о Тартаре.

— Ещё бы, — кивнула Эплджек. — Ну, то бишь, никто из нас сюда ни копытом не совался, но в учебниках истории полно упоминаний про него.

— Да, — поддержала её Лира. Она сглотнула и пояснила: — Давным-давно, когда аликорны основали Эквестрию, им пришлось иметь дело с кучей злых монстров.

— Когда кто основал Эквестрию?.. — переспросил я, скривившись.

— Аликорны, — ответила мне Келли. — Ну, знаешь... особо крупные пони, у которых крылья как у пегасов, рога как у единорогов и дофигища природной и космической магии. — Она прищурилась. — Ты ведь, конечно, позволил Лире всё тебе о них рассказать?..

Я молча зыркнул на неё.

— В общем, — продолжила моя партнёрша, — гм... там была куча злых монстров. Аликорны, Селестия и Луна, попытались жить с ними в мире, но не получилось. Эти существа хотели только убивать и крушить, и творили много зла.

— Так что Селестия выгнала их всех в другую реальность, — добавила Эплджек. — Насколько мы в Эквестрии знаем, это такая гигантская подземная тюрьма. Но никто из нас не думал, что она настолько здоровущая. — Лязгнув доспехами, она подняла голову, оглядывая стену перед нами. — Если на то пошло, мы даже не думали, что в других измерениях водятся твари вроде ва... гм, в смысле, что в них тоже кто-то живёт.

— А что у людей, Келли? — спросила Лира. — Вы что-нибудь знаете про Тартар?

— Я бы с радостью рассказала, но, по-моему, это вот он у нас местный хипстер-заучка с кучей бесполезной фигни в голове. — Келли не глядя махнула рукой в мою сторону. — Шон?..

Я тяжело вздохнул, поникнув плечами под бронёй.

— Гм. В западной культуре Тартар отчасти отождествляется с Адом. Насколько я знаю, изначально Тартар выдумали греки — в их мифологии Зевс и его родня прогнали туда титанов после того, как сделались олимпийскими богами.

— Титанов? — состроила гримасу Лира.

— Греки? — состроила ещё более странную гримасу Эплджек.

— Короче. Это просто большое унылое место, заточенное на разные издевательские страдания, ясно? — спросил я. — Например, тот же Сизиф. Хех. Клянусь, это самое долбанутое совпадение на свете. Гм. В человеческой мифологии Сизиф был простым смертным, которого сослали в Тартар за то, что он обманывал богов.

— О, про него я знаю! — оглянулась на меня Келли. — Это тот, который должен вечно закатывать в гору камень!

— Угу, — кивнул я. — А ещё про него писал один алжирский француз, который фапал на собственную заумную брехню, притворяясь, что это экзистенциализм.

— Алжирский?.. — прищурилась Эплджек.

— Фапал?.. — повторила Лира.

— О боги. — Келли на ходу накрыла рукой лицо. — По-моему, Шон, ты их сломал.

— М-да...

— И меня, кажется, тоже.

— Муа-ха-ха, — мрачно буркнул я и указал вперёд: — Гляньте на эту хрень. По-моему, нам стоит пойти другой дорогой.

— Зачем? — Келли оглянулась на нас. Мы остановились, пока она шагала к подножию стены. Там сквозь сплошную сталь проходил нелепо узкий и ужасно тёмный тоннель, в конце которого едва виднелся тусклый свет, такой же, как с этой стороны. — Это же просто проход. Давайте пойдём гуськом. Двое будут смотреть вперёд, двое следить за тылом.

— Ну, не знаю, — сказала Эплджек, потирая подбородок. — Подозрительно как-то он выглядит. — Она оглянулась на нас: — Как думаете, это ловушка?

— По мне так очень скучная, — ответил я.

— Шон... — вздохнула Келли.

— Что?

— Я... Я думаю, что смогу тут помочь, — сказала Лира, выходя вперёд и зажигая рог.

— Ты что, опять будешь пытаться телепортироваться? — спросила Келли.

— Веришь или нет, но она знает, что делает, — сказал я. — У Лиры есть что-то вроде... ну, она как бы ощупывает своим рогом пространство. Похоже на радарное чувство Сорвиголовы, только зелёное и с гривой.

— И оно очень усилилось с тех пор, как я сюда попала. — Лира, со спокойным и расслабленным выражением на лице, просвечивала узкий коридор лучом из рога. — Как Эплджек стала боевой пони, а вы лучницей и мечником, так и я сделалась волшебницей высокого уровня.

— Не умеющей телепортироваться, — вставил я.

Келли стукнула меня луком по макушке.

— Уй!..

Лира хихикнула.

— Зато я умею ставить щиты, стрелять молниями по врагам и открывать сложные замки на дверях. И не только... — Она вспыхнула рогом в последний раз и облегчённо выдохнула. — Ещё я могу обнаруживать опасные препятствия. Этот коридор безопасен. В нём нечего бояться. — Она обернулась и чуть покраснела. — Так что... гм... я тоже на что-то гожусь.

— А-ха, — кивнул я, проходя мимо неё. — Спасибо, Лира. Теперь бы ещё увидеть, что там на той сто...

— Ты просто умница, милая, — сказала Келли, опустившись перед Лирой на колено и нежно погладив её по гриве за шлемом. И добавила, глядя прямо ей в глаза: — Не принижай себя. У нас у всех свои роли в этом бардаке, и твои таланты нам нужны не меньше, чем Шона и Эплджек.

— Точно, сахарная, — поддержала её Эплджек, мягко ткнувшись в Лиру носом. — На отлично проверила, что впереди чисто.

— Ох... — Лира ковырнула пол копытом, густо покраснев. — Я просто делаю, что получается. Не очень-то это и много...

— Но именно то, что нам нужно, — сказала Келли. Она поднялась на ноги и наполовину ухмыльнулась, наполовину зыркнула в мою сторону. — В конце концов, приятно знать, что тебя ценят.

Я посмотрел в ответ и закатил глаза.

— Ну, кому идти первым? — спросила Эплджек. — Я смекаю, лучше мне, раз у меня броня толще всех?

— Но зато ты почти все наши вещи несёшь, — ответила Келли. — Первой должна идти я. Я могу застрелить всё, что появится с той стороны.

— Ты уверена? — спросила Лира, моргнув ясными глазами. — У меня магическое восприятие. Может, лучше мне идти?

— Я пойду — прорычал я, расчехлил клинок и решительно вошёл в коридор. — У меня меч. Пусть сперва на меня нарвутся.

— Ну-ну, экий ты у нас стойкий, — усмехнулась Келли.

— Я вас трёх терплю, тебе мало, что ли?

— Эй! Шон! — Лира, задыхаясь, галопом бросилась вслед за мной. — Подожди! Не уходи далеко!

Эплджек потрусила следом:

— Келли, а в вашем мире у всех жеребцов яблочек в корзинке не хватает?

— Только у тех, к кому не стоит залезать в койку, — любезным тоном ответила та.

Шагая во главе отряда по тёмному коридору с тяжёлым мечом наперевес, я пробурчал:

— Боже, скорей бы при виде меня опять кто-нибудь обоссался...

— А знаешь, Шон... — попыталась прошептать мне Лира, приблизившись и едва не наступая на пятки. Я даже не глядя чувствовал, как она глупо-мило улыбается. — ...Я думаю, ты вроде как нравишься мисс Келли.

— Лира, для того, чтобы понравиться "мисс Келли", надо быть восторженным евнухом, держаться с ней за руки, петь песенки и притворяться, что в этом сраном приключении есть что-то хорошее.

— И-и-и-и, — игриво протянула Лира, — насколько ты этому соответствуешь?

— Да вообще ни хера.

— Если не будешь фильтровать базар, под первый пункт попадёшь! — раздался голос Келли сзади.

— Короче, люди... и пони, — проворчал я, не оборачиваясь. — Давайте-ка все фривольные разговорчики отложим до места, где похуже акустика.

Хихиканье Лиры и Эплджек прозвучало, казалось, со всех сторон. Келли тоже прыснула со смеху, отчего мне на миг захотелось броситься на собственный меч.

К счастью, на этом туннель закончился. Теснота осталась позади, и передо мной открылись новые подземные просторы, не меньше предыдущих. Но меня это не встревожило, поскольку прямо напротив нас, не больше чем в тридцати метрах, я увидел...

— Дверь! — воскликнул я, когда Лира, Эплджек и Келли выбрались из туннеля вслед за мной. — Слава те господи грёбаный! Уже выход в следующую пещеру!

— Только вот как-то странно, что мы до сих пор не нарвались на орду уродов, — негромко сказала Келли, напряжённо оглядываясь по сторонам.

— Ты можешь своих уродов хоть съесть, хоть жопой сесть, — ответил я, решительно шагая вперёд. — Свобода ждёт нас, дамы и...

— Шон, стой! — Лира выставила вбок копыто, оказавшееся на уровне моей лодыжки.

Я споткнулся, а Эплджек подошла к нам и спросила, сощурившись:

— Что-то не так, сахарная?

Лира пристально разглядывала металлический пол прямо перед нами.

— Что-то здесь не то, чем кажется.

— Какого хера ты вообще несёшь?!. — прорычал я.

— Пусть сама спокойно расскажет, Шон, — сказала Келли.

— Да, капитан, слушаюсь, капитан, — вздохнул я.

— Вы ведь помните, я говорила, что умею обнаруживать препятствия? — спросила Лира.

— Ну?..

— Так вот, мне ещё на той стороне показалось, будто я что-то чувствую дальше за коридором. Сперва я решила, что просто навоображала себе всякого. Но вы меня так поддержали и... в общем... — Она прикусила губу и крепко зажмурилась, её рог засветился и по платформе растёкся магический зелёный туман. Через несколько секунд он сгустился в отдельные пятна, образовав на ржавом полу сложный узор из небольших зелёных кружков.

— Это что ещё такое?.. — озадачилась Эплджек.

Лира резко выдохнула и ненадолго прислонилась к Келли, переводя дыхание.

— Небольшие неровности в полу, — пояснила она, отдышавшись. — Суть в том, что их много и они все равномерно расположены.

— А значит, это не случайность, — задумчиво пробормотала Келли.

— А может, это всё ерунда, — пожал я плечами. — Например, здесь раньше сверху была ещё одна платформа, а это просто следы от её опор.

— По мне, для такой штуки здесь место неудачное, — заметила Эплджек. — Довелось мне как-то ставить амбар, и на это было ничуть не похоже.

— Я просто подумала, что надо бы присмотреться, — сказала Лира. — Может, это действительно ерунда.

— Что ж, есть лишь один способ проверить, — заявила Келли, снимая со спины лук.

— Ты что задумала? — спросил я.

— Смотри и учись, недотёпа. — Вытянув немного стальной нити, чтобы сделать слабину, она наложила стрелу на тетиву и выстрелила в центр площадки.

Свистнув в воздухе, стрела отскочила от одного из кружков. Тот почти мгновенно раскрылся, из него молниеносно вырос трёхметровый стальной шип и тут же спрятался обратно.

Лира взвизгнула. Я вздрогнул. Даже Келли дёрнулась, чуть не выронив лук.

— Ничего себе! — охнула вставшая на дыбы Эплджек. Она снова опустилась на все четыре и сглотнула: — Такой в круп войдёт — мало не покажется!

— Я... я и не представляла, что это такая гадкая штука! — пискнула Лира. Её всю трясло. Я это знал точно, потому что она висела у меня на ноге. Посмотрев вверх и встретив мой хмурый взгляд, она разжала хватку и отодвинулась: — П...прости.

Я вздохнул и посмотрел туда, где лежала стрела.

— Интересно, эти кружочки все одинаковые?

Келли взглянула на меня, затем на поле ярких зелёных точек, и резко дёрнула за нить, возвращая себе стрелу.

Та скользнула по полу, легонько, совсем чуть-чуть задевая кружочки, и сразу следом за ней поднялась настоящая волна из безумно острых шипов, добежавшая до самого края поля.

— Ну, — вздохнул я, зачехляя меч, — пошли назад в туннель.

— Не так быстро. — Келли ухватила меня за плечо, не давая уйти. — Дверь на той стороне, помнишь?

— Да ну? — Я указал на россыпь кружочков. — А ты, часом, не заметила, что идти к ней придётся через влажный сон маркиза де Сада?

— Я смекаю, нам бы стоит приглядеться к картине в целом, — проговорила Эплджек, потирая подбородок и внимательно оглядывая платформу. Наконец она моргнула и указала копытом на место, где не было кружочков. — Вот! Видите?

— М-м-хм-м. — Келли кивнула, подтянула к себе стрелу и снова наложила её на тетиву. — А ну-ка... — Она прицельно выстрелила в этот металлический пятачок, не подсвеченный зелёным магическим полем Лиры, и... абсолютно ничего не произошло. Никаких шипов. — Хм. — Келли гордо улыбнулась нам: — Что ж, вот и ответ.

— Какой ещё ответ? — спросил я. Затем внимательней посмотрел на платформу и множество тёмных пятачков на ней, на расстоянии шагов, полушагов и безумных прыжков друг от друга. — О чёрт...

— Лира. — Келли опустилась на колено перед единорожкой и положила руку ей на плечо. — Как думаешь, сумеешь удержать своё магическое поле, чтобы шипы оставались видны?

— Э-э-э... — Лира сглотнула. — Наверное. Может быть, ещё немного.

— Пока что ты нас не подводила, — сказала Келли. — Ты доказала, что более чем способна предупреждать нас об опасностях.

— Но... — Лира прикусила губу. — Но я... я не знаю, смогу ли так долго концентрировать поток энергии! Даже когда я ставлю щиты, они со временем падают...

— Лира... — Келли, улыбнувшись, погладила её по щеке. — Я знаю, ты сможешь. Я бы не просила тебя об этом, если бы не знала, что ты нас выручишь. Готова?

Лира вздрогнула. Затем сделала глубокий вдох и улыбнулась:

— Ладно...

— Так держать, подруга. — Эплджек протрусила туда, где начиналась россыпь зелёных кружков. — Я смекаю, время терять нет смысла?

— Погоди, — возразила Келли. — Почему ты должна идти первой?

— Ну, дык я ж подковы ношу. — Эплджек обернулась к ней через бронированное плечо. — Значит, пару сантиметров у тебя выиграю, так?

Келли моргнула.

Эплджек моргнула в ответ. Затем скривила мордочку в тщетной попытке сдержать смех и наконец фыркнула:

— Пф-ф... ха-ха-ха!.. Ну, я так думаю!

— Хе-хе-хе... Психованная ты лошадь. — Келли показала ей большой палец. — Смотри, не наделай в себе дырок. А то на ком моя годовалая племяшка будет кататься, когда всё это закончится?

— Эх, мать-земля! Теперь уж точно постараюсь! — И Эплджек прыгнула вперёд.

Я невольно дёрнулся и почти зажмурился, едва разглядев, как оранжевая пони благополучно приземлилась на пустой пятачок и прыгнула дальше.

— Ох! Не... Но... Ты... — Повернувшись, я вытаращился на Келли: — Э-э-это безумие! Ты вообще понимаешь, насколько это невероятно, охерительно тупо?!

— Знаешь, Шон, — Келли показала мне язык, — хоть ты весь из себя бешеный убийца троллей, но и сам как тролль. — Она задержала дыхание, взмахнула руками и сиганула прямо в море зелёных кружков. Приземлившись позади Эплджек, она развернулась на каблуках и заскакала следом за партнёршей по извилистому прихотливому пути к дальней стороне платформы.

— Да... Ой... Осторожно!.. — прошипел я, лихорадочно размахивая руками. — Не расходитесь так далеко, на вас же ошейники, сучки тупые! Чёрт!..

— Хи-хи-хи... — усмехнулась Лира, покосившись на меня и продолжая поддерживать магию. — Всё-таки ты правда за них беспокоишься!

— Если я о чём и беспокоюсь, так о том, чтобы между мной и свободой было поменьше дохлятины!.. И, ради Тома Йорка, будь добра, не отвлекайся!

— Эй! — Лира беззаботно улыбалась. — Ты же слышал мисс Келли! Что может пойти не так?

— Ай-и-и-и! — Келли поскользнулась и закачалась на каблуках, отчаянно размахивая руками и всё дальше и дальше отклоняясь назад.

Мы с Лирой вздрогнули. Зелёные кружочки потускнели и заморгали.

Эплджек резко развернулась.

— Якорь! — выкрикнула она.

— Есть! — Прямо перед тем как окончательно потерять равновесие, Келли выхватила лук и выстрелила в сторону Эплджек.

Мы с Лирой синхронно повернули головы, следя за стрелой.

Открыв рот, Эплджек поймала стрелу крепкими лошадиными зубами и рванула изо всех сил, всеми четырьмя копытами твёрдо упираясь в пустые места на полу между кружочками.

В самый последний момент падение Келли остановилось. Она облегчённо выдохнула, всё ещё вися под углом чуть ли не сорок пять градусов. Затем принялась постепенно сматывать прикреплённую к стреле нить, пока снова не встала вертикально.

— Спасибо огромное, Эй-Джей. — Она сделала жест пальцем к себе.

Эплджек кивнула, широко взмахнула головой и выплюнула стрелу вверх.

— Осторожней, подруга! Трудновато, наверно, держать равновесие, когда всего две ноги.

Поймав стрелу, Келли зачехлила её и кивнула:

— Зато, когда есть руки, можно саму себя отшлёпать. — Она указала вперёд. — Поехали дальше.

— Так точна-а-а! — Эплджек развернулась, встряхнула хвостом и сделала один огромный скачок. Приземлившись на безопасной стороне, она облегчённо вздохнула. Келли последовала за ней, гораздо осторожнее и мелкими прыжками.

— Слава Селестии.. — прошептала Лира и улыбнулась мне: — Они просто офигенные, правда?

Меня только-только начала отпускать крупная дрожь.

— Д-до... — Скрестив руки, я выпрямился и сердито зыркнул в их сторону. — Дохера везучие они, вот и всё.

Лира посмотрела на меня, на Келли и снова на меня. Затем её светящийся рог качнулся набок:

— Ты вообще не веришь в победу, Шон?

— Я верю, что тупые люди могут прожить достаточно долго, чтобы наделать новых, более тупых и мелких людей, — пробурчал я.

— Хм-м. Очень мило. — Она указала на светящееся поле: — Ты следующий. Готов прожить чуть подольше?

— Хмф. Ладно. Я... — Уже собравшись прыгать, я резко остановился и развернулся к ней: — Погоди, это что, была скрытая подколка?

Покраснев, Лира отвела взгляд:

— Мо-о-жет быть...

Я моргнул.

— Хех...

— Ну... как, смешно вышло?

— Не, не очень.

— Ох... — Лира повесила ушки.

С той стороны раздался скрежет и победный клич Келли:

— Ву-у-у-ху-у! Маленький шаг для всего офигенчества!

— Ха-ха! — Эплджек подпрыгнула на месте, лязгнув доспехами. — Отлично!

— Так-то, подруга! — Келли опустилась перед ней на колено и подняла руку. — Дай п... Гм... — Она посмотрела на свои пять пальцев и на копыто Эплджек. — Дай омегу!

— Хе-хе-хе... Как скажешь. — Эплджек хлопнула копытом об её ладонь и ухмыльнулась мне: — Твой ход, Шон!

— Ага! — Келли сложила руки рупором. — Прыгай к нам, водичка отличная!

— Вы обе долбанутые маньячки!

— И мы тоже тебя любим, сахарный!..

— Хи-хи-хи...

— Не волнуйся, — сказала Лира. — Я прикрою тебе спину.

— Я боюсь за кое-что пониже спины, — ответил я, подходя к светящимся кружочкам вплотную. — Фу-уф... Клянусь Джуманджи, это полное безумие...

— Хочешь, я первая?..

— Нет. — Я погрозил ей пальцем, раскачался и... — Хэк!.. — прыгнул на первое пустое место между кружочками. — Уф-ф. Так, ты просто... делай что делаешь, и я... — Кружочки подо мной потускнели. Зарычав, я нахмурился и оглянулся к ней: — Лира?..

Она, побледнев, в полном ужасе смотрела куда-то мимо меня.

Развернувшись на спасительном островке среди моря смерти, я проследил за её взглядом, и у меня кровь застыла в жилах. По лестнице слева от выхода спускалась плотная толпа орков и троллей, оравших во всю глотку.

— Да чтоб вас всех! — прошипела Эплджек. — Они специально ждали! Спланировали, наверняка!

— Мы разделены, — хмыкнула Келли. — Идеально! — Она выхватила лук, а Эплджек сбросила со спины перемётные сумки. — Шон! Лира! Давайте сюда, быстрее!

— Постой, ты что, не будешь прыгать обратно?! — Я взмахнул рукой в сторону смертоносной толпы. — Они вот-вот дойдут! Ты не сможешь с ними справиться!..

— Вот именно, так что шевелите задницами! Та дверь позади них — единственный путь отсюда! — отозвалась Келли. — Мы их задержим!

Не успела она договорить, как орда ломанулась вперёд, размахивая ковыряльниками. Вся пещера наполнилась шумом от наступающей армии.

Выругавшись, я огляделся вокруг, выискивая новые безопасные пятачки среди зелёных кружочков. Те всё сильнее мерцали, быстро тускнея.

— Ч-чёрт... Лира!..

Она, застыв, таращилась на ту сторону, трясясь всем телом.

— Их... Их т-так много...

— Лира!!! — проорал я. — Я щас вернусь и рог тебе отломаю!

Она дёрнулась и направила больше магии в свой черепной отросток.

— Прости! Но что нам делать?..

— А сама-то как думаешь?.. Ты поможешь мне перебраться и... Арргх! — Услышав, как шум усилился, я развернулся на своём островке, выхватил арбалеты и выпустил две очереди стальных болтов прямо в хаос, окруживший Келли и Эплджек. Толку почти не было; от силы пара троллей свалилась. Зло сплюнув, я развернулся обратно и зарычал: — Нет времени! Я буду прыгать, а ты прыгай за мной...

Прямо у Лиры за хвостом полыхнул настоящий взрыв.

— А-а-а! — взвизгнула она, когда взрывная волна качнула её к смертоносным шипам. В последний миг Лира удержалась на ногах и в ужасе уставилась на огненное озеро позади себя.

— Что за нахер?! — Я обернулся как раз в тот момент, когда мимо моей головы просвистели две дымящиеся стрелы, и проводил их взглядом до входа в коридор, где они взорвались, залив пылающим маслом наш предпоследний выход отсюда. Снова обернувшись, я увидел на верхушках сломанных колонн в стороне несколько лучников, которые уже собирались выдать по нам новый залп.

— О Луна спаси! О Луна спаси! — повторяла Лира, едва не рыдая. Её ушки дёрнулись при металлическом лязге. Одновременно посмотрев на звук, мы увидели, что монстры схлестнулись с Эплджек и Келли. Первая, выдвинув броню, безжалостно скосила первую волну нападавших, давая второй крошечную, но необходимую дистанцию, чтобы вести обстрел. — Шон, я пытаюсь удержать магополе, но...

Я слышал, как лучники усмехаются, целясь в Лиру взрывными стрелами.

— Ох, тля.. — проворчал я и развернулся к ней: — Прыгай!

— Ч-что?! — расширила она глаза.

— Глухая ты, что ли?! Прыгай ко мне в руки, козявка зелёная!

— Но ты же должен перейти...

Стрелы, оставляя дымные хвосты, уже неслись к ней.

— Мы перейдём вместе, Лира! Шевели жопой!!!

— А-а-а!!! — Она отчаянно сиганула вперёд. В тот же миг, как её копыта оторвались от пола, стрелы врезались в него, заливая пламенем всю платформу. Я слышал, как воздух свистел вокруг рога Лиры, летевшей прямо ко мне.

А когда я её поймал...

— О-о-о чёрт! — Крякнув от удара и обхватив её извивающееся тело, я покачнулся назад, и мы, размахивая чем попало, начали падать навстречу зелёным кружочкам в полу. — Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт!..

## Глава пятая, в которой жирный демон говорит жирным шрифтом

Лира застонала от напряжения. Она вызвала поток энергии через рог и выстрелила вниз, в пол, потоком зелёного света. Тот мгновенно уплотнился, как силовое поле, и оттолкнул нас назад, не дав упасть. Я утвердился на одной ноге, держа пони в охапке.

— Ох, блин, — пропыхтел я, разворачиваясь на пятачке в другую сторону, где Эплджек и Келли учиняли монстрам кровавое побоище, и стараясь не двигаться с места: пара сантиметров туда-сюда, и нас могло бы проткнуть шипом. — Аллах-велосипед, это полный звездец!

— Что вы так долго, ребята?! — крикнула запаренная Келли, снова и снова пуская свою стрелу. — Нам нужна помощь!

— Ты чё, ослепла нахер, женщина?!

— Шон, я выскальзываю! — взвизгнула Лира.

— Вот и нет! — Я дёрнулся и зашипел. — Чёрт, да!

— Гра-а-а-ар-р!!! — Эплджек проломилась через толпу троллей, расшвыривая их через всю платформу, и одним взбрыком снесла с кого-то из них шлем. — Я щас ваши глазные яблоки на сидр пущу!

— Не увлекайся! — предостерегла её Келли. — Шо-о-о-о-н?!

— Сейчас! — пробурчал я и отвёл висящую ногу назад. — Лира, будь добра, сделай, мать твою так, чтобы я видел, куда прыгаю, пожалуйста?

— П-прости! — Она задрожала, сосредоточилась и снова подсветила кружочки вокруг нас. — Вот, теперь должно быть видн-а-а-а-а-а!!!

Оттолкнувшись второй ногой, я умудрился перепрыгнуть на новый пятачок, и затем на следующий. С каждым прыжком мне казалось, что у меня сейчас руки из плеч вывернутся. Очень жаль, что в довесок к дьявольской ловкости и умению фехтовать Сизиф не выдал мне побольше силы. В ушах у меня звенело от битвы, которую проигрывали наши союзницы. Огромная толпа монстров теснила их назад, к полю спрятанных шипов. В любую минуту они могли у нас на глазах превратиться в шашлык.

— Боже, как же зверски хочется хоть кого-то убить... — прорычал я, изо всех сил стараясь не выронить Лиру из рук. Мы как раз кое-как сумели добраться до середины поля зелёных кружочков, когда позади нас что-то взорвалось.

— Ох! — Лира вцепилась в меня. — Ч-что это было?!

Оглянувшись, я увидел сзади огненную лужу, залившую часть шипов.

— О, как мило. — Я развернулся и нахмурился на лучников, сидевших на ряде обломанных колонн впереди. — Что ж они никак не уймутся?..

Ответом мне была дымящаяся стрела, летевшая прямо в лоб. Пришла моя очередь визжать. К счастью, Лира проворно взмахнула рогом и подняла зелёный силовой щит, отразивший стрелу. Та отскочила и взорвалась в трёх метрах от нас, залив огнём ещё часть платформы.

— Лира! — вскрикнул я, опустив взгляд и обнаружив, что зелёные кружочки исчезли. — Я не вижу, куда прыгать!

— Я не могу делать два дела сразу! — выдавила она сквозь стиснутые зубы, пытаясь удержать щит. — Они сейчас снова выстрелят!

— Н-н-н-н-гх!.. — Я изогнулся, напрягая мускулы.

— Шон, что ты...

Заорав от натуги, я высвободил левую руку, прижимая пони к животу одной правой. Мышцы едва не свело, но я сумел вытащить один арбалет и выстрелить по лучникам. Два болта попали в горло одному троллю. Два уцелевших лучника выстрелили в ответ. Обе их стрелы отскочили от Лириного щита и взорвались чересчур близко к нам, отчего я невольно дёрнулся, едва не уронил Лиру и рефлекторно подхватил её второй рукой. В результате я выронил арбалет, тот упал на платформу и тут же разлетелся на части под ударом шипа, выросшего прямо у меня перед носом.

— Вот отстой, — буркнул я, пока шип прятался обратно.

— Они опять готовятся стрелять! — пискнула Лира.

Я посмотрел на пылающее поле шипов вокруг нас, на Келли и Эплджек, ведущих бой, затем на энергетический барьер Лиры.

— Лира! — выкрикнул я, прижимая её к себе. — Твой щит!

— Что с ним?

— Ты можешь нацелить его вниз?

— Думаю, да! Но зачем это... — тут она прервалась и ахнула. Трудно было её винить; знай я сам, что собираюсь делать, я бы вообще обосрался. — Шон, ты серьёзно?!

— Или мы щас сделаем что-то долбанутое, или заживо сгорим! — Я напряг ноги и развернулся лицом к битве впереди. — Когда я скажу, врубай щит под нами!

— Но он вряд ли выдержит такую...

— Слушай, мать твою, ты готова или как?

— О Луна помилуй! О Луна помилуй!

Щит исчез, а Лира крепко зажмурилась и её рог засветился ярче. Тем временем лучники, засевшие на дистанции броска камня от нас, выдали новый залп.

— Давай! — Я прыгнул вперёд, прямо над смертоносным полем шипов. — Живо!

— Н-н-н-гх!!! — Лира, казалось, вот-вот ежа родит. Яркий зелёный свет зажёгся у меня под ногами, через миг они коснулись пола, и снизу в ответ немедленно ударили шипы. Щит заколыхался, пошёл рябью, но кое-как выдержал. Всё горело и взрывалось у нас за спиной во время нашего сумасшедшего броска по изумрудному ковру. Мы неслись прямо в бой, из огня в мясорубку. И когда до края шипов оставалось меньше метра, Лирина магия наконец отказала.

Но щит не просто взял и исчез. Вместо этого он напоследок подбросил нас вверх, словно трамплин, и мы с Лирой полетели вперёд, как какашки из говномёта. Всё вокруг бешено кружилось, и единственным ориентиром мне служил непрекращающийся вопль Лиры, да и тот стал отдаляться, когда она выскользнула у меня из рук. Мы моргнуть не успели, как оказались в самой гуще битвы. Лира приземлилась первой, смягчив падение магическим полем. Я пролетел чуть дальше и заметил, как несколько монстров подняли головы, глазея на меня. Даже не задумавшись, я машинально выхватил меч и от души рубанул.

Приземлился я, как в бассейн с горки съехал. Разрубленные пополам тела монстров валились вокруг, заливая меня чёрной кровищей. Выпрямившись, я сплюнул эту дрянь, попавшую мне даже в рот. Щёки свело от самого наибезумнейшего из всех безумных оскалов.

— Ха-а-а-а-рх! — торжествующе заорал я. — Здрасьте, дети, Вилли Вонка пришёл! Всем золотых билетиков, сучечки!

Орки и тролли явно растерялись. Я это понял по тому, что половину из них мне удавалось мгновенно обезглавливать. Я врубился в толпу, словно стальной ураган, смахивая головы и конечности, как лепестки с ромашек. Где-то рядом истерически хохотал какой-то маньяк, смутно похожий на меня в субботний вечер.

— Это что там ещё за кавардак? — услышал я голос Эплджек.

— А, это просто Шон, — фыркнула Келли, подтягивая к себе свою стрелу.

Тут я вспомнил про лучников.

— Келли! — Я проткнул очередного орка, сбросил его с меча и, обернувшись, указал на этих дальнобойных поганцев. — Вон там, на колоннах...

В этот момент позади Келли взорвалась стрела, промахнувшись буквально на волосок.

— Ай! Сукины дети! — Она мгновенно развернулась, вогнала свою стрелу точно в глаз одному лучнику и рванула за нить, дёрнув его за глазницу так, что он сбил с ног и второго.

Я злорадно ухмыльнулся, и тут меня полоснули клинком по плечу.

— А-а-ргх! — Я пошатнулся, удивляясь, как вдруг потеплело в животе. Странно, что после трёх или скольки там дней шинкования троллей меня вдруг замутило от запаха собственной крови. Разумеется, я немедленно повернулся и отнял у наглеца меч вместе с рукой до самой подмышки. — Попробуй-ка ещё раз, умник!

Он не смог. А вот его приятель — очень даже. Рычащий орк сильно пнул меня в грудь.

— У-уф! — Я отлетел назад и проехал на спине до края поля шипов. Рядом с моей головой обнаружилась пара зелёных копыт. — О, привет! Ты ещё жива. Круто.

— Где Эплджек? — задыхаясь спросила Лира, стреляя по врагам зелёными молниями, чтобы замедлить наступление. — Я не видела её с тех пор, как мы упали!

— Видимо, где-то возле Келли. — Я поднялся на ноги, взглянул вперёд и застыл. — Вот блин.

Не меньше дюжины орков и троллей построились в фалангу и выставили вперёд копья. Испустив многоголосый боевой клич, фаланга ломанулась на нас.

— Лира...

— Знаю! — крикнула она и подняла перед нами колеблющийся щит.

Копья разом ударили по магическому барьеру. Объединённая сила удара сдвинула щит назад, и нас с Лирой вместе с ним. Медленно, но верно нас начали отжимать обратно к шипам.

— Хн-н-н-н-нх... Не могу... не могу удержать! — простонала Лира. — Шон!..

Я вытащил оставшийся арбалет.

— Сделай мне щель снизу!

Она подняла нижнюю часть щита на полметра от пола. Присев, я прицелился и выпустил очередь стальных болтов монстрам по лодыжкам, над бронированными сапогами. Половина тварей грохнулась на пол, а оставшиеся опёрлись на копья. Я сумел остановить их натиск, прежде чем нас запихали навстречу шипастой смерти.

— Их всё ещё слишком много!.. — воскликнула Лира.

— Пабереги-и-ись! — раздался голос Эплджек.

У нас на глазах плотная толпа врагов раздалась в стороны, как волна перед кораблём. Эплджек на галопе прошла её насквозь, тараня тварей бронированным телом. Стиснув зубы, она затолкала клубок дёргающихся тел прямо на щит Лиры, как на пандус, крутанулась и для ровного счёта мощно лягнула их. Кучка орков и троллей пролетела у нас с Лирой над головами и грохнулась прямо на поле шипов. Те немедленно сработали, и в воздух взлетели фонтаны чёрной крови.

— Хренасе, — пробормотал я, опёршись на меч и поднимаясь на ноги.

— Всё равно что овец на ферме загонять! — выдала Эплджек, прежде чем вернуться в гущу боя.

— Извини меня, но каким в жопу трахнутым образом это хоть чем-то похоже на овец?!

— Слева! — предупредила Лира.

Я не глядя отмахнулся мечом, разрубив грудь одному орку, и парировал удары топоров двух троллей.

— Я жду ответа! — проорал я, перекрыв звуки битвы.

— Шон, пригнись! — крикнула выскользнувшая откуда-то Келли, прицеливаясь в мою сторону.

Я послушался.

Она превратила стрелу в диск и выстрелила по троллям, разом перерезав им глотки. Тролли окатили меня струями крови и грохнулись на пол, а Келли подтянула диск назад.

Я выпрямился, недовольно ворча:

— Если бы ты не влезла, я прибил бы их аккуратнее.

— Ой, да заткнись ты. — Келли прошагала к нам с Лирой. — Битва почти закончена. — Только сейчас я осознал, что единственный громкий звук поблизости — это цоканье стальных подков Эплджек. Большая часть монстров вокруг нас либо сдохла, либо издыхала, либо драпала со всех ног. Как это всё неожиданно началось, так и кончилось, сменившись жутковатой тишиной. — Мы бы справились гораздо быстрее, если бы ты не тянул резину.

— В трусах у тебя резина! — огрызнулся я. — Нам с этой фокусницей пришлось переться по Морю Мгновенной Кастрации, а всё чтобы вам, идиоткам, помочь!

— Если бы ты не собачился со всеми подряд, то успел бы быстрее!

— Ой, прости, пожалуйста! — Я пнул стонущего поблизости выпотрошенного орка и воткнул меч ему в череп. — У нас тут такие милые чудесные каникулы, а я всё порчу неуместным собаченьем! Божечки! А где тут сувенирный магазин? Хочу купить такой же красивый флажочек, какой у тебя из жопы торчит!

Келли ткнула пальцем мне в грудь:

— Я лишь хочу сказать, Шон, что всем было бы легче, если бы ты хоть попытался прикрутить свою стервозность!

— Что, всё набрыкаться никак не можете? — Эплджек, отдуваясь, протрусила к нам, втянула броню вокруг мордочки и нахмурилась. — Я смекаю, вам крови вокруг недостаточно, надо ещё и свою пролить?

— Прости, Эй-Джей. — Келли со стоном вздохнула. — Я просто устала от этого сэра Лох-Кихота, которому рот бы чем-то заткнуть.

— А твоя мамаша никогда не устаёт, если ей кое-чем рот заткнуть.

— Пошёл ты на хер!!! — проорала Келли прямо мне в лицо.

— А что не так-то? — ухмыльнулся я ей в ответ. — Я себя веду недостаточно по-товарищески? Ты же вроде этого и хотела?

— Ты прекрасно понимаешь, что я не это имела в виду!..

— Ну так просвети меня! — Я выдернул меч из орка и поднял так, чтобы стекавшая с него кровь была хорошо видна. — Какой урок я должен извлечь изо всей этой красы несусветной, о мой капитан?

— Тихо, вы все! — выкрикнула Лира.

Повисло ледяное молчание. Эплджек нервно звякнула доспехами. Я уставился на горы трупов вокруг. Келли вздохнула.

— Я прошу прощения, Лира, Эй-Джей, и вообще... — пробормотала она. — Мне следовало быть благодарной за то, что Шон и Лира поддержали нас, как только смо...

— Нет! Тс-с-с! Вы это слышите?.. — перебила её Лира, подняв копыто.

Мы все огляделись. Где-то вдали набирал силу низкий гул, похожий на нескончаемый вой.

— О конские яблоки... — Эплджек тревожно блеснула зелёными глазами. — Я знаю этот звук.

— Вот чёрт, — выдохнула Келли.

— Что это? — спросил я.

Келли и Эплджек вышли вперёд и вгляделись в ту сторону, куда сбежали уцелевшие монстры. Там, на дальней стороне платформы, перпендикулярно к направлению на дверь, разгоралось багряное сияние. Бежавшие монстры остановились, смешавшись с новым отрядом кошмарных войск, появившимся вдали. И над ними всеми возвышался массивный пылающий силуэт — источник багрового света, очень похожего на тот, который излучали кристаллы Сизифа возле входов в пещеры. Даже с такого расстояния я видел языки потустороннего огня, колыхавшиеся над его головой и плечами.

— Это инкуб, — сдавленным тоном проговорила Келли.

— Чего?.. — прищурился я. — Типа, как та рок-группа?

— Нет, идиот. Это демонический воин, житель Тартара. Ты ведь слышал, как Сизиф через свои кристаллы говорил, что все эти опыты нужны, чтобы улучшить армию для Тёмного Властелина?

Я указал на эту светящуюся хрень мечом:

— Ты хочешь сказать, что до сих пор мы сражались с их домашними зверюшками?..

— А тебя что, не удивляло, почему мы их валим пачками? Они для нас опасны только в больших количествах. И потом... — Келли нервно взглянула на меня, — ...ты бы стал ждать, чтобы зрители сами вышли на арену сражаться с гладиаторами?

— Пожалуй, нет, — хмыкнул я. — Разве что самые крутые и на всю голову отмороженные... — Я моргнул, осознавая собственные слова, и медленно повернулся к далёкому силуэту. — Ой, тля...

Неспешными огненными шагами инкуб приближался к нам. Поравнявшись с отступившим отрядом, он вознаградил их за трусость могучим ударом наотмашь. Двух орков этот удар порвал пополам, их тела просто лопнули, как воздушные шарики. Я заметил, как блеснули пылающие глаза, и инкуб встал, выпрямившись во весь рост — метров пять с половиной, не меньше.

— Это тот самый мерзкий гад, что отнял у нас Флаттершай, — дрожащим голосом проговорила Эплджек. Я заметил, что у неё трясутся колени. — Мы с Келли тогда еле копыта унесли.

— Тогда чего мы ждём?! — Лира подпрыгнула на месте и встревоженно оглядела нас. — Скорее скачем к двери!

— Точно. — Келли бросилась бегом. — Скорей, Эплджек! Представь, что это дерби в Кентукки!

— Сделаю вид, что знаю, о чём ты! — Эплджек галопом поскакала за ней.

Я тоже присоединился к забегу до двери.

— Главное не останавливаться! — воскликнул я, на бегу оглянувшись на массивного врага. — Он нас ни за что не догонит, разве что вдруг отрастит крылья и взлетит!

Инкуб вдруг отрастил крылья и взлетел. Чертя огненный след, он пронёсся по воздуху и грузно приземлился перед нами, с такой силой врезавшись ногами в платформу, что та зашаталась, сбивая нас с ног. От страшного жара, исходившего от него, у нас волосы скручивались, а бешено забившимся сердцам вторил рёв оставшихся позади адских приспешников, спешивших присоединиться в битве к своему господину.

— Неплохо, смертные, — инкуб говорил как будто тремя рычащими голосами сразу. Его харя искривилась в ухмылке, и из глаз показались язычки оранжевого огня. — Вы преодолели множество испытаний, чтобы попасть туда, где будете сожжены заживо. — Пламя вокруг его плеч и шеи усилилось, когда он сложил кроваво-красные крылья. — Знайте же, что моё имя — Вавиллион Пожигатель. Запомните его хорошо, ибо вам придётся кричать его весь остаток вечности.

— Ага... — прошипел я, с трудом поднимаясь на ноги. — Я уже начинаю скучать по оркам и троллям.

— Эй-Джей... — пробормотала Келли.

— По твоей команде, — ответила та, снова выдвигая свою броню.

— Что вы задум... — начала было Лира.

— Давай! — Келли выстрелила.

Вавиллион попросту поймал стрелу, насмешливо оскалившись. Но он не видел, как Эплджек — уже прыгнувшая — ухватила зубами стальную нить и сильно дёрнула. Внезапный рывок за стрелу, которую держал инкуб, качнул его вперёд.

Келли уже схватила с пояса два кинжала и метнула оба сразу в запястье монстра. Лезвия воткнулись в руку рядом со стальным браслетом. Взревев от боли и ярости, инкуб отпустил стрелу и пошатнулся, а Эплджек подскочила к ноге, на которой он балансировал, и лягнула её задними копытами.

Вавиллион тяжело рухнул набок, издав совершенно не пафосный хрюк.

— Отлично! — крикнула Келли, на бегу сматывая нить. — К двери, Эй-Джей! Как в прошлый раз!

— Чёрт! — завопил я, ухмыляясь во весь рот, и присоединился к забегу. — Подруга, ты вообще когда-нибудь бываешь более сексуальной?..

Пылающий оранжевый шар пролетел у нас над головами и упал перед дверью, где и взорвался, образовав сплошную стену огня. Мы все резко остановились, ахнув. Выбора не было, и нам пришлось развернуться обратно к монстру.

Вавиллион поднялся на ноги. Резко выдохнув, он сплюнул в ладонь ещё один огненный шар и оскалился на нас:

— Думали, я дважды попадусь на одну уловку? Кретины, вы предсказуемы! — И он метнул свой шар, как гранату.

Мы невольно пригнулись, но он целился не в нас. Шар угодил прямо в дверь позади, залив всю лестницу перед ней пылающей плазмой. Мы оказались в ловушке, и теперь оставалось лишь принять бой. Тем временем остальные враги бежали к нам, тоже спеша поучаствовать.

Ухмыльнувшись ещё шире, Вавиллион хрустнул костяшками и шеей, разминая мускулы:

— С каким же наслаждением я оближу кожу с ваших костей...

— Помилуй Селестия... — всхлипнула Лира.

— Лады... — Я зашагал вперёд, поудобней перехватив меч. — Я понял. Битва с боссом. Очевидно, чувак с мечом бьёт первым.

— Шон, не дури! — крикнула Келли. — Он нам не по зубам!

— Да ладно, — нахмурился я, занося клинок. — Уж если его пережили две дурищи вроде вас, то я точно смогу.

Вавиллион гулко усмехнулся, Он что-то сделал со своими браслетами, из них размотались две огромных ржавых цепи и лязгнули концами о платформу.

Я прикусил губу.

— Хотя, если подумать...

— Хра-а-арх! — Он крутанулся и хлестнул меня обеими цепями.

Я нырнул в сторону. Чудовищная сила удара проломила стальной пол там, где я стоял секунду назад.

— Хн-н-нг! — инкуб шагнул вперёд и ударил снова.

Я перепрыгнул через первую цепь, поднырнул под вторую и бросился в атаку, собираясь рубануть его мечом по ноге:

— Гья-а-а-а!..

Он попросту пнул меня.

— У-у-уф-ф! — Я отлетел назад и грохнулся рядом с Келли и пони.

— Шон! — вскрикнула Лира.

— Чтоб я сдох, до чего ж у тебя ноги вонючие! — Я безуспешно пытался встать. — По ходу, в аду нет не только надежды, но и дезодорантов... — Тут мимо меня промчалась Келли. — Эй! Подруга, стой, это не был сигнал к атаке!..

Однако она продолжила бежать, сжимая в руке свой титановый лук. Когда Вавиллион хлестнул её цепями, она не только увернулась от них ловким пируэтом, но и выстрелила в одну цепь, пришпилив её к полу, бесстрашно запрыгнула на неё и взбежала по ней до самого кулака инкуба. Утвердившись на кулаке, Келли рванула за нить, стрела освободилась, просвистела мимо неё и полоснула инкуба по горящему лбу.

— А-а-аргх! — Вавиллион дёрнулся назад, хватаясь за окровавленное лицо. — Проклятое насекомое! — Он выдернул из-под неё кулак.

Но Келли уже сделала заднее сальто, смотрясь всё так же сексуально, как и всегда. Выходя из кувырка, она опять дёрнула нить, стрела вернулась и на этот раз зацепила плечо инкуба.

Он снова взревел, заполнив воздух громом и серной вонью, и в слепой ярости принялся хлестать цепями по сторонам. Келли едва успела приземлиться, прежде чем ей снова пришлось увёртываться. Лира подняла барьер, защищая себя и Эплджек. Я перекатился на бок и постарался перевести дыхание.

Всё вокруг сотрясалось при каждом ударе цепей. От пламени позади нас шёл лютый жар. Вдали нарастал топот орды орков и троллей, приближавшихся с каждой секундой. И тут одна цепь грохнулась прямо передо мной. Почти по наитию я ткнул в неё мечом, пришпилив к полу, как это недавно сделала Келли. Навалившись на меч и удерживая демона, я заорал:

— Келли! Эплджек! Кто-нибудь!

— Я в деле! — крикнула Эплджек и галопом понеслась вперёд. Пробегая мимо Лиры, она бросила на неё быстрый взгляд: — Подбросишь?

— Осторожней! — пискнула Лира, проецируя в воздухе зелёную ступеньку. Эплджек запрыгнула на неё, и Лира подкинула её вверх.

— Фью-у-у-у-и-и! — Эплджек перекувырнулась, нацеливаясь острыми копытами на Вавиллиона, и смачно влепилась ему в грудь.

— А-аргх! — вскрикнул он и упал навзничь, неловко вытянув правую руку, которую я держал за цепь, приколотую к полу. Он попытался встать, но Эплджек с ним ещё не закончила.

— Н-н-на! — Она мощно лягнула его в нос, затем в подбородок и для ровного счёта с силой топнула по соскам. — Флаттершай у нас забрал, гад?!

— Гр-р-ах ты конина! — Вавиллион поймал пони левой рукой за хвост, крякнул и безжалостно швырнул в воздух.

— Нет! — взвизгнула Лира. — Эй-Джей!..

Я запаниковал. Ни капли не стыдясь признаю, что в первую очередь подумал о дистанции между Эплджек и ошейником Келли.

— Келли!..

— Шон! — Она уже была рядом со мной. — Хватай меня за талию!

— Думал, ты никогда не попросишь. — Удерживая одной рукой меч, я обхватил её второй поперёк живота.

— Эй-Джей! — Келли выстрелила. — Якорь!

Эплджек краем глаза заметила нас, открыла рот и поймала стрелу в самый последний момент.

— Х-н-н-н! — Келли с силой вцепилась в нить, пока я держал её на месте. Наш с ней общий вес сработал как точка опоры, отчего Эплджек изменила направление полёта и благополучно приземлилась на платформу. Перекувырнувшись, она на боку проехала по полу и остановилась возле Лиры.

И вот тут Вавиллион перестал придуриваться. Одним рывком он выдернул из-под нас цепь.

— Ай! — Нас с Келли раскидало по сторонам. Меч вырвался у меня из руки, я бросился за ним, и вдруг воздух вокруг разом стал жарче градусов на двадцать. Подняв взгляд, я увидел, что Вавиллион выплюнул новую огненную бомбу и бросил в нас.

— Берегись! — Лира галопом проскакала поближе и выстрелила зелёной молнией. Та отклонила бомбу, но ненамного. Пылающая сфера пролетела у нас над головами, опалив кончики волос Келли, и взорвалась на платформе неподалёку. Во все стороны брызнули ржавые стальные обломки, один из которых угодил Келли прямо в ногу.

— А-а-а! — вскрикнула она, и это был самый страшный звук посреди этого ада. Пластина брони на ноге переломилась, обнажив глубокую рану, из которой обильно потекла кровь. — Н-н-н-господи!.. — Келли свернулась в позу эмбриона, обхватив себя руками.

— Келли! — выкрикнула Эплджек, бросившись к ней. — Держись, сахарная!.. — Тут их обеих подсветило ярким алым светом.

— Хе-хе-хе... — Вавиллион уже подбрасывал на ладони следующую бомбу. — Пожалуй, я спеку ваши вонючие тела вместе. — Он отвёл руку назад, готовясь метнуть бомбу в Келли. — Из вас выйдет славный гульфик, чтобы отстегнуть его, встав над пеплом, оставшимся от ваших любимых...

В этот момент я оказался у него между ног и на всю длину вогнал меч в его красную лодыжку.

— Га-а-а!!! — Он споткнулся, отшатнулся назад и выронил бомбу. Стена пламени встала позади него, мгновенно отрезав бежавшие в атаку подкрепления, которым оставалось всего секунд двадцать, чтобы добраться до нас и тем завершить битву. Злобно оскалившись, Вавиллион уставился на виновника внезапной задержки: — Безумный глупец! Неужели ты и вправду надеешься ранить меня?

— Не-а. — Я зыркнул на него в ответ. — Просто я жутко ненавижу слово "гульфик".

— Р-р-ра-а-а!!! — Он хлестнул меня цепью.

Оттолкнувшись мечом от пола, я перепрыгнул через первый удар, поднырнул под второй и рубанул по браслету на запястье инкуба. Брызнули искры, и Вавиллион остался без правой цепи, оторвавшейся и улетевшей в сторону. Он попытался схватить меня, я подпрыгнул, пнул его по костяшкам и ударил по второму запястью. Левая цепь последовала вслед за правой. В ярости инкуб попытался наступить на меня ногой. Я просто кувыркнулся назад и, юзом проехав к Келли и обеим пони, встал перед ними в защитную стойку.

— Ха! — оскалился я. — Уже не такой крутой без своих садомазо-висюлек, да, ссыкун?

— Вы лишь продлили свои мучения! — Он выпрямился и размял мускулы, отчего окружавшее его пламя вспыхнуло ярче. — Скоро мои приспешники присоединятся ко мне, и мы разукрасим этот лабиринт вашими кишка... — тут злодейскую речь прервал стальной болт, влетевший прямо инкубу в глотку. Он схватился за горло и забулькал кровью: — Гкл-л-л-кр-к-кт!..

Нахмурившись, я опустил арбалет:

— Лососни тунца, Люцифер. — Я перевёл дыхание и повернулся к остальным. — Лира, Эплджек, как там Кел...

Гигантская ступня врезалась мне в бок.

— А-а-а!.. — Кувыркаясь, я отлетел так далеко в сторону, что ошейник сработал, начав бить меня разрядами. Это продолжалось десять мучительных секунд, в течение которых я корчился, плевался желчью и мечтал сдохнуть уже нахер. Когда разряды наконец прекратились и я услышал тяжёлые шаги Вавиллиона, мне удалось открыть глаза и взглянуть на мир, мутный от выступивших слёз.

Инкуб возвышался надо мной, ухмыляясь. Огненная стена за ним начала гаснуть, открывая дорогу оркам и троллям, но меня сейчас больше всего заботила быстро исчезавшая дистанция между нами. Обдав меня вонючим дыханием, он сплюнул на меня демонической кровью и блеснул алыми клыками:

— Твоё мастерство уступает лишь твоему коварству. Эти опыты лишь преумножат славу Тартара.

Закашлявшись, я с трудом прохрипел:

— Сядь на колени к мамке и прокрутись.

— Хм-м. Не лучшие последние слова. — Инкуб залез рукой к себе в глотку и, словно шпагоглотатель, вытащил оттуда длинный полупрозрачный клинок из чистого огня. — Впрочем, сойдут. — Он взвесил пылающий меч в руке и, взревев, рубанул меня сверху вниз.

Мои слёзы испарились от жара адского пламени. Начиная гореть, я думал о том, каким коротким и жалким вышло моё земное существование, и гадал, каждая ли жизнь — лишь комический пролог к вечным страданиям. По какой-то дурацкой причине мне казалось, что это важно. А потом пламя приблизилось, и я больше не мог ни думать, ни даже кричать.

## Глава шестая, которая начинается с долбического потока сознания

Вам знакомо это чувство, когда вы просыпаетесь ближе к вечеру — хрен там знает, с какого перепугу вам приспичило спать среди бела дня, — и вас парализует ужас от того, что какой-то архиважный проект остался недоделанным и вы теперь будете жалеть о своей глупости и лености до конца жизни?

Так вот, смерть ощущается очень похоже. Ну, по крайней мере, почти-смерть. Я пережил почти-смерть, и это был самый жаркий опыт в моей жизни. Жаркий не в смысле сексуальный, а в смысле ожогов первой степени по всему телу, что совсем не удивительно, когда пятиметровый демон рубит вас огненным мечом.

Я догадывался, что в аду будет жарко. Меня так учили в воскресной школе, ещё тогда, когда я там что-то слушал, и до того, как я открыл, что молиться — всё равно что дрочить: занятие переоценённое, вызывающее сонливость и интересное только одному прыщавому участнику. Суть в том, что, пока я лежал под ударом Вавиллиона, крошечные логические центры у меня в мозгу продолжали действовать. Я рассудил, что попадал в ад дважды: в первый раз на стадионе, когда гости попёрли на местный клуб, и второй — когда мне пришлось биться с орками и троллями. Изведав ярость баскетбольных фанатов и Сизифа, я ожидал, что в третий раз будет что-нибудь ещё хуже, но в конечном счёте осознал, что всё ещё дышу, всё ещё трепыхаюсь и всё ещё обоссываюсь. А в аду нет мочи, есть только почечные камни — ну, лично мне так казалось.

Я открыл глаза. Охереть, но я и правда был жив. Более того, я был не один. Лира стояла рядом со мной и вот-вот должна была сгореть, как и я. На краткий идиотский миг я удивился, почему она не бежит из-под надвигающегося огненного клинка, но потом до меня дошло, что она и есть та причина, по которой тот до сих пор не спалил нас дотла.

Эта проклятая пони бросилась мне на помощь и вложила всю свою энергию до последней капли в силовой щит между мной и не в меру болтливым воином Тартара. То, что она при этом спасала и себя, выглядело просто побочным эффектом. По правде говоря, я слишком охренел, чтобы догадаться сказать ей спасибо.

— Н-н-н-гх!.. Ш-Шон!.. — простонала она, сопротивляясь Вавиллиону, давившему мечом на щит. С её бровей ручьями лился пот, а из уха вытекла струйка крови. — Скорее! Уходи! Быстро!

Я послушался. Или хотя бы попытался. Стоило мне пошевелиться, как всё тело взорвалось болью от ожогов. Лёгкие тоже внесли свою лепту. Я упал на живот и, как хнычущий ребёнок, буквально пополз прочь от пылающего оружия.

— Что за очаровательный жест, — глумливо ухмыльнулся Вавиллион. Он сильнее надавил на рукоять меча, заставив Лирин щит замерцать и поколебаться. — Жалкие попытки внушить надежду лишь умножают мучения Тартара! Надеюсь, ты гордишься собой.

Лира зашипела сквозь стиснутые зубы, и её глаза гневно вспыхнули зелёным светом:

— Ты... слишком... много... болтаешь... гадина!!!

Она испустила боевой клич, оглушивший всех, включая Вавиллиона, и толкнула свой щит вверх, к потолку пещеры. Огненный клинок рассыпался облачком пепла, когда силовой щит прошёл сквозь него, затем вдоль руки инкуба, впечатался ему в харю и сразу обернулся вокруг его красной башки, как сплошная металлическая лента.

— М-м-ф-ф-ф!.. — замычал Вавиллион, дёргая и царапая энергетический поток, стиснувший ему череп.

Лира разом обмякла, тяжело дыша. Но через миг встрепенулась, развернулась на месте и поскакала ко мне:

— Шон, хватайся!

— За что? — прошипел я.

— За что угодно! — проорала она, перекрывая вопли армии, накатывавшейся сзади. — Мы ещё можем успеть!

Я закинул одну руку ей на спину и пополз, помогая себе остальными конечностями. По пути я наткнулся на свой меч и подобрал его. Вскоре я опирался на него как на костыль, ковыляя вверх по крутой лестнице. Над нами я видел Эплджек, тащившую Келли — которой досталось ещё хуже, чем мне, — а выше была дверь, наш выход из пещеры. Пламя от Вавиллионовых бомб уже потухло, и мы были в считанных метрах от спасения.

Восторг от этой мысли приглушило градом из копий, топоров и кинжалов, посыпавшихся вокруг. Орки и тролли тоже заметили, что мы вот-вот сбежим, и пытались достать нас издалека.

— Келли! — крикнул я. — Я знаю, ногу тебе покарябало, а как насчёт рук?

— Э... с ними всё отлично, а что?

Вздрагивая от ожогов, я вытащил последний оставшийся арбалет и бросил ей:

— Задействуй свой соколиный глаз, который тебе Сизиф выдал!

Она поймала оружие, зарядила в него пачку болтов и прицелилась. Пока Эплджек тащила её спиной вперёд, она несколько раз выстрелила мимо нас с Лирой, метко вгоняя стрелы в шеи самых борзых орков и троллей. Воздух сотрясался от визга, криков и воплей гнева, особенно когда Вавиллион наконец содрал с головы силовую ленту и уставился нам вслед самым бешеным взглядом в истории всей вселенной.

— Лира! — крикнула Эплджек, когда мы поравнялись с ней и Келли. — Дверь!

— Сейчас! — К этому моменту Лира была у нас за главную. Она скользнула к круглому пульту рядом с дверью и защёлкала переключателями с такой головокружительной быстротой, какой я у неё ещё никогда не видел.

— Есть ещё стрелы, Шон? — проворчала Келли, выпустив очередной арбалетный болт. — А то мне воевать нечем.

— Не тебе, блин, одной. — Я поднялся, крякнув от боли, и поднял меч навстречу первым тварям, одолевшим лестницу. Кое-как мне удалось отбить их топоры. — Лира?..

— Уже почти...

Эплджек тоже вступила в бой, сбросила вниз одного тролля и лягнула ещё двоих, вылезших вслед за первым. Шум стоял неимоверный, по лестнице вверх пёрла орда, а внизу сквозь неё шёл Вавиллион, уже выплюнувший очередную бомбу.

— Сахарная, поскорее бы!..

— Почти...

Я отрубил руку завизжавшему троллю, споткнулся и чуть не полетел вниз по ступенькам. Эплджек поймала меня зубами за локоть. Я вскрикнул от боли, зашипел от ярости и пырнул не в меру наглого орка промеж глаз.

— Это край! — крикнула Келли, бросила мой арбалет, достала свой лук и выстрелила в Вавиллиона. Тот просто отмахнулся рукой, отбив стрелу в сторону. — Лира!..

— Готово! — воскликнула та. Дверь открылась.

Застонав от натуги, я схватил Лиру за ногу и зашвырнул в проём.

— Ай-й! — вскрикнула она, кубарем улетая на ту сторону. Эплджек смылась следующей, утащив с собой Келли.

Я, ковыляя, пятился назад. Подхватил арбалет, выпустил последний болт в грудь троллю и отбил мечом ещё два топора.

— Бассейн закрыт, червие сраное! Щас я...

— Хы-ы-а!!! — Вавиллион швырнул свою бомбу.

— Ладно, пошли в жопу. — Я развернулся и нырнул головой вперёд под край почти закрывшейся двери. Та захлопнулась за долю секунды до взрыва.

Я болезненно грохнулся на пол рядом с Лирой, Эплджек, Келли и очередным светящимся кристаллом на постаменте. Снова была оглушающая тишина. Снова было полное спокойствие. И снова...

— Хн-н-н... Арргх! — Я сел, дёргаясь от всех ожогов одновременно и шипя сквозь зубы. — Ха... Ха-ха-ха-а-а! — захохотал я в истерике. — Ох-х-х, чёрт. Фуф. Вот так, леди и джентльмены, и надо бить по морде судьбе!..

Моя боль вдруг удвоилась, затем учетверилась, когда Лира приземлилась на мою грудь всеми четырьмя копытами. Лёжа под ней и силясь вдохнуть, я встретился глазами с её разъярённым взглядом.

— Что на тебя нашло, Шон?! Неужели в этом ужасном месте для тебя есть что-то смешное?!

Я заморгал.

— Гм, ну... да?..

— И о чём ты только думал тогда?! — зашипела она на меня. — Взял свой меч и побежал бить того страшного демона в одиночку!..

— Но... — Я оглянулся на Келли и на Эплджек, хлопотавшую над её ранами. — Не то чтобы Келли была в состоянии...

— Но мы с Эплджек были! — перебила Лира. — Мы могли бы сражаться вместе, как команда! Мы могли бы отвлекать его с разных сторон, и тогда бы последний рывок к двери прошёл гораздо легче! Тебе не было никакой причины драться с ним один на один!

— Послушай, Лира, — вздохнул я, положив ладонь на её копыто. — Просто брось уже, а?..

— Нет! — воскликнула она, оттолкнув мою руку. — Перестань говорить мне бросить! Перестань делать вид, что всё, что я говорю, не важно! Ты же так озабочен своим выживанием, да, Шон? Ну так почему тогда ты делаешь такие глупости?!!

— Не суди его строго, Лира, — устало проговорила Келли, садясь прямо, когда Эплджек принялась осторожно стаскивать доспех с её раненой ноги. — Шон в кои-то веки проявил характер. Это само по себе похвально.

— Ты не пробыла с ним здесь столько, сколько я! — нахмурилась на неё Лира и снова перевела горящий взгляд на меня. — Тебе не пришлось терпеть то, как он относится к смерти других, словно к какому-то пустяку! Если кто-то из нас троих погибнет, он даже слезинки не уронит! Да? Ведь так, Шон?!

— Чего ты от меня хочешь, Лира? — пожал я плечами, с трудом дыша. — Что ты хочешь, чтоб я сказал?

— Скажи мне, что для тебя есть хоть что-то важнее, чем кровопролитие! Скажи, что ты хочешь чего-то добиться! Скажи, что ты сражаешься ради того, чтобы вернуться к кому-то, когда всё это закончится!

К этому моменту я сам уставился на неё. Но не то чтобы со злостью, а, скорее, со скукой.

— А смысл, Лира? — равнодушно проговорил я. — Я выжил, ты выжила, они выжили. Здесь не о чем жалеть и нечему радоваться. Важно то, что здесь и сейчас. Понимаешь? И меня нигде никто не ждёт. У меня дома всем насрать на то, жив я или нет, и я не могу их в этом винить.

Лира какое-то время смотрела на меня, и её глаза постепенно наполнялись слезами.

— Я рада, что ты есть, Шон, — проговорила она наконец, шмыгнула носом и продолжила: — Я хочу, чтобы ты жил, больше всего на свете. Ты... Ты м-мой друг...

Я нахмурился.

— Лира, я...

— Заткнись, — дрожащим голосом перебила она. — Просто заткнись, Шон. Ненавижу, когда ты говоришь. — Она свернулась рядом со мной и уткнулась мордочкой мне в плечо, дрожа и всхлипывая. Её слёзы странно холодили мою обожжённую кожу. — Только живи. Х-хоть это-то ты можешь?.. Не делай глупостей. Не смей умирать. Здесь и так достаточно страшно, но ещё и потерять тебя...

Я чувствовал, как она вздрагивает всем телом. Слышал, как она плачет и хлюпает носом. И не понимал её. Я вообще ничего не понимал — до меня вдруг дошло, что я постоянно говорю себе это. И что не только она ненавидит, когда я говорю. Поэтому я не сказал ничего. Просто поднял руку и слабо похлопал её по бронированному плечу. Так себе жест, но всё-таки.

Я оглянулся на Келли и Эплджек. Чего я ждал? Поддержки? Осуждения? Они тоже ничего не сказали. Келли отдыхала, свесив голову на грудь, а Эплджек обрабатывала её рану.

Когда засветился кристалл и раздался голос Сизифа, мы все были слишком вымотаны, чтобы воспринимать его разглагольствования. Что-то там насчёт "глупых смертных", "вечных мучений Тартара" и бла-бла-бла. Пожалуй, Вавиллион был прав в одном: лучшая приправа к боли — это надежда. И я даже не представлял, что за блюдо приготовил для Лиры, пока она не повалила меня на пол и не высказала всё сквозь слёзы.

Ни у кого из нас совсем не осталось сил. Неудивительно, что вскоре нас сморил сон.

## Глава седьмая, в которой полно скучнейших разговоров за жизнь

Проснулся я от лязга, с которым Эплджек пинала железные обломки и прочий хлам по ржавым ступеням, окаймлявшим дверь. Вздрогнув, я сел, но первой с пони заговорила Келли. Я увидел, как она поворачивается — морщась от боли — к своей партнёрше по ошейнику. Левая нога Келли была плотно забинтована, но не помешала ей сесть и потянуться к подруге:

— Эй-Джей?.. — Келли поёрзала, охнула и наконец нашла удобную позу. — Что такое?.. Что с тобой?

— Дура я, ясно?! — сплюнула та, сердитой рысцой нарезая круги по полу. Её веснушчатая мордочка была ярко-красной, а доспехи ритмично звякали в такт шагам. — Я тупая, безмозглая деревенщина, которая только яблони лягать и годится! Что я вообще здесь делаю?! Зачем притворяюсь, что понибудь от меня будет какой-то прок?..

— Да о чём ты вообще?! — воскликнула Келли, несмотря на рану в ноге подползая поближе к пони. — Эплджек, пожалуйста, объясни мне!

— А толку?.. — Эплджек притопнула передними копытами, едва не дымясь от стыда. — Я всё порчу! Всегда всё порчу! Из меня даже вьючной лошади не вышло! Самая простая работа для пони, и ту я провалила!

— Да скажи ты наконец, что ты такого сделала?!

— А ты что, не видишь? — Эплджек нахмурилась, развернулась и показала Келли передние копыта. Оба были голыми. — Я потеряла подковы! Посеяла, как глупый жеребёнок по пути в школу! Как я только умудрилась?.. Даже заметила только сейчас, будто у меня пять часов назад мозги из башки выпали!..

— Эплджек, мы тогда еле вырвались из натурального ада! Серьёзно! — воскликнула Келли, по-прежнему морщась. — Я до сих пор с трудом верю, что мы выжили! Ну, лишились части барахла, ну и что?.. Вон, Шон арбалет потерял, но мы же об этом не горюем?

— Но не он наши сумки со всеми припасами заодно потерял!!! — проревела Эплджек. — И едой, и аптечкой, чтобы ногу тебе как следует залечить!..

— Эплджек... — Келли вздохнула. — Мы это уже обсуждали. У нас не было выбора, кроме как бежать. Инкуб зажарил бы нас заживо...

— Не оправдывай меня, Келли! — крикнула Эплджек. — Никаких оправданий!.. Я тупая кобыла! Ну почему мы не могли попасть в какой-нибудь Яблочный Ад, где от меня был бы прок?..

— Ох, Эплджек... — участливым тоном начала Келли.

— И не смотри тут на меня щенячьими глазками! — перебила пони, часто дыша. Она села на пол и пробурчала: — Я знаю, что бесполезна!.. Надо было быть осторожнее! Что толку с моих копыт без славных подковок с шипами, которые мне Сизиф выдал? Ежели так дальше пойдёт, я так и не верну вас домой, и себя тоже! Так и не выберусь отсюда живой! И не вернусь туда, где... — Она мучительно зажмурилась. — Т-туда, где... Где я нужна другим пони...

— Эплджек...

— Так долго... — Эплджек, морщась, провела копытом по гриве. — Меня так долго не было. Они, наверное, думают, что я сбежала. Думают, я их больше не люблю. Может, это и хорошо, что я больше не вернусь. Нипони не надо знать про то, что я теперь знаю и что могу рассказать. Нипони лучше не знать об этом месте, особенно... особенно...

— Тс-с-с... — Келли подползла к кобылке и обняла её. — Они так не думают, Эй-Джей. Они любят тебя так же, как ты их.

Эплджек часто и мелко дышала, подавшись навстречу Келли и слепо глядя в бездну вокруг нашей платформы. У неё по щекам текли слёзы, горячие и быстрые, как и её шёпот:

— Я жуть как скучаю по ним, Келли. А у нас тут дело стало так плохо... Я... я боюсь, что никогда больше их не увижу. Бабуля... Биг Мак... Эплблум. — Она шмыгнула носом и прикрыла копытом мордочку. — Ох, бедная Эплблум... Ей и так уже пришлось жить без мамы с папой. А т-теперь ещё придётся и без старшей сестрицы...

— Это нормально — бояться, — улыбнулась Келли, нежно погладив её по спине. — Никто не может всегда быть сильным.

— Я н-ненавижу это место, Келли, — всхлипнула Эплджек, зарывшись мордочкой ей в плечо. — Жуть как ненавижу. Ненавижу то, что оно и-из меня сделало... Лучше б я умерла, как Фл... Флаттершай. Я стала страшной. Скоро стану таким же монстром, как те, что здесь живут...

— Нет, Эплджек. Не станешь, — тихо ответила Келли. — Мы не дадим всяким сизифам и вавиллионам победить, слышишь? Мы вернём тебя домой, Эй-Джей. Вернём тебя к семье. Вот увидишь.

К этому времени Эплджек окончательно расклеилась. Её речь потеряла связность, и мне удавалось разобрать только "я так по ним скучаю...", которое она повторяла каждый раз всё более неразборчиво. Келли прижала её к себе, почти что баюкая рыдающую пони, словно младенца.

Я думал, что был единственным зрителем сей печальной картины, но потом услышал слева от себя тяжёлый вздох. Повернувшись на звук, я чуть не столкнулся лбом с Лириным рогом. Как долго она тут была? Всё время, пока я спал?..

— Никогда бы не подумала, что увижу, как Эплджек плачет, — негромко проговорила Лира. Её шлем лежал рядом, и она спокойно сидела, глядя на наших товарищей.

Я глупо заморгал, уставившись сперва на них, затем — ещё более глупо — на Лиру.

— А что, это типа дофига редкость?

Она вздохнула и улыбнулась самой усталой улыбкой на свете:

— Ты... — Она помолчала. — Н-наверное, объяснять нет смысла...

— Ага. Наверное, нет, — машинально согласился я и вдруг невольно охнул, осознав резкую перемену в облике своей напарницы. — Чёрт побери. Твои волосы.

— Хм-м? — покосилась она на меня, затем хихикнула. — А, моя грива. — Прикусив губу, она провела копытом по короткому ёжику у себя на шее. — Вот, пришлось ею пожертвовать.

— Но как и зачем? — спросил я.

— Нога Келли, — указала Лира.

Обернувшись, я впервые внимательно присмотрелся к забинтованной ране у той на ноге.

— Хм. Странно. — Я снова перевёл взгляд на Лиру. — Кажется, Эплджек говорила, что оставила все припасы в предыдущей пещере.

— Угу, — кивнула Лира и радостно улыбнулась: — Но, к счастью, я вспомнила пару заклинаний, которым Твайлайт Спаркл меня научила ещё дома, на уроках трансмогрификации. Но мне нужно было что-то длинное и гибкое, чтобы "сотворить" бинты. Так что Эплджек сделала мне чик-чик, и... вот, сам видишь.

Ещё раз оглянувшись на Келли, я ухмыльнулся:

— Хех. Ловкий трюк.

— М-м... — Лира вздохнула и опустилась на пол, частично скрыв мордочку за сложенными передними ногами. — На самом деле нет. Ты просто так говоришь.

— Не, я серьёзно, — сглотнув, пробормотал я, затем пожал плечами: — Блин, умей я превращать шерсть на спине в латекс, то я бы в субботний вечер... — я остановился, не договорив, и взглянул вниз.

Лира смотрела на меня спокойными невинными глазами.

Я откашлялся.

— А знаешь что? Забудь. Я... не буду дальше рассказывать.

Она просто кивнула и перевела взгляд на притихшую парочку.

— У Эплджек грива ещё цела. Теперь, когда я немного восстановила магию, я могу трансмогрифицировать ещё бинтов, чтобы обработать твои ожоги. Но я решила сперва помочь Келли. Потому что... ну... гм... — Она нервно поёрзала.

— Да ясно всё, — кивнул я. — Чувихи вперёд, чуваки назад. И потом, ей было нужнее. А мне... — я почесал покрасневшую кожу на руке, вздрогнул, но всё же выдавил улыбку. — Чёрт, бывало и хуже.

— Сейчас опять планировалась шутка, да? — спросила она с понимающей ухмылкой.

— Угу. Про пьяную свиданку в Кей-Уэсте, когда всё скатилось в жопу... и не только фигурально.

— Хи-хи... — Лира прянула ушками и снова улеглась подбородком на передние копыта. — Знаешь, это хорошо, что теперь с нами Келли. Так хоть кто-то будет понимать твои шутки.

— Хех, да если бы. И потом, мне без разницы, — ответил я. — Ты же им всё равно смеёшься.

— Просто потому, что в половине случаев не знаю, как ещё реагировать.

Тогда я не понял почему, но меня это всё равно задело. Однако винить её я не мог.

— Ну, ты в этом не виновата, Лира.

— Зачем ты это делаешь? — поинтересовалась она.

— Хм-м?..

— Отпускаешь шутки. Злишься всё время. Это у тебя такой способ отвлечься?

Не может же быть, чтобы всё было так просто... Или может?..

— Без понятия, — пожал плечами я. — В жизни просто столько абсурда. Вот я и болтаю о нём как псих, особенно когда от молчания реально можно свихнуться.

— Неужели твой родной мир правда настолько ужасный?

— А что, — покосился я на неё, — по мне так кажется?

— Когда я только попала сюда, ещё до встречи с тобой, Сизиф очень старался убедить меня, что все люди по природе злые, — сказала Лира. — Мне кажется, он хотел, чтобы мы, пони, принимали людей, с которыми мы скованы, за моральную точку отсчёта. Чтобы мы дважды думали, прежде чем судить то, что здесь делаем, как добро или зло.

Я поднял бровь:

— Хм. Какая... интересная точка зрения.

— Почему? А что Сизиф говорил вам с Келли насчёт пони?

Я вспомнил первые минуты после того, как сюда попал. Пока я пытался не сблевануть и не разреветься как ребёнок, Сизиф убеждал меня, что пони слабые, инфантильные, наивные и не способны понимать, что такое боль.

— Нам он тоже говорил, что люди плохие, — сказал я наконец. — Просто другими словами.

Лира медленно кивнула.

— И ты в это веришь?

Я глубоко вздохнул, садясь прямо.

— Ну, наш мир не очень-то хорош. Самое поганое — это Большая Тройка: войны, нищета и хип-хоп. Кучка богатых засранцев в хвост и гриву эксплуатирует толпы голодных нищебродов по всему шарику, океаны высыхают, леса вырубают, пчёлы повторяют судьбу динозавров... короче, сплошной кошмар, да ещё Энди Гриффит умер.

— Кто?..

— Не суть; главное, что слишком рано. — Я кашлянул. — В общем, наверное, я где-то в том возрасте, когда про всё на свете хочется язвить. Само так получается. Учёба в колледже, свиданки вслепую, выпивка — всё это отлично смешивается в коктейль из ядрёного цинизма. В какой-то момент — без понятия, когда именно, — я просто сдался и начал верить в то, что верить вообще ни во что нельзя, повсюду один отстой. — Я вздохнул и поднял взгляд к потолку пещеры. — А потом адский коммандер Скотти излучил меня в эту чёртову дыру, и это был последний кирпич в стене нигилизма, врубаешься?

Лира взмахнула хвостом и беспомощно улыбнулась:

— Наверное, "врубаюсь". Хотя... честно говоря, Шон, мне этого не понять.

— Да, но... — Я откинулся назад, опёршись спиной о стену позади. — От тебя этого никто и не требует.

— Потому что я пони?

Я молча прикусил губу.

Лира неловко поёрзала и заговорила, не поднимая глаз от копыт:

— Можно считать, что я всю жизнь была счастлива. Я выросла в Кантерлоте. Это роскошный город, полный прекрасных садов и великолепных, культурных жеребцов и кобылиц. Потом, став постарше, я переехала в Понивилль. Никогда не видела более чудесного города. Ты просыпаешься утром и слышишь запах цветов, даже не открывая окон. Все пони, которых ты встречаешь на улице, хорошие и милые. Все хотят пожать тебе копыто и поделиться чем-нибудь интересным. Считается абсолютно нормальным не запирать на ночь двери. А когда меняется время года, весь город празднует. Мы сажаем семена, кормим животных и помогаем миру расти.

— Звучит, будто ты живёшь не то в диснеевском мультике, не то на картинке Кинкэйда.

— Это очень хорошее и безопасное место — вот что я имею в виду, Шон, — пояснила Лира и закусила губу. — Но... Я бы солгала, если бы сказала, что не чувствую, будто чего-то там не хватает.

— Например?

Она обвела глазами пейзаж вокруг, видимо, подбирая слова.

— Ты описываешь свой мир таким ужасным. А ты когда-нибудь думал, что, может, это только у тебя в голове? Что всё не может быть настолько плохо?

— Э-э-э... — Я поскрёб в затылке, но вздрогнул, задев обожжённое место. — Гм. Ну, да, наверное. Немножко.

— Вот и я иногда просыпалась среди ночи и думала про себя... — Она вздрогнула и отвела взгляд. — Я... Я думала, что жизнь в Эквестрии, которой я так дорожу, немного чересчур хороша, чтобы быть правдой. Мне казалось, что если бы где-то было место, полное ужасов, самых страшных кошмаров, то мы бы стали ещё больше ценить всё, что нам дорого.

Я опёрся подбородком на костяшки пальцев:

— И ты... ты считаешь, что нашла такое место?

— Может, и нашла... — сказала она, болезненно поёжившись. — И как бы тут ни было жутко, но я теперь лишь ещё сильнее хочу вернуться домой. Я как бы... как бы знаю теперь, как мне повезло и насколько я на самом деле была там счастлива.

— Ну, это ведь хорошо, наверно? Как я понимаю?

— А может, это и в обратную сторону работает? — Она взглянула на меня. — Может, то, что ты пережил... встречи с пони вроде меня, и Эплджек, и Рэйнбоу Дэш. и... и Т-Тандерлейна... может, после них ты станешь больше ценить жизнь, когда вернёшься домой?

Я отвёл взгляд. У меня перед глазами встал образ меня самого, лежавшего на полу у двери, и Лиры, крепко обнимавшей меня и не дававшей встать.

— Чёрт, — ухмыльнулся я, пожимая плечами. — Кто знает? Может, планы Сизифа ему же и аукнутся.

— О?..

— Угу. Ну, он же сковал нас вместе, думая, что мы будем мешать друг другу... А выйдет, что две полных противоположности дополнят друг друга и вместе надерут жопы всем троллям.

— Значит, в итоге пони обретут капельку человечности, а люди — капельку поняшности?

— Ну, во всяком случае, в комиксах кроссоверы работают. — Я откинулся назад, заложив руки за затылок. — Может, нашим мирам пригодилось бы что-то вроде... не знаю... бюро дипломатии. Или отдела конверсии.

Лира озадаченно прищурилась:

— Если это шутка, то, боюсь, её я тоже не оценила.

— Да забей, — отмахнулся я. — Было бы там что ценить.

Она хихикнула и взглянула в сторону Келли с Эплджек, потеплев щеками:

— Ну, не знаю как ты, а я, когда вернусь, каждую секунду жизни в Понивилле буду считать за счастье.

Я посмотрел на неё искоса. Вспомнил, как из этих больших глаз текли слёзы. И слишком отвлёкся, чтобы успеть остановить собственный вопрос:

— А к кому ты должна вернуться, Лира?

— Ты... Ты правда хочешь знать?.. — заморгала она.

Я ответил ей, ничего не ответив.

После долгой паузы Лира глубоко вздохнула и мечтательно улыбнулась, глядя в никуда:

— Бон-Бон, — почти пропела она. — Я так надолго пропала. Бон-Бон с ума сойдёт от беспокойства. Я... Мне даже представить страшно.

— Бон-Бон, говоришь? — хмыкнул я. — Странноватое имечко для жеребца.

Её щёки мгновенно покраснели.

— Эм... — Она застенчиво улыбнулась. — Бон-Бон — кобылка.

Я моргнул.

— О. — Я моргнул ещё раз, затем посмотрел на неё. — Значит, юри и в Пониляндии рисуют?

— Э?..

— Неважно. — Я откашлялся. — Расскажи мне про Бон-Бон.

— Ну... — Лира поёрзала копытами по полу и задумчиво вздохнула. — Она терпела меня всё это время, что само по себе удивительно. — Единорожка усмехнулась и продолжила: — Она точно знает, что сказать мне утром, чтобы я весь день светилась, как солнышко. Когда мы с ней скачем вдвоём по городу, кажется, будто весь мир вокруг замедляется и пропускает нас, словно мы две королевы из былых времён. Ох, слышала бы она, что я сейчас несу. Она такая романтичная.

— Хех, да уж наверное, — сказал я.

— Она... просто ужасно романтичная, — прошептала Лира и перестала улыбаться. — С ней каждая секунда, проведённая вместе, что-то да значит. С ней я чувствую себя той, кто стоит улыбки, а не просто фоновой пони из толпы, промелькнувшей мимо. Она даже тихонько поёт мне песенки по ночам, когда лежит рядом, будто хочет убаюкать свою музыкантку, которую так любит. А я... я всё слышу, но притворяюсь, что сплю. — Она помолчала, шмыгнула носом и сдавленным тоном продолжила: — Не знаю даже, зачем я так делаю. Селестия мне свидетель, никогда больше не буду п...притворяться перед Бон-Бон, никогда...

Подавленные, мы сидели в молчании, нарушаемом только редкими всхлипами Лиры. Я оглянулся на наших союзниц. Эплджек уже выплакалась и заснула. Келли, заметив мой взгляд, посмотрела в ответ. Её лицо было мягким и нежным, со слабым намёком на улыбку.

Я едва не скорчил ей рожу, но тут Лира заговорила снова:

— С... спасибо тебе, Шон.

Не сиди я на полу, я упал бы от удивления:

— Э-э-э... за что?

— За то, что поговорил со мной, — блеснула она глазами и улыбнулась.

— Но... — я прищурился. — Я думал, ты ненавидишь, когда я говорю.

Она шмыгнула носом и покачала головой:

— Сейчас было по-другому. Сейчас ты ещё и слушал.

— Хм-м-ф. Ну, а что делать. — Я взмахнул перед её глазами левой рукой. — У меня ожоги повсюду. Неудобно было бы убивать время, кувыркаясь нагишом по полу.

— Хи-хи-хи-хи-хи...

Вздохнув, я посмотрел в сторону, но вскоре моего плеча коснулось что-то мягкое. Взглянув туда, я обнаружил, что Лира прижалась ко мне и уткнулась носом в мой бицепс. Тот тоже был обожжён, но, как ни странно, было почти не больно.

— Мы вернём тебя домой, Шон, — прошептала она. — И, может, ты тоже встретишь кого-то вроде моей Бон-Бон.

Застонав, я скрестил руки и отвернулся.

— Ты просто ненормальная.

— А-ха-а-а, — протянула она и захихикала.

## Глава восьмая, в которой я размякаю и фанаты получают то, что хотели

— Хн-н-н-гх! — натужившись, протянула Лира. Из-под её шлема текли струйки пота, а рог ярко сиял от потока энергии, который она старалась усилить как можно больше. — Хн-н-к-к-т!..

— Эй, эй, сахарная, — оглянулась на неё Эплджек, рысившая впереди вместе с Келли, которая опиралась ей на спину, прыгая на здоровой ноге. Наши партнёрши медленно преодолевали узкий мостик между ржавыми платформами. — Мы же все тебе сто раз говорили, чтобы ты котелок не перегружала!.. Да и вряд ли Сизиф тебе даст куда-то телепортироваться, пока на тебе ошейник!

— Чёрт, да пускай себе пробует, — вмешался я, шагая позади остальных. — Будь у меня на башке волшебный рог, я бы тоже пытался телепнуться отсюда нахер. Или даже не нахер, а в супермаркет, поближе к полке с мазью от ожогов. Боже... — зашипев, я потёр руку. — Этот сраный Вавиллион жжётся, как сволочь.

Келли прыснула. Я зыркнул на неё:

— И чё смешного?

— Ничего. — Она хмыкнула. — Здесь, в Тартаре, хоть и хреново, но жизнь не перестаёт меня удивлять.

Я тяжело вздохнул. Слышно было, как Лира снова застонала от напряжения. Я посмотрел вниз:

— Блин, ты хоть не надорвись смотри!..

— Только представь... — Лира, отдуваясь, на секунду закрыла глаза, продолжая рысить вперёд, — ...насколько тебе проще будет сражаться с врагами, не волнуясь о том, как далеко от тебя мой ошейник!

— Погоди, ты что, хочешь, чтобы я ещё и твой на себя надел, когда ты его снимешь?..

— Сказала бы я, что ты можешь сделать с двумя поводками, Шон, — ухмыльнулась Келли.

— А ты — с тремя пробками, — ответил я. — По штуке в каждый хлебальничек.

Эплджек застонала. Келли расхохоталась.

— Я не поняла, — озадаченно заметила Лира.

Обогнав её, я спросил у нашей командирши:

— Чисто для ясности: какой у нас план боя на случай, если сизифово злобное мясо снова навалится на нас из засады?

— Что, я всё ещё твой капитан? — спросила Келли.

— А что, у тебя все мозги в ноге были?

— Ну... — задумалась она вслух, ковыляя рядом с Эплджек, — ...я бы сказала, что всё очевидно. Если нам повезёт занять хоть какую-то высоту, мы с Лирой будем оттуда поддерживать вас с Эплджек дальнобойным оружием, а вы будете биться впереди. Это, конечно же, если у тебя вавки не очень жгутся, Шон.

— Не переживай, раз уж я твой язык терплю, то пару-тройку орков как-нибудь выдержу.

— А что, если мы просто от них сбежим? — спросила Эплджек.

— Боюсь, у меня это не очень получится, — пробурчала Келли. — И даже не начинай, Эплджек, мы это уже проходили. — Она нахмурилась. — Верхом на тебе я не поеду.

— Я смекаю, ты не особо тяжёлая, — ухмыльнулась кобылка. — Ну, сама на себя глянь, в тебе весу-то как в птичке-невеличке! С бочкой яблок даже рядом не сравнить!

— Ха-ха-ха-ха! — прыснул я, вздрагивая из-за ожогов. — Всё, Келли, тебя взвесили и сосчитали! Слушай, к чёрту сайты знакомств, пусть теперь лошадка с фермы тебе и пару подбирает!

— Хе-хе, — фыркнула Эплджек.

Келли ненадолго надулась.

— Ладно, Эплджек, может, я и сяду на тебя, но сперва из доспехов этих долбаных вылезу. Пусть их Шон себе куда-нибудь всунет, хоть по самый бронелифчик.

— И я тебя люблю, о мой капитан, — усмехнулся я. Эплджек тоже захихикала.

— Опять я не поняла, — вздохнула Лира.

— Когда вернёшься в Эквестрию, почаще сиди в интернетиках.

— Что такое интернетики?

— Мда. — Я откашлялся и спросил у остальных двух: — Так что, мы идём куда-то конкретно? Или просто будем брести по этим руинам "Куба Ноль", куда глаза глядят?

— Стой! — Лира замерла, широко раскрыв глаза.

— Что? — оглянулся я. — Получилось наконец чего-нибудь?

— Нет, я чувствую кого-то поблизости!

Келли ахнула. Эплджек скрипнула копытом по стальной поверхности моста:

— Где? Где он? Если это шпион, мы должны прибить его, пока он своих не предупредил!

— Погодите! — Лира прищурилась. Её рог засветился ярче, а над шлемом задул невидимый ветер. — Он... где-то перед нами. Он очень слабый. И... И...

— Что?.. — Келли подалась вперёд.

Лира моргнула и оглянулась на нас:

— Он четвероногий!

— Он табуретка? — хмыкнул я. Келли стукнула меня луком по затылку. — Уй!..

— Идиот! — прорычала она. — Лира хочет сказать, что это пони. — Она проковыляла к Лире и посмотрела на неё сверху вниз: — Верно, подруга?

Та решительно закивала:

— Моё пространственное чувство ещё ни разу не подводило.

— Ну, и где же этот наш незнакомец? — спросила Эплджек.

Рог Лиры вновь засветился, когда она принялась сканировать окружающие нас руины. Наконец она указала копытом на дальний конец моста:

— Вон там! Видите ту упавшую колонну? Прямо за ней!

Мы обернулись туда. В тот же миг за колонну метнулось что-то яркое, скрывшись из виду.

— Эй! — крикнула Келли, сложив ладони рупором. — Эй, мы не враги! Мы просто хотим подружиться!

Из-за колонны послышался едва слышный писк.

— Мы не из местных гадов! — добавила Эплджек. — Пожалуйста, покажись, не бойся!

Теперь не было даже писка. Кто бы там ни был, он продолжал прятаться.

Прежде чем Келли успела меня остановить, я проорал:

— Слышь ты, говнюк! — Я с нарочитым скрежетом вытащил из ножен меч. — А ну, живо вылазь оттуда, пока мы тебя за шкирку не выволокли!

На этот раз за колонной раздался всхлип, а потом оттуда показалась жёлтая мордашка и взглянула на нас самым робким из всех испуганных взглядов.

Лира громко ахнула, шлёпнувшись на ляжки:

— Помилуй Селестия...

— Флаттершай?! — вытаращила глаза Эплджек. — Ох, Флаттершай, слава небесам! — Одновременно улыбаясь и плача, она галопом рванула вперёд. Следом за ней метнулась мятно-зелёная молния.

— Эй... да мать вашу! — воскликнул я, когда наши напарницы по ошейникам поскакали прочь. — Вот же кобылы долбаные... Келли, хватайся за меня.

— Не бери в голову, Шон, — спокойно улыбнулась она, опираясь на меня, и мы торопливо заковыляли следом, чтобы не отстать далеко. — Пускай себе скачут. Всё будет хорошо.

— Боже. Нахера ты им так потакаешь-то?..

— Тс-с-с! — прошипела она, и как раз вовремя.

Доскакав до Флаттершай, Лира и Эплджек резко затормозили и едва не сбили её с ног, накинувшись с объятиями и ласковыми поглаживаниями мордочкой. От их слёз намокла шёрстка на лице хрупкой пегасочки.

— Ох, Флаттершай! Как же я рада, что ты жива!

— Мы думали, тебе конец пришёл, сахарная!

— Когда я услышала, что сделал этот гадкий Вавиллион, я... Я не знала, что и думать!..

— А ты, смотри-ка, жива-живёхонька! Ну и дела, ужасно здорово тебя снова видеть!

— Расскажи нам, что случилось? Как ты здесь оказалась?

— И куда твой партнёр Сэм подевался?

— Девочки... Девочки!.. — воскликнула Келли, когда мы с ней добрались до той же заваленной обломками платформы. — Дайте вы ей вздохнуть спокойно, не наседайте!.. — Я отпустил её, и она, вздрогнув от боли, опустилась на колено рядом с Флаттершай. — Ну, привет, красавица. Давно не виделись.

— Эм-м... п-привет, Келли... — Флаттершай выдавила слабый призрак улыбки. Она была жива, но немногим более. Половину её мордочки закрывали бинты, а в одном крыле не хватало почти половины перьев. Большую часть её тела покрывали синяки, а броня на спине, казалось, придавливала хрупкую пони к полу. — Как хорошо, что вы с Эплджек живы. И ты тоже, Лира. И... И... — Она взглянула на меня и моментально отпрянула на полшага.

— Типа, представь, что меня зовут Сахарный Хрен, и хватит об этом, — пробурчал я.

Флаттершай просто ничего не ответила.

— Нет, правда, подруга, — Эплджек не желала отпускать Флаттершай ни на секунду. Она шмыгнула носом и улыбнулась сквозь слёзы. — Что с тобой было?

Пегасочка задрожала.

— Когда я вас последний раз видела, мы сражались с тем ужасным демоном. Я изо всех сил старалась помогать. Очень старалась. Но... гм... вы же знаете, я никогда не любила драться. — Она всхлипнула, лязгнув остатками доспехов на ногах. — Даже с тем, чему меня здесь научили, я всё равно не хотела никому вредить...

— Мы знаем, Флаттершай, — горько улыбнулась Лира. — Я тоже не хотела делать ничего жестокого. Но мне пришлось, чтобы выжить самой и помочь другим.

— Давайте-ка хватит об этом, — вмешалась Эплджек. — Расскажи нам, как ты здесь очутилась?

— Ну... — Флаттершай взглянула на Эплджек и Келли. — Когда нас с вами разделили, мы с Сэмом решили, что лучше всего будет, если мы с ним займём Вавиллиона, чтобы у вас был шанс убежать. И у нас... дела были очень плохи. Я... уже бывала раньше в большой опасности, но ни разу в такой страшной, как здесь, в Тартаре.

— Но... ты выжила, — прищурилась Келли.

— Угу, — грустно кивнула Флаттершай. — Выжила. Сама не ожидала, но я выжила. Это всё благодаря Сэму, на самом деле. Это потому... потому что он... — Она прикусила губу и, похоже, собралась расплакаться.

— Тише, сахарная. — Эплджек погладила её по гриве. — Просто говори всё как есть.

Флаттершай всхлипнула.

— Он спас меня. Монстры окружили нас со всех сторон, и нам оставалось только идти навстречу Вавиллиону. И тогда Сэм схватил меня, и я... я сперва решила, что он меня обнимает. Это было мило, но я подумала, что сейчас не время... но потом он вдруг меня бросил. Со всей суперсилой, которую ему Сизиф дал. И я... сперва испугалась, что ошейники нас сейчас убьют, потому что я отлетела очень далеко. Но Сэм... — Она пискнула, вздрогнула и торопливо договорила: — Сэм побежал прямо на Вавиллиона. Он... Он отдал свою жизнь так, чтобы сгореть вместе с ошейником. И к-когда его не стало, я... я смогла улететь. — Она спрятала мордочку в копытах и прошептала: — И я улетела.

Лира закусила губу, и её глаза наполнились слезами. Эплджек подалась вперёд и погладила пегасочку носом:

— Он это сделал, потому что дорожил тобой, милая. Это был настоящий подвиг, чтобы защитить кое-кого очень хорошего.

— Нет... — Флаттершай всё-таки расплакалась и добавила сдавленно: — Нет, совсем не хорошего! Я струсила! Я д-должна была сражаться сильнее! Я должна была не бояться быть сильной, и даже жестокой. А теперь Сэм умер, а я поэтому живая. Что тут хорошего?.. Я трусиха. Я не заслуживаю, чтобы жить...

— Не смей так говорить! — воскликнула Лира, крепко обняв её. — Ни за что не смей! Мы любим тебя, Флаттершай. Ты никакая не трусиха. То, что ты жива — для нас большое счастье. И мы рады, что Сэм так поступил.

— Мы всегда будем его помнить, — добавила Эплджек, поглаживая пегасочку. — Благодаря тебе мы теперь никогда не забудем, что он сделал. Он дал нам надежду. А надежда — самое что ни на есть важное в этом мерзком месте, и будет самым важным, когда мы вернём тебя домой живой и здоровой, вместе с Черили, Рэйнбоу и остальными.

Флаттершай шмыгнула носом, затем с робкой улыбкой подняла взгляд:

— Ты... ты хочешь сказать, что Черили и Рэйнбоу Дэш отсюда спаслись?..

— Хе-хе... ещё как спаслись! — улыбнулась ей Лира. — Думаешь, они тоже трусихи?

— Нет. Я... — Флаттершай тяжело вздохнула и поёжилась. — Я думаю, что это просто замечательно...

— Ещё как замечательно, — сказала Эплджек и присоединилась к Лире и Флаттершай в групповом объятии. — И ты замечательная, дорогуша. Даже не сомневайся.

Три обнимающихся пони были как тёплое яркое пятнышко посреди мрачного подземелья. Я всегда считал себя единственным в семье везунчиком, не заработавшим к своему возрасту диабет, однако при виде этого зрелища заподозрил, что моему везению только что пришёл конец, ведь однажды виденное уже не развидеть. Прежде чем я углубился в ещё более дурацкие ассоциации, со мной заговорила Келли.

— Прямо-таки сердце греет, да, Шон? — с хитрой улыбочкой спросила она.

— Ты исходишь из ошибочного предположения, что у меня есть сердце.

— А что, если и так? — хихикнула она, опираясь на меня. — У меня на то есть причины.

— Хм?..

— Я видела, как ты недавно болтал с Лирой. И прекрасно помню, что вчера ты этой мелкой лошадке даже свой пердёж не дал бы понюхать.

— Это потому, что я ничего не жрал с тех пор, как мы сюда попали.

— Шон...

— Ну какого хера тебе от меня надо?

— Всё ещё не очухался после того, что Лира тебе наговорила, когда мы сбежали от Вавиллиона?

Я вздохнул, глядя мимо трёх обнимавшихся плачущих пони:

— Мне никак не очухаться от этих конских доз чёртова эстрогена. Нет, серьёзно, ну почему пони? Почему нас нельзя было сцепить с огромными боевыми роботами-трансформерами?

— Шон...

— Вообще, Тартар пора бы модернизировать. Ты посмотри на этот отстой вокруг, а? Словно кто-то выставку Гигера обнёс. С какого боку здесь вообще лошади?

— По-моему, Шон, — промурлыкала Келли, — тебе просто ужасно непривычно, что кто-то тебя искренне любит.

Я уже открыл было рот, чтобы — как обычно в таких случаях — выдать какую-нибудь едкую шуточку, но почему-то с ходу ничего не придумалось. Так что я отстранился от Келли и, сам того не ожидая, ответил всерьёз:

— Вроде бы вы все уверены, будто это место предназначено для того, чтобы причинять нам боль. — Я сглотнул, с грустью глядя на милую и счастливую сцену воссоединения перед нами. — Так вот, хотел бы я, чтобы только для этого. Тогда, наверное, всё было бы проще. Кажется, это... ну... неправильно, что ли.

Келли кивнула:

— Когда в аду нет ничего, кроме ада, он не такой уж и адский, да?

Я медленно наклонил голову.

Тут Келли сделала нечто странное. Она подняла руку, но вместо того, чтобы опять стукнуть меня по голове, положила её мне на плечо:

— Мы вернём Лиру домой, Шон. Я тебе обещаю.

Я взглянул на её руку, затем озадаченно посмотрел в глаза:

— А с чего ты взяла, что это меня как-то волнует?

Она улыбнулась и захромала в сторону пони:

— А с того, что ты уже часов восемь как перестал разглядывать мою задницу.

Я моргнул, затем нахмурился ей вслед:

— Знаешь, это вообще-то можно исправить!

— Яйца себе исправь! — парировала она.

Вздохнув, я двинулся следом:

— Грёбаное бабье царство, чтоб я так жил...

Когда я дошёл до них, Келли уже опустилась на колено возле пони:

— Простите, что порчу такой нежный момент, девочки, но нам пора идти дальше. Флаттершай, недавно мы наткнулись на Вавиллиона ещё раз. И хотя он не смог пролезть за нами в эту пещеру, он наверняка в ближайшее время натравит на нас новую армию.

— Ой-й-й!.. — вздрогнула Флаттершай в объятиях Лиры и Эплджек. — Мне очень-очень не нравится этот демон!

— И нам тоже, милая, — сказала Келли. — Так что время шевелить копытами, простите за шутку.

— Сахарная, как давно ты тут хоронишься?

— Эм... — Флаттершай поправила бинты, — ...я точно не знаю. М...может, часов шесть?..

— Отдыхаешь между полётами? — спросила Лира.

— Вроде того. По правде говоря... — Флаттершай густо покраснела, — ...я заблудилась. Я долго искала следующую дверь. Одну нашла, но она была страшной, так что я решила поискать ещё.

— Страшной?.. — переспросила Лира. — В каком смысле?

— Ну, она вся светилась и искрила внутри. Я подумала, это, наверное, магия демонов.

Мы вчетвером разом встрепенулись. Келли, широко раскрыв глаза, обменялась со мной взглядами.

— Это похоже на... — начал я.

— ...дверь для выхода, — договорила Келли.

— Э?.. — Флаттершай прищурилась. — То есть так выглядит выход из Тартара?..

— Да! — Лира буквально подскочила на месте. — Мишель и Рэйнбоу Дэш выбрались отсюда через такой же!

— И Черили с Брайаном тоже! — добавила Эплджек. Она крепко взяла Флаттершай за плечи: — Расскажи нам, дорогуша, где ты тут видела эту дверь?

— Гм... — Флаттершай нервно оглядела нас и сглотнула. — Может, я лучше вам покажу?..

## Глава девятая, в которой... хрена себе, семнадцать страниц?! Офигеть!..

— Вон там, внизу, — указала Флаттершай тонким копытцем.

Мы стояли на краю высокого обрыва над пропастью, которую пересекала полоса плоских круглых платформ. Вдали, по ту сторону мешанины этих стальных островков, виднелся узкий уступ, примыкающий к чудовищно огромной ржавой стене. На дальнем конце уступа была лестница, вырезанная в наклонной выемке в толще стены, и там, наверху лестницы, светилась ярким магическим светом круглая дверь.

— В последний раз я пролетала здесь часов десять назад, — пояснила Флаттершай. — И тогда дверь была гораздо ярче.

— Должно быть, заряд утекает, — сказала Лира. Она повернулась ко мне: — Помнишь, как та, предыдущая, продержалась ровно столько, чтобы Мишель и Рэйнбоу Дэш успели телепортироваться?

— Примерно то же было с Брайаном и Черили, — вставила Келли. — Но вот эта вот дверь... — она присвистнула, — ...самая яркая из всех, что я видела.

— На крыльях я могу туда долететь меньше, чем за минуту, — сказала Флаттершай и нервно переступила ногами. — Но... гм... вам всем... наверное, тут минут пять вкопытную.

— Хех, — ухмыльнулась ей Келли. — Ты так говоришь, будто это что-то плохое! Подруга, да это же просто фантастика! Благодаря тебе отсюда до свободы нам всего-то надо чуток пробежаться!

— Охереть, — выдохнула Эплджек.

Все мы разом, моргая, уставились на неё.

Эплджек посмотрела в ответ, и по её веснушкам плавно разлился глубокий румянец.

— Чего?.. — сконфуженно улыбнулась она. — Сами знали, что до этого дойдёт.

— Ну, так чего же мы ждём? — широко улыбнулась Лира. — Давайте слезем отсюда, и поскакали домой!

Я предостерегающе вытянул руку:

— Придержи коней. — Я сделал глубокий вдох. — Что-то мне тут не нравится.

Келли застонала:

— Шон, тебе корзинку щенков покажи, и то ты в ней чуму увидишь!..

— Слушай, я в кои-то веки серьёзно, — нахмурился я. — Ну-ка, все, замолчали на минутку.

Келли и пони послушались и, навострив уши, огляделись вокруг. Очень скоро сквозь жуткую тишину, заполнявшую эту часть пещеры, проступило тихое-тихое шебуршание.

Флаттершай пискнула и, запинаясь, спросила:

— Ч... что это?!

— Разлягать меня, если я знаю, — ответила Эплджек и обернулась к Лире: — Сахарная, как насчёт свой рог в дело пустить?

— Э... одну секунду. — Лира прерывисто вздохнула, закрыла глаза и сосредоточилась. Её рог засветился, затем засиял и вдруг брызнул искрами. Глаза Лиры распахнулись, и она ахнула, побледнев.

— Где? — напряжённо прошептала Келли, подавшись к ней. — Где они?

Изо всех сил стараясь подавить дрожь, та ответила:

— Повсюду...

Мы все уставились друг на друга. Как ни странно, на этот раз я допёр первым. Покрепче затянув ножны за спиной, я лёг на живот на краю обрыва:

— Эплджек, придержи меня за ноги.

— На кой?

— Просто сделай одолжение.

— Не вопрос. — Она ухватила меня за лодыжки.

Передвинувшись через стальную кромку, я задержал дыхание, будто в воду нырял, и свесился с края вниз, в глубокую тёмную бездну. Там я обнаружил, что прямо под нашей платформой прячется обширное пустое пространство... ан нет, не пустое. Во мраке сидели, шевелились, бродили тени, блестела броня и наконечники стрел и злобно светилось множество глаз. Дёрнув ногами, я подал сигнал Эплджек, и она вытянула меня обратно наверх.

— Ну? — спросила Келли.

Приняв сидячее положение, я глубоко и тяжко вздохнул.

— Нас разделают.

— А?.. — вздрогнула Флаттершай, озадаченно глядя на нас. — Что это значит? Это люди так называют расчленение? Я... я никогда не любила расчленение!

— Их там не меньше двух сотен, — хмуро пояснил я.

— Примерно так, — нервно кивнула Лира.

— Какого сена они там делают? — спросила Эплджек.

— Очевидно, сидят в засаде, — пробормотала Келли.

— То есть они знают, что мы здесь? — Флаттершай перешла на шёпот.

— Я не сомневаюсь, что Сизиф следит за нами, как адский Большой Брат, — ответил я. — Он, наверное, знает, какого цвета у нас трусы... ну, у тех, кто их носит, по крайней мере.

— О-о-ох... — Флаттершай уселась на задние ноги и спрятала мордочку в копыта. — Это всё я виновата!..

Я сердито уставился на неё:

— Это-то с какого перепугу?..

— А разве не очевидно? — Она шмыгнула носом и виновато взглянула на нас. — Это я вас сюда завела! Если бы не я и не эта дверь, Сизиф не поймал бы нас в ловушку!

— Ты ничего плохого не сделала, Флаттершай, — ответила Лира, отводя копыта пегасочки от её лица. — А кроме того, — она улыбнулась, — мы, вообще-то, ни в какую ловушку пока не попались. К счастью, среди нас полно умных и опытных выживальщиков. Включая тебя.

— Я смекаю, против такой толпы гадов нам ловить нечего, — пробурчала Эплджек. Она подняла на нас усталые глаза: — Чего делать-то будем? С целой армией особо не повоюешь.

— Думаю, дверь скоро потеряет заряд, — заметила Келли, указав в сторону медленно тускнеющего сияния вдалеке. — Если мы не прорвёмся к ней прямо сейчас, то прощай, билет домой. Может, у нас есть час, а может, всего несколько минут.

— Кто знает... — вздохнула Эплджек.

— Верно, — кивнула Лира. — Но бродить тут, пытаясь найти ещё один выход, придётся ещё дольше. Каковы шансы, что кто-то из нас доживёт до этого?

Флаттершай в ответ на это лишь всхлипнула.

Эплджек глубоко вздохнула и нахмурилась:

— Слушайте. Какой бы план вы ни задумали, я заранее согласна. Мне самое главное — всех вас сберечь. Так решайте, что мы выберем? Драться с этой кучей монстров — прямая дорога в гроб. Но идти невесть куда искать другой выход — не шибко лучше. Я готова на любой вариант. Только скажите, какой он будет, чтобы мне знать, куда копыта приложить, лады?

Я присмотрелся к ближайшему ряду платформ прямо под нами. Их было шесть: маленькие, метра три шириной, похожие на сатанинскую версию грибов из "Супербратьев Марио". Да, да, отстойная аналогия, а чего вы от меня хотели-то? Платформы разделялись неширокими промежутками, которые несколько бегущих легко могли бы перепрыгивать. А вот если большая толпа...

— Мать твою Марию в душу... — пробормотал я.

Все повернулись ко мне.

— Прости, что?.. — переспросила Эплджек.

— Короче, — начал я. — Похер на этих уродов. Если ввяжемся с ними в бой, нам каюк. Ну так и пошли они в жопу. Давайте просто сиганём отсюда и рванём со всей дури на ту сторону.

— Но это же ловушка! — воскликнула Лира. — Они только этого от нас и ждут!

— Значит, надо сделать что-то такое, чего они не ждут, — ответил я. — Начать с чего-то, что их задержит.

— Например?

Я обвёл взглядом всех нас, раненных и не очень.

— Хм-м-м... Эплджек, ты ведь у нас самая быстрая?

— У Флаттершай крылья, — указала та.

— Э-э-э... — Я обернулся к хрупкой пегасочке. Та мгновенно поникла под моим взглядом, густо покраснев. — Мда. — Кашлянув, я снова повернулся к Эплджек: — Ты у нас самая быстрая. Вы с Келли спрыгнете первыми и отвлечёте всё их внимание на себя.

— Хех, лихо, — криво усмехнулась Эплджек, скрестив передние копыта. — А что им помешает натыкать нам стрел в крупы?

Я указал на свою партнёршу:

— Когда вы спрыгнете, Лира через пару секунд поставит силовое поле, которое вас прикроет и даст возможность удрать. Поскольку Келли ранена, доставить её к двери будет твоя задача, Эплджек.

— Это будет долгий галоп, — сказала она, смерив взглядом платформы внизу. И ухмыльнулась: — Но я справлюсь, не вопрос.

— Гм, Шон?.. — встревоженно заговорила Лира. — Я не уверена, что смогу наколдовать силовое поле на таком расстоянии.

— А вот тут... хм... в дело вступает Флаттершай.

— Я?.. — моргнула та.

— Она наш козырь, — пояснил я Лире, — потому что ни с кем не скована. Она может на крыльях спустить тебя вниз, пока ты будешь держать силовое поле. А потом подстрахует Эплджек и Келли.

— А сам-то ты как спускаться собираешься? — пристально взглянула на меня Келли.

Я сглотнул. Затем посмотрел в сторону тёмной платформы прямо под нашей.

— Спущусь уж как-нибудь.

— Что-то мне это не нравится, — проворчала Келли. — Даже если мы застанем их врасплох, ты же предлагаешь обогнать целую армию.

— Нам достаточно успеть к двери, тогда всё получится.

— А с чего ты взял, что после первого рывка они нас не нагонят?

Я ещё раз оглядел россыпь металлических платформ. Вдали она сужалась, от шести штук в ширину до двух, а потом — всего до одной. Этот маленький одинокий стальной островок был самым последним перед каменным уступом, откуда начиналась лестница к выходу.

— Самое главное — добраться вон дотуда, — указал я на него. — Для них это будет бутылочное горлышко.

— Бутылочное горлышко?.. — повторила Эплджек.

Я кивнул:

— Мы впятером легко через него проскочим. Но целой орде здоровенных уродов там будет зверски тесно, особенно под нашими атаками. Если мы заставим их всех там скопиться, то, возможно, это их задержит достаточно, чтобы мы успели подняться по лестнице и свалить.

— Опасно это просто жуть как, — заметила Эплджек, потирая копытом подбородок. — Но, думается, если не мешкать, то может и сработать.

— Короче, я предлагаю сделать могучий финишный рывок, — заключил я. — А не увязать в эпической битве.

— Иными словами, — улыбнулась Келли, — пошли они в жопу.

— Вот видишь? — ухмыльнулся я. — От задротских прохождений на скорость тоже есть польза!

Флаттершай озадаченно повернулась к Лире:

— Твой друг-человек странный.

— Это ты его ещё злым не видела, — хихикнула та.

— Эм... — Флаттершай втянула голову в плечи. — А... э... мне это нужно?..

— У меня такое чувство, что скоро тебе придётся.

— Ну, так что решили? — уточнил я. — Будем пробовать, или я тут зря злоковарные планы строил?

Все помрачнели. Между нами пронёсся коллективный тяжёлый вздох.

— Ай, да какого чёрта. — Келли со стоном поднялась на ноги, опираясь на лук. — Здесь начинает вонять, как в привокзальном сортире Нью-Джерси. Я готова вернуться домой, чего бы это ни стоило.

— В точности мои мысли, подруга, — сказала Эплджек, разминая копыта и с хрустом выгибая шею. — Мне здешняя веселуха с самого начала не понравилась.

Лира взглянула на Флаттершай:

— Ты как, сумеешь спустить меня вниз?

Пегасочка глубоко вздохнула:

— Это всё очень страшно. — Она поёжилась. — Но... но если ты и твои друзья думаете, что так лучше всего, то я помогу чем смогу.

— Вот видишь? — улыбнулась Лира. — Никакая ты не трусиха.

Флаттершай мгновенно покраснела:

— До твоей храбрости мне ещё далеко.

— А кто сказал, что я не была трусихой? — моргнула Лира.

— Ой-ёй... — Келли, подобравшись к обрыву, взглянула вниз. — Высоковато тут.

Я с громким скрежетом обнажил меч:

— Давай сыграем в игру: попытаемся по дороге вниз обогнать собственное ссаньё.

— Что, передумал? — ухмыльнулась она.

— Типа того. К счастью, почти сразу перепередумал обратно.

— Кстати говоря, ты кое о чём забыл упомянуть, — заметила Келли, указывая на свою забинтованную ногу: — Эплджек-то спрыгнет легко, а вот как я спущусь, не убившись?

— Ну, это-то проще простого, — ответил я и пихнул её прямо в грудь.

— А-а-а! — Келли завалилась назад... прямо на Эплджек, которая с ухмылкой её подхватила.

— Ловко сработано, Шон. — Пони заранее встала так, что сейчас Келли невольно оседлала её. — Ну что, погнали?

— Стой-стой-стой! — Келли подавила взвизг. — Кажется, я сказала, что не собираюсь на тебе ездить, Эй-Джей!

— Ой, дорогуша, уймись уже. Я таких четверых свезу.

— И не волнуйся, твоя задница такая ядрёная, что отлично всё выдержит, — добавил я. — Уж я-то знаю. Очень внимательно её изучил.

— Шон, если мы выживем, клянусь, я тебе анус наизнанку выверну...

— Встречались мне подкаты и похуже. — Я повернулся к остальным двум пони. — Ну что, к взлёту готовы?

Лира, уже висевшая в копытах Флаттершай, сглотнула и ободряюще улыбнулась мне:

— Она хочет сказать "да", Шон. — Её глаза подозрительно заблестели. — Удачи.

— Эй, не надо тут последнюю серию M.A.S.H. устраивать, — буркнул я.

— Точно! — подхватила Эплджек, выходя на самый край обрыва. — Представь, что это Забег Осенних Листьев! Теперь нас ничто не остановит!

— Вот именно. — И я от души шлёпнул её по оранжевому крупу: — Н-н-но-о-о!!!

— Э-эй!.. — Эплджек рефлекторно сиганула вперёд, заставив Келли завизжать, что сделало их ещё более громкой отвлекающей приманкой.

— Они прыгнули слишком быстро! — вскрикнула Лира, срочно начиная накапливать в роге магию. — Шон!..

— Стой! — Я предостерегающе поднял руку.

Эплджек и Келли падали вниз, вниз, вниз, и с грохотом приземлились на платформу внизу. Не замешкавшись ни на миг, Эплджек рванула вперёд. Келли у неё на спине держалась изо всех сил. Прошла секунда. Вторая. На третью снизу раздался многоголосый боевой клич...

— Давай! — скомандовал я.

Флаттершай, держа Лиру в копытах, снизилась под платформу.

Стиснув зубы, моя партнёрша выстрелила прямо вниз магическим разрядом, и через мгновение там возникла плотная стена зелёной энергии. В точности вовремя. Едва барьер стабилизировался, в него ударил поток стрел, топоров и кинжалов и бессильно осыпался вниз, а Эплджек с Келли, невредимые, уносились прочь.

— Шо-о-н! — раздался снизу крик Лиры. Мы слишком сильно разделились. Я ощутил, как по ошейнику побежали первые искры.

Спрыгнув, я извернулся в воздухе и полетел в тень внизу, держа меч позади, словно хвост кометы. Я готовился приземлиться посреди моря орочьего мяса, но зелёное силовое поле сменило форму, качнувшись ко мне, как маятник. В последний момент догадавшись, что это Лира даёт мне отличный стартовый рывок, я успел мысленно сказать ей "спасибо", а потом оттолкнулся от поля и ринулся прямо во тьму, и все мысли, кроме убийства, разом вымело у меня из головы.

Впереди показались уродские рожи орков и троллей. Выплывая из мрака, они выражали изумление, ужас, панику... и после удара мечом слетали с плеч вместе с башками.

— Ха-а-а-рх! — затормозив, я рубанул мечом в другую сторону и отсёк ещё больше кровавых кусков. Вся огромная толпа рефлекторно отшатнулась назад при виде безумного психа с ковыряльником. Я продолжал рубить, кромсать и колоть всех уродов, что оказывались поблизости. А затем остальная армия качнулась вперёд, как волна на берег, перепрыгнула через раненых и двинулась ко мне.

Яркие зелёные молнии пролетели мимо меня и сбили на пол несколько монстров. Те заверещали и задёргались, образовав кучу-малу и задерживая других.

— Всё, Шон, хватит! — крикнула сзади Лира, одновременно выпуская ещё несколько молний. — Теперь беги! БЕГИ! — Слышно было, как, чуть всхлипывая, дышит Флаттершай, а вдали тяжело грохочут копыта Эплджек.

Тусоваться тут дальше я и не планировал. Монстры опять попёрли на меня, я развернулся и бросился прочь. В животе у меня похолодело, когда я увидел, как далеко придётся бежать до каменного уступа и лестницы. Флаттершай парила высоко наверху, между Келли с Эплджек и нами. Лира ждала меня, выдавая один залп молниями за другим, и её мордашка блестела от пота.

— Приветик! — выдохнул я, поравнявшись с ней. — Соскучилась?

— Бежим! — крикнула она. — Скорее!..

Ну, так мы и сделали. Словно живые пули, мы неслись со всех ног к полосе островков над пропастью. Где-то на полпути к ним платформа у нас под ногами начала трястись. Я оглянулся и сразу об этом пожалел.

Из тени в нашу сторону изливался целый поток злобных тварей, и их горящие глаза напоминали россыпь звёзд над ночным горизонтом. Вскоре оттуда в нас полетели первые стрелы и метательные ножи.

Лира на скаку пустила в ответ пару молний, я добавил к ним арбалетных болтов для ровного счёта, но толку с них было мало. Даже наша первая противозасадная атака для такой орды была всё равно что маленькая ямка на склоне целого мясного Эвереста. Здесь их было сотни три, гораздо больше, чем прикидывали мы с Лирой. Главное, что мы всё-таки сумели их чуточку замедлить, но теперь эта самая чуточка стремительно, шумно и яростно сокращалась вместе с расстоянием между нами и нагонявшей толпой.

— Да что за нахер?!. — рявкнул я, стреляя ещё несколько раз. — Чем Сизиф кормит этих засранцев?.. Кенийскими космонавтами?..

— Лира! Шон! — раздался сверху голос Флаттершай. — Смотрите, куда бежите!

— Э? — я оторвал взгляд от преследователей. — О чёрт!

Я едва не свалился в пропасть, которой мы наконец достигли, и вместе с Лирой запрыгал по россыпи платформ над ней. Это оказалось гораздо опаснее, чем я думал. Провалы между металлическими островками уходили куда-то в бездонную чёрную пустоту, к тому же эти платформы через одну пошатывались, когда мы на них приземлялись, и кренились снова, когда мы прыгали дальше. Я помнил, что Флаттершай летает где-то рядом, но сомневался, что, если кто-то из нас упадёт, от неё будет толк.

— Они нагоняют! — взвизгнула Лира между отчаянными скачками. — Я чувствую!

— Только не оглядывайся! — прорычал я, сам ощущая, как всё сильнее трясутся платформы под ногами и сзади надвигается громовой топот. — Думай про дверь впереди! Нас ждут сочные пастбища и "Бургер Кинги"!

— О нет! — ахнула над нами Флаттершай.

— Что случилось?! — крикнула в ответ Лира.

— Э? — Я посмотрел прямо вперёд. — Эй, какого хрена?..

Эплджек упала. Келли лежала рядом. В них что, попали? Зацепили стрелой? Сразу обеих? И они были совсем недалеко впереди нас. От них до последнего островка перед уступом оставалось ещё три платформы.

— Келли! — завопила на бегу Лира, перекрывая оглушительный шум позади. — Эй-Джей!!!

Как по волшебству, Келли зашевелилась и села. Вздрогнув, она подползла к Эплджек. Флаттершай слетела вниз и потрясла Эплджек за плечо.

— Она повредила копыто! — крикнула нам Келли, когда мы были достаточно близко. — Кажется, споткнулась об дыру в полу!

— Вот знала я, что так и будет! — с досадой проворчала Эплджек, кривясь от боли. Мы с Лирой поравнялись с ними и увидели, что по левой ноге земной пони стекает кровь. — Кабы я только подковы не потеряла!..

— Да какая нахер разница?! — проорал я, поднимая её на ноги. — Просто иди дальше и...

Между нами грохнулось копьё, на сантиметр промахнувшись мимо ноги Эплджек. Флаттершай завизжала. Оглянувшись, мы с Лирой обнаружили, что враги уже так близко, что видно, как они слюной брызжут. Сужающаяся полоса платформ замедлила их, но не слишком. В ближайшие секунды мы рисковали превратиться в грязь у них на мечах.

— Потрясающе... — сплюнул я, доставая арбалет. — Кто-нибудь, или понибудь, или хренибудь, помогите ей наконец!

— Я сейчас! — сказала Лира, зажигая рог. Она окутала передние копыта Эплджек силовым полем, и они вместе заковыляли к уступу. — Но мы так далеко не уйдём, у нас же ошейники...

— Шевелись! — прокричал я, бешено паля по толпе, отчего упало всего два-три тролля. Тут ко мне сбоку прижалась Келли. — Если я воняю, то это просто от храбрости!

— Не в настроении! — огрызнулась она, доставая лук, и, оперевшись на меня, пустила свою стрелу. Та, повинуясь хозяйке, повернула и пронеслась вдоль строя атакующих, перерезав несколько шей и сбросив кучку орков в черноту внизу. — Но вообще, Лира дело говорит!

— Шагай со мной! — сказал я, отступая назад. Келли стреляла гораздо лучше меня, так что я сосредоточился на том, чтобы выбирать нам обоим дорогу. Когда мы добрались до края островка, я дал отмашку, и мы одновременно прыгнули. Келли споткнулась из-за раненой ноги, но я удержал её, и мы продолжили отступать. И всё это время она снова и снова пускала свою стрелу, кося нападавших.

Тем временем Флаттершай бестолково порхала над нами, потея и нервничая:

— О небо... О небо! — Она смерила глазами мизерное расстояние между нами и нашими партнёршами, затем снова посмотрела на злобную толпу позади. — Ч... что же мне делать?!

— Ты дура, что ли?! — рявкнул я, вместе с Келли прыгая на очередную платформу. — Сражайся!

— Но... Но я н-не могу сражаться! — замялась Флаттершай.

— Ну конечно можешь! Все могут! — Не отпуская Келли, я опять выстрелил несколько раз. — Сизиф точно выдал тебе какой-то безумный боевой талант, как и всем нам!

— Но я ненавижу насилие! Я никогда не хотела проливать кровь...

— Да отрасти ты себе большой и толстый, наконец! — не сдержавшись, заорал я в ответ и гневно показал на толпу: — Чучело ты летучее, не видишь, что это куча ходячих спецдефектов без души и мозгов?! Сделай хоть что-нибудь! Потому что или они, или твои друзья!

— М-м-м... — пискнула она, приземлилась на платформу перед нами и напряглась. — Л-ладно. Сейчас.

Флаттершай зажмурилась и скривила мордочку. Вдоль её спины пробежала серия электрических искр и нырнула в броню, отчего та в нескольких местах засветилась. А потом, прямо у нас на глазах, из брони пегаски выросли рычаги и сложились в грозного вида метательный механизм. Поднявшись у неё над плечами, тот развернулся, нацелился, зажужжал — и навстречу наседавшей толпе рванулся поток бритвенно-острых стальных звёздочек.

В первые же секунды не меньше трёх десятков орков и троллей свалились с ног, вопя в агонии.

Я ощутил, как Келли обмякла у меня в объятиях, вместе со мной глазея на разразившееся побоище.

— Охренеть не встать... — пробормотал я.

Упало ещё десять троллей, потом двадцать. Целый дождь дёргающихся тел сыпался в бездну под нами, а остальная армия резко затормозила на полпути через россыпь островков.

— Эм... — Флаттершай бросила короткий взгляд на бойню перед собой. — Я помогаю? — Её метатель продолжал жужжать, поливая врагов смертоносным металлом у неё над головой. — У меня получается?..

— Да!!! — заорал я. — Да! Продолжай, ради Бека! — Я сгрёб Келли обеими руками, развернулся и потащил её дальше, к уступу. — Лира! Эплджек! Мы идём!

— Эти острые штучки заканчиваются! — крикнула сзади Флаттершай.

— Как совсем кончатся — уноси хвост! И-и... эх! — Тяжело дыша, я вместе с Келли перепрыгнул на последнюю одинокую платформу, за которой на уступе нас ждали Лира и Эплджек. Как только мои сапоги коснулись платформы, она сильно закачалась под нами. — О чёрт!

— Осторожно! — взвизгнула Келли, вцепившись в меня. — Она неустойчивая!

— Что, правда что ли?.. — я зачехлил арбалет, перехватил Келли поперёк живота и швырнул через пропасть, как мешок.

Тяжело грохнувшись на уступ, Келли покатилась, но Эплджек поймала её, а Лира крикнула:

— Шон! Прыгай к нам!

— В процессе... — буркнул я, пытаясь удержать равновесие на шатком островке, продолжавшем раскачиваться. Наконец, поймав момент, я сделал отчаянный прыжок, приземлился ногами на самый край уступа... и поскользнулся, заваливаясь назад, в пропасть. — А-а-а!!!

— Шон!!! — завизжала Лира.

Пара небольших копыт подхватила меня сзади. Лишившись дара речи, я взглянул вверх, на Флаттершай, парившую прямо у меня за плечами. Она уже успела втянуть свой метатель обратно в броню и поймала меня в самую последнюю секунду.

— Ох, спасибо тебе, пернатая, — выдохнул я.

— Эм... я не очень тогда поняла, — заметила она. — "Отрасти большой и толстый" — это про что?

Я заморгал.

— Гх-к-к-к-т... — Я скривил лицо, но не удержался. — Ха-ха-ха-ха!.. — Мимо моего уха просвистела стрела. — Чёрт!..

— Они близко! — крикнула Эплджек, и в нас полетели новые стрелы.

Лира подняла силовой щит перед последней платформой, а мы с Флаттершай присоединились к остальным. Я упёрся руками в колени, стараясь отдышаться. Всё вокруг заполнял грохот наступавшей на нас армии. Келли лихорадочно оглядывалась. Она смерила глазами длинную лестницу впереди.

— Это безумие, — заявила она. — Нам ни в жизнь туда не успеть так, чтобы они не догнали!

— Я... не смогу держать... это поле... вечно! — выдохнула Лира, отбивая магией летевшее в нас оружие. — Мы бежим или нет?!

— Можем сразиться с ними прямо тут! — сказала Эплджек, стараясь встать ровно. — Принять бой здесь, в бутылочном горлышке!

— Мы же об этом уже говорили! — воскликнула Келли. — Это самоубийство! Как только они пройдут последнюю платформу, нам крышка!

Я моргнул. Затем присмотрелся к этой платформе, которая всё ещё покачивалась после моего прыжка. Глубоко внизу, почти в полном мраке, в столбе, держащем платформу, чернела здоровенная трещина.

— А ведь этой штуке много не надо, — проговорил я. — И другого пути у них нет!

— Кстати... да! — заметила Лира.

Келли посмотрела на платформу, на приближающуюся армию и на силовое поле Лиры.

— Эй-Джей! — развернулась она. — У тебя задние ноги ещё целы?

— А то ж!

— Иди сюда! — указала Келли. — Лира, упри своё поле в платформу!

— Поняла! — Лира передвинула зелёный барьер так, что он прижался к краю этой шаткой штуковины.

Келли крепко обняла Эплджек за шею и грудь, пока та ставила ноги в нужное положение.

— Шон! Флаттершай! Помогайте!

— Ладно!

— Понял!

— Давай, Эй-Джей!

— Алле... — Стиснув зубы, Эплджек подобрала задние ноги, напрягла их, как могучие пружины, и изо всех сил лягнула силовое поле. — Оп!

Энергетический барьер колыхнулся, но Лира удержала его в целости. Теперь дальний конец барьера глубоко воткнулся в платформу, словно огромный рычаг. Мы с Флаттершай как могли навалились на него со своей стороны, и вскоре снизу раздался гулкий хруст. Столб переломился, и платформа завалилась назад.

Она врезалась в следующие две. Мы надеялись, что платформа просто упадёт и создаст непреодолимый провал, но вышло гораздо лучше. Восхитительно комический эффект домино передавался всё дальше и дальше, платформы массово начали врезаться друг в друга. В результате цепной реакции половина платформ перекосилась под дикими углами, а вторая половина обрушилась полностью. А это означало, что...

Завывая от ужаса, армия наших преследователей уменьшилась вдвое. Когда волна столкновений докатилась до них, орки и тролли так и посыпались в бездну. Их отчаянные вопли заполнили воздух, и вскоре выжившие лихорадочно запрыгали назад, пытаясь сбежать. Впрочем, больше им ничего и не оставалось: рухнувшие платформы напрочь отрезали нас от этих тупых уродов.

Разумеется, мы смотрели на это всё, затаив дыхание от восторга. Когда орки и тролли с той же скоростью драпанули туда, откуда пришли, было трудно удержаться от победного клича.

— Да! — завопила Лира, сияя от счастья. — Они уходят! Они отстали от нас!

— Ох, слава небесам, — пискнула Флаттершай.

— Ха-ха! — Эплджек, в объятиях Келли, вскинула переднее копыто. — Ну, как вам такие яблочки?

— Хи-хи! — Келли покрепче обняла свою компаньонку. — Ох, как же я обожаю, когда ты так говоришь! — Она улыбнулась мне: — Видишь, не ты один умеешь в злоковарные планы!

— Офигенно, — ухмыльнулся я, выпрямляясь. — И мне даже обоссываться не понадобилось!

— Порадовались, и хватит, ребята, — вмешалась Лира и указала копытом на лестницу к тускло светящейся двери. — Надо спешить.

— Точняк. — Выпрямившись, я оглядел уступ, всё ещё ухмыляясь при виде бедных врагов, отступавших с дальней стороны пропасти. — Пора взять пример с ног Пэрис Хилтон и разделиться! — Я завёл руку за плечо, зачехляя меч. — Флаттершай, ты помоги Эплджек. Я буду поддерживать Келли, а... — тут я замер, не успев отпустить рукоять меча, когда услышал вдали глубокий низкий гул. Побледнев, я развернулся к остальным.

Лира приоткрыла рот. Флаттершай дрожала. Эплджек широко раскрыла глаза.

— О господи Иисусе, только не это... — прошептала Келли.

Я посмотрел через пропасть.

Среди теней вспыхнул алый огонь, мигнул и превратился в пылающий силуэт, мчавшийся к нам на крыльях. Запахло серой. Не успели мы опомниться, как Вавиллион с громовым топотом приземлился на уступ между нами и лестницей.

— Хн-н-нг! — Эплджек отбросило к Келли.

— А-а-а!!! — Лира отчаянно цеплялась за край уступа, её шлем слетел с головы и упал в пропасть. Я подхватил и вытащил её в последний момент, едва не свалившись сам.

Флаттершай ахнула и зависла в воздухе, будто пригвождённая к месту взглядом пятиметрового демона.

— Хм-м-м... — Вавиллион прищурил светящиеся глаза и пустил изо рта струю дыма. — Готов поклясться, что уже убивал тебя. Что ж, — он схватил пискнувшую пегасочку за шею пылающей красной рукой, — кто сказал, что в Аду не дают вторых шансов?

— Флаттершай!.. — выкрикнула Лира.

— Вот ч... — начала было Келли, но внезапно её отпихнула в сторону Эплджек, галопом проскакавшая мимо.

— Ха-а-а-аргх! — пони мчалась на всём скаку, наплевав на кровоточащее копыто, и, прыгнув прямо на Вавиллиона, во всю мощь лягнула его по ноге.

Инкуб едва покачнулся.

— Ха! Никак ты не научишься! — Он топнул ногой прямо перед ней, и Эплджек отшвырнуло метра на три.

Я не останавливаясь пробежал мимо неё с мечом наготове.

— Лира! — крикнул я, не сводя глаз с задыхающейся Флаттершай. — Подбрось!

Лира нацелила рог, и передо мной в воздухе возникла силовая ступенька.

Как только мои ноги коснулись её, меня швырнуло вверх и вперёд. Налетев на Вавиллиона, я глубоко воткнул меч ему между сосков. Вот теперь этот ублюдок наконец заорал. Повиснув всем весом на рукояти меча, чтобы инкубу было побольнее, я отпустил одну руку, выдернул из кобуры арбалет и загнал два болта в запястье руки, которой он держал Флаттершай.

Однако он её так и не выпустил. Вместо этого он свободной рукой схватил меня за ноги. Даже сквозь броню я ощущал страшный жар от его пальцев.

— Гм... — Я подёргался, обильно вспотев. — Р...ребята?..

— Эплджек, отойди! — крикнула Келли.

Пони неловко прохромала в сторону, открывая ей линию прицела. Келли выстрелила Вавиллиону по ногам, на лету превратила стрелу в диск и дёрнула за нить. Диск заложил вираж, обогнул обе лодыжки инкуба и трижды обернулся вокруг.

— Эй-Джей! — Келли бросила ей свой лук, и Эплджек поймала его зубами. Припадая на окровавленную ногу, она, тем не менее, галопом поскакала прочь и, когда нить рывком натянулась, буквально выдернула из-под Вавиллиона ноги.

— А-а-аргх! — демон рухнул, словно гора. Одно плохо: я всё ещё висел на нём.

— О чё-ё-ёрт! — как меня ни швыряло, я крепко вцепился в меч и отлетел в сторону, только когда лезвие вырвалось из груди инкуба. Хлопнувшись на пол рядом с ним, я выругался и попытался подняться.

Воздух был полон дыма, серы и адского жара. Смаргивая выступившие слёзы, я огляделся вокруг и наконец заметил лежавшую Флаттершай. Она вся дрожала, а на её доспехах и шёрстке остались подпалины от пальцев Вавиллиона.

Подхватив меч, я закинул его в ножны и бросился к пегаске. Не сбавляя хода, я сгрёб её на бегу в охапку и, прихрамывая, побежал к остальным.

— Народ! — выдохнул я, слишком напуганный, чтобы изумиться собственной выносливости: мне удавалось бежать с пони на руках. — Все на лестницу! Скорее! Пока он не...

— Гр-р-а-а-арх! — Вавиллион рванул стальную нить на себя.

Лук резко вырвался у Эплджек изо рта, заставив её перекувырнуться, и просвистел мимо меня, по пути смачно въехав мне в челюсть.

— У-уф! — плюясь кровью, я грохнулся и кубарем покатился по полу, не выпуская Флаттершай из рук, пока не замер, лёжа кверху ногами. Вавиллион поднялся на ноги, капая кровью из груди и запястья. Поймав оружие Келли, он стиснул его в кулаке, а затем кинул себе в рот, прожевал, сверкая клыками, и выплюнул в ладонь огненный шар.

— Мне уже всё равно, чего желает Сизиф! — прогремел он. — Всё, опыты закончены! Хватит с меня этих игр! Считайте, что это ваш приговор! — Он выпрямился и занёс руку для броска.

— Осторожно! — раздался вскрик Лиры. — Бежим, он сейчас...

— Н-н-а-а! — Вавиллион швырнул в нас пылающую бомбу. — Му-ха-ха-ха!

Я едва успел накрыть Флаттершай своим телом и попытаться отползти. Бомба взорвалась прямо среди нас. Сплошной огненный купол мгновенно вырос над ней, хлестнув по нам языками пламени. Я ощутил, как скручиваются и дымятся волосы на руках. Где-то визжала Келли, но я её не видел. Всюду были только жар и пепел. И всё время по пещере каталось эхо от глумливого хохота Вавиллиона.

Наконец пламя угасло. То, что я увидел, мне не понравилось. Келли отползала назад, прижимая к груди окровавленную руку. Флаттершай обожгло в нескольких местах, и она с трудом дышала. Лиры нигде не было видно. А Эплджек...

— А-а-а!!! — Она беспорядочно кувыркалась по полу. — О Селестия, не-е-ет! — От неё шёл дым. Она что, горела?.. — Я не могу потушить!.. — завизжала она, и тут я осознал, что половина её гривы пылает, как факел.

— Замри! — Я кое-как взгромоздился на ноги. То, что никто кроме меня в поле зрения стоять не мог, совсем не радовало. — Лежи неподвижно!

Она послушалась, тяжело дыша. Примерившись, я точным взмахом меча отсёк ей гриву сразу под краем шлема. Эплджек попыталась встать, но упала, когда пол под нами опять затрясся.

Все мы, даже Флаттершай, подняли головы. Вавиллион шагал сквозь огонь. Он снова полез себе в глотку, но на этот раз чтобы достать свой фирменный пылающий меч. Выблевав клинок целиком, он оскалился, сплюнув нам под ноги сгусток крови:

— Что за славные вы солдатики, люди и пони, — пророкотал он. — Тартар ещё не видывал большей доблести.

Я смотрел в лицо смерти, но тут мой взгляд отклонился влево, на зелёное пятно сразу за пределами поля зрения Вавиллиона. Лира стояла на месте, сжав зубы. Её всю трясло, а вокруг рога сверкали искры, резко гасли и снова с трудом разгорались.

— Ч... что она делает? — пискнула Флаттершай, несмотря на боль.

Вавиллион не слышал и не видел ничего, кроме своей добычи.

— Через тысячу лет ваш мир будет знать одни лишь мучения, и это всё благодаря вам.

— Лира?.. — прошептала дрожащая Эплджек, когда их с Келли накрыла тень Вавиллиона.

Я не сводил взгляда со своей партнёрши. Она всё глубже и глубже сосредотачивалась на своём роге, изгибала шею, сражаясь с какой-то незримой преградой из маны у себя в голове. На один судьбоносный миг наши взгляды встретились. Лира смотрела грустно, словно бы извиняясь. По её щеке скатилась слеза, всё тело выгнулось, и вдруг я понял, за что она извиняется.

— Лира!.. — выкрикнул я.

Поздно. Сверкнула яркая вспышка, и там, где она стояла, рассыпались по полу части серебристой брони, а среди них — одинокий ошейник.

Я так обалдело глазел на это зрелище, что едва не забыл о нависшей над нами смерти. Рёв Вавиллиона привёл меня в чувство:

— Познайте же гнев Тёмного Владыки! — прорычал демон и взмахнул огненным мечом. Вся пещера озарилась безумным отблеском пламени.

Келли, я и пони съёжились. Прошло несколько секунд, прежде чем до нас дошло, что мы до сих пор не горим. Взглянув вверх, мы поняли почему.

Зелёная преграда возникла на пути Вавиллионова меча. Она удерживала пылающий клинок, спасая нас от огненной смерти. Инкуб яростно боролся с ней, стараясь продавить тоненький щит и прикончить нас раз и навсегда. Нельзя было не заметить, что у него ничего не получалось. И причина этой неудачи стояла метрах в тридцати позади него — гораздо дальше, чем мы с моей партнёршей когда-либо разделялись.

— Я займусь им! — с надрывом крикнула Лира. Её обнажённое тело дрожало от запредельного напряжения, с которым она вливала всю энергию в поддержание барьера. По её шее, там, где только что был ошейник, струйками стекал пот. — Уходите, скорее!

— Лира! — закричала в ответ Эплджек, вдвоём с Келли пытаясь подняться на ноги. — Не глупи! Ты с ним одна не справишься!

— А я и не собираюсь! — ответила Лира. Её лицо блестело от слёз, а ноги подгибались от непосильной нагрузки. — Бегите наконец! Спасайтесь из этого ужасного места!

— Н-н-н-н-гр-р-р-аргх! — оскалившись, Вавиллион наконец отвёл меч. Раздражённо пнув барьер, он развернулся и злобно уставился на маленькую единорожку. — Проклятое насекомое! Хорошо, раз ты так хочешь, я зарублю тебя первой!

Лира побелела и попятилась назад, а затем помчалась к дальнему краю уступа, когда инкуб затопал следом. И ни разу при этом она не ослабляла щит между ним и нами. Как она ухитрялась удерживать его на таком расстоянии, я понятия не имел. Может, это был тот же таинственный чит-код, который наконец позволил ей телепортироваться.

— Шон... — задыхаясь выговорила Келли, глядя, как Лира уводит Вавиллиона всё дальше и дальше, играя с ним в кошмарные "кошки-мышки". — Шон, что нам делать?..

— Она же так погибнет! — простонала Эплджек.

— Но мы не ровня этому гаду!

Я остановился над ошейником Лиры. Тот всё ещё светился зелёной энергией, когда я поднял его дрожащей рукой.

— Шон?..

Я вздрогнул. Взглянул туда, где инкуб и пони продолжали свой смертельный огненный танец. Услышал, как рычит Вавиллион и как вскрикивает Лира. Только при одном из этих звуков у меня ёкало сердце.

Потом я услышал мучительный стон Флаттершай. Её шёрстка всё еще дымилась в нескольких местах. Я это заметил, потому что уже оказался рядом и поднял её на руки.

— Шон, пожалуйста... — Келли уже почти шептала. Я и в жизни представить себе не мог, что она когда-нибудь будет меня о чём-то умолять, что она будет зависеть от решения, которое я приму. Может, потому что Лира была моей партнёршей. Может, потому что я ничего не говорил, и это её встревожило. Так или иначе, вдруг оказалось, что я не могу полагаться на своего "капитана". И вообще ни на кого, кроме себя. Даже с Лирой меня больше никакой ошейник не сковывал. Я был свободен.

— М-м-ф... Сэм... — Флаттершай в бреду зашевелилась у меня на руках. Её ушки вздрагивали при каждом вскрике Лиры вдали. Из закрытых глаз потекли слёзы, когда она зашептала: — Сэм... прошу, не надо... я этого не стою...

— Пошли, — хмуро сказал я.

— Но.. — попыталась возразить Эплджек.

— Если мы сейчас не уйдём, то все здесь и останемся! Нас зажарят нахер! Всех, включая твою партнёршу, Эплджек! — рявкнул я, надел Лирин ошейник на руку, как браслет, и с Флаттершай на руках побежал к лестнице. — Давайте, шевелите жопами! Живо!

Келли ругнулась сквозь зубы и заковыляла за мной.

Эплджек обернулась к Вавиллиону — теперь уже пылавшему совсем далеко, — затем к лестнице. В её глазах появились слёзы, но она с горестным стоном стряхнула их и захромала вслед за Келли. Помогая друг другу, они добрались до лестницы и следом за нами с Флаттершай начали подниматься вверх, к двери... и к свободе.

## Глава десятая, в которой я Вигго Мортенсен, а она Миранда Отто

Когда я был мелким — действительно мелким, ещё пока яйца не опустились, — я пересмотрел чёртову уйму фильмов ужасов. Из-за этого у меня в голове укоренилась идея, что смерть — это по-настоящему жуткая, страшная штука, когда тебя потрошат, сжигают заживо или рубят на куски мачете. Позже, когда я стал немного старше и гораздо циничнее и осознал, что смерть неизбежна, я сжился с этой мыслью, просто перестав о ней думать. Конец жизни стал для меня нейтральным фактом, таким же бесцветным и скучным, как кислород. Смерть для меня была бессодержательным понятием, и жизнь тоже стала блёклой и тусклой благодаря такой философии. Важен был только текущий миг — от пива к пиву, от урока к уроку — с короткими вспышками автомобильных фар и кликов по порнороликам в промежутках.

В Тартаре я узнал, что значит быть убийцей, жертвой и выжившим одновременно. Я повидал ужасы, перевернувшие бы жизнь многих исследователей. И всё-таки, когда я поднялся по ступенькам вместе с Келли и Эплджек и с Флаттершай на руках, и прямо передо мной оказалась сияющая дверь, ведущая к свободе, я увидел впереди совершенно новый отрезок жизни, но в этой жизни больше не было смысла. Из неё исчезли краски. Из неё исчезла надежда. Из неё исчезла...

— Лира... — всхлипнула Эплджек, преодолев последние ступени и привалившись к дверной раме. — Ох, Лира... — Она провела здоровым копытом по заплаканному лицу и с дрожащими губами взглянула на нас: — Помоги нам Селестия. Что мы скажем Бон-Бон?..

— Мы скажем ей правду, — сказала Келли, когда я уложил Флаттершай рядом с ней. — Точно так же, как мы расскажем нашим друзьям про Эйса и доктора Хувса...

— И Клауд Кикер, и Тандерлейна, и К-Кэррот Топ... — Подавив всхлип, Эплджек обхватила себя ногами. — Ох, небеса светлые, сколько же их было...

— Эплджек... — протянув здоровую руку, Келли сжала ей плечо. — Ещё будет время оплакать всех. Но сейчас нам сперва надо открыть дверь.

— У тебя это всегда выходило лучше, Келли.

— Я бы с радостью, вот только моя рука...

— Я открою, — решительно сказал я, опускаясь на колено перед круглым запирающим механизмом и начиная щёлкать переключателями. — Думаю, выйдет быстро. В конце концов, я раз десять видел, как эта хрень делается... — я постепенно замолк и опустил глаза, ощутив, как по спине пробежали ледяные мурашки.

Келли сглотнула.

— Шон, — заговорила она дрожащим голосом, — я знаю, тебе сейчас нелегко. И... сейчас не... не тот случай. Тебе не надо притворяться...

— Цыц! — прошипел я, нахмурившись. — Мне просто надо открыть эту чёртову дверь, пока поле телепортации не вырубилось.

На щеке Келли блеснула слеза.

— Шон... — прошептала она.

— Слушай, ты хочешь отсюда выбраться или нет?! — рявкнул я. Тут снизу раздался громкий рёв. Адский полумрак на миг озарился алым светом и вновь потемнел. Я чуть помедлил, нахмурился сильнее и саданул кулаком по пульту.

Последний переключатель встал на место, и дверь открылась. За круглым проёмом сиял широкий столб магического света.

— Ох, мать-земля, — пробормотала Эплджек, невольно шмыгнув носом. — Никогда бы не подумала, что вблизи это так красиво.

— Ага, ну, короче, не будем терять время, — сказал я, хотя мой голос звучал так, будто был в миллионе километров от меня. Но я продолжал говорить, как если бы общался с каким-то идиотом, провалившимся в сельский сортир километровой глубины. — Мы же только ради этого и сражались.

— Шон...

— Леди и пони первыми, — пробурчал я и зыркнул на Келли взглядом, который нокаутировал бы самого Майка Тайсона.

Она кивнула. Опираясь на спину Эплджек, она пригнулась и вместе с ней проковыляла в сияющий свет за дверью.

— Флаттершай? — взволнованно позвала Эплджек, обернувшись через плечо. — Дорогуша, мы отправляемся домой! Слышишь?

— Домой... — Флаттершай зашевелилась, вздрагивая от ожогов. — Не... не хочу... идти одна... — прошептала она в болезненном забытьи.

— Ты не одна, сахарная, — ответила Эплджек, улыбнувшись сквозь слёзы, и устало посмотрела на меня: — Я смекаю, тебе придётся её нам передать.

— Всё схвачено, — тихонько ответил я и поднял пегаску на руки. Когда я опустился на колено, чтобы переложить её в объятия Келли и Эплджек, я почувствовал, как она тычется в меня мордочкой и шепчет:

— Прошу, не надо...

— Тише, Флаттершай, — проворчал я. — Мы сейчас пронесём тебя в дверь...

— Пожалуйста, Сэм... — Она дрожала. Мордашка у неё была вся в слезах. — Все заслуживают жизни, и ты тоже. Не надо... не делай этого...

Я ощущал, как она шевелится, прижимаясь к моей груди, такая мягкая, хрупкая и охренительно реальная. Сколько лет я сидел по уши в говне, в которое превратил свою жизнь? Как легко было рассуждать о равнодушии и одиночестве, когда на самом деле это была лишь завеса, чтобы скрыть нечто такое, чего мне не хватало духу увидеть до этого самого бесконечного мгновения. Оно поцеловало меня с нежностью пули, перебившей позвоночник, парализовало и воссоздало заново, так что я и сам, кажется, готов был телепортироваться на сто миль в один чих.

Может, я и не понял, в чём смысл жизни и смерти, зато понял, в чём смысл меня самого. Или хотя бы что надо сделать, чтобы его найти. Потому что если убрать смысл, то что у тебя останется, чтобы ценить или просирать? Я осознал, что вся моя оставшаяся жизнь, хоть уныло долгая, хоть ужасно короткая, не будет стоить и трёх слов, если я сейчас не сотворю нечто феерически дурацкое. Ну, а хрен бы и нет? Именно дураки проходят испытание временем и остаются в истории. Кто знает, может, дело действительно в том, что дуракам счастье. Просто они слишком дурные и несерьёзные, чтобы открыть миру этот секрет.

После стольких дней убивания монстров и беготни с пони я начал чувствовать себя очень-очень несерьёзно. И каким-то чокнутым, поехавшим образом это чертовски раскрепощало.

Кажется, прошёл миллион лет, но я наконец передал Флаттершай Келли и Эплджек. Она заворочалась у них в объятиях, когда они уложили её рядом с собой в магическом свете.

— Ладно, Шон. Теперь залезай сюда сам, пока не... — начала Келли и осеклась, увидев, как моя рука легла на пульт снаружи. — Шон?..

— Не смотри на меня так, — пробурчал я, нажимая переключатель. Круглая дверь задвинулась на место. — А то у меня не встанет.

— Какого сена?! — ахнула Эплджек.

— Шон! — Келли повисла на двери, глядя на меня через решётку. — Ты что творишь?! Открывай дверь и лезь сюда!

— Через пару секунд это будет трудновато, — сказал я, запирая остальные переключатели.

— Но... но?! — Келли, казалось, сейчас удар хватит.

— Он возвращается... — пробормотала Эплджек, поймав мой взгляд. — Так, Шон? Ты хочешь вернуться за ней...

— Ну, сама-то она за собой вернуться не сможет, правильно?

— Шон! — прошипела Келли, до белых костяшек вцепившись в прутья. — Лира это сделала не просто так! Если Вавиллион её ещё не сжёг, то скоро сожжёт! Не дай её жертве пропасть зря, не делай глупости! Ты должен освободиться отсюда!

— Ага, наверное. — Я вытащил меч и двинулся к лестнице. — Только я, кажется, билет потерял.

— Да чёрт побери тебя, Шон! — взвыла Келли. — Это самоубийство! Что ты, нахрен, пытаешься доказать?! Ты не выживешь!

Остановившись, я обернулся к ней и снова услышал свой голос откуда-то издалека:

— Выживание — это ещё не всё, — сказал он. Затем я нахмурился и гневно ткнул в неё пальцем: — А теперь катись отсюда нахер, пока я тебе вторую ногу не продырявил!

Келли моргнула. И медленно улыбнулась неожиданно прекрасной улыбкой сквозь слёзы:

— Ты всегда был чокнутой бестолочью, Шон.

— А ты — сексуальной. Береги там свою задницу, слышь? — Я перевёл взгляд и кивнул: — Эплджек...

— Я смекаю, мне тоже фланки свои поберечь?

— Хотя бы родным своим в этом не мешай, когда к ним вернёшься, — ухмыльнулся я.

Она почти прыснула со смеху. Почти. Её зелёные глаза смотрели тепло и искренне, когда она покрепче обняла Флаттершай:

— Я всем пони расскажу о тебе, Шон. Ты точно самый чокнутый из всех человеков.

— Пусть лучше Лира расскажет, — ответил я.

Если они и пытались что-то сказать в ответ, то были слишком поглощены яркой вспышкой света вокруг себя. Я заметил, что сочные губы Келли шевелились, но что именно она мне кричала, уже не узнал. И подозревал, что, может, и не узнаю никогда. Один миг — и все трое исчезли. За дверью стало темно и пусто, не считая трёх ошейников, брякнувшихся на пол.

А потом всё кругом слилось в размытые полосы, когда я ломанулся вниз по лестнице, как грёбаный паровоз. Это было слишком медленно, и я стал прыгать через ступеньки. Но и этого было недостаточно, так что я перехватил меч словно крыло, запрыгнул на бордюр с краю и, рассыпая из-под ног искры, заскользил вниз.

Мир впереди делался краснее и жарче. Я спускался в ад, сотворённый ангельской жертвой моей партнёрши. Рёв Вавиллиона становился всё громче и громче. Я со смесью надежды и ужаса вслушивался в другой, тонкий голос, звучавший там же, и моё сердце каждый раз вздрагивало. Лира вскрикивала и взвизгивала. Она была жива, или умирала, или и то, и другое сразу. Ещё никогда в жизни я так сильно не хотел кого-то обнять и убить. Мне казалось, что я могу изрыгать огонь и ссать пулемётными очередями. Пожелай я прошибить насквозь всю планету — думаю, даже гравитация пошла бы на хер.

Лестница кончилась, и я перешёл на бег. Я мчался, нёсся, летел по уступу, мимо горящих обломков, следов огня и оседающих облаков пепла. Впереди сверкали зелёные вспышки Лириной магии. Единственный способ, которым она могла так долго продержаться в этом одностороннем бою — это не сражаться, а всё время телепортироваться с такой скоростью, какую рог позволял.

Когда я наконец добежал, мои страхи рассеялись и подтвердились одновременно. Лира была жива, но еле-еле. Она как раз отчаянно старалась удрать из-под удара Вавиллионова меча, одновременно безуспешно пытаясь телепортироваться. Удар прошёл мимо, но чудовищная мощь и жар огненного клинка отшвырнули Лиру в сторону. Она вскрикнула и покатилась по полу, размахивая ногами. На её теле виднелись пятна опалённой шёрстки, от лица шёл пар из-за испарявшихся слёз, а Вавиллион, разъярённый и пылающий гневом, снова занёс меч, чтобы разрубить Лиру надвое.

Сразу два арбалетных болта воткнулись в горящие плечи инкуба. Взревев не столько от боли, сколько от возмущения, Вавиллион отшатнулся и принялся вертеть головой по сторонам, пока не...

— Эй, кросавчег!

Он обернулся ко мне и выпучил глаза. Я шагал ему навстречу с арбалетом в одной руке, мечом в другой и самой суровой рожей посередине.

— А ну, отъебись от моей маленькой пони!!!

— Ты вернулся?! — клыкасто ухмыльнулся Вавиллион и выставил перед собой меч. — Возможно, я ошибался. Возможно, нам так и не удалось вывести из вас идеальных солдат...

Я рубанул его мечом по лодыжке.

— А-а-а!!! — Он отпрыгнул назад, брызнув кровью и серой.

— Давай-давай, треплись дальше, говнюк! — прошипел я.

Он не стал. Вместо этого он...

— Рр-р-ра-а-ар-р! — ...полновесно замахнувшись, ударил меня собственным мечом.

Раньше я бы увернулся, перекатился или обоссался, избегая его удара. Но теперь я нагло остался на месте и парировал, перехватив меч обеими руками. Сжав зубы и напрягая все мускулы до предела, я выдержал его удар, и светящиеся глаза Вавиллиона моргнули от удивления. Я вообразил, что это был страх. А почему нет? У него были все причины меня бояться. Фигуральный Стив Бушеми у меня в подсознании только что пропёр Клинту Иствуду.

— Ха-а-а! — Я рывком оттолкнул пятиметрового демона, дважды сшибся с ним клинками и полоснул по открывшемуся запястью. Он вскрикнул от боли, и я заодно достал его по колену. — Н-на тебе, сукин с...

Его ступня впечаталась мне в грудь.

Я отлетел. Буквально воспарил в воздух, перекувырнулся и шмякнулся рядом со слабо шевелящимся телом моей партнёрши. Вздрагивая, я взгромоздился на ноги, опираясь на меч. Доспехи на мне дымились. Тяжело дыша, я наклонился над пони:

— Лира? Лира, вставай, если можешь! Беги, я займусь этим убл...

— Гори!

Всё вокруг озарилось злобным багровым светом. Крутанувшись, я увидел летящий в меня огненный шар, подпрыгнул и взмахнул мечом снизу вверх. Когда клинок с огромной силой столкнулся с шаром, мне показалось, что у меня сейчас руки переломятся, но зато этот удар отбил бомбу в сторону, отправив её в остатки стальных островков над пропастью.

Мощный взрыв расшвырял повсюду обломки и ржавчину, а Вавиллион уже мчался ко мне на полной скорости, чертя крыльями огненный шлейф. Чиркнув по полу концом меча и брызнув искрами, он замахнулся на меня.

Я пригнулся, перекатился и встал на колено, одновременно рубанув его по груди.

Он просто остановился и схватил мой клинок голой рукой.

Я моргнул.

— Вот чёрт...

Вавиллион пригнул голову и блеванул в меня огнём.

Я едва успел увильнуть в сторону, обильно вспотев. Зарычав, я выпустил меч, оставив его у инкуба в руке, перенёс вес на одну ногу и высоким пинком врезал по рукояти другой ногой.

Меч прорезал ладонь инкуба и воткнулся в плечо.

— А-а-а-а!!!

Подпрыгнув, я повис на рукояти, своим весом выдернув меч из инкуба. Падая, я выхватил арбалет и вогнал очередь болтов — самых последних — прямо Вавиллиону в туловище.

Инкуб зашатался, когда из его живота пророс лес металлических перьев. Брызжа дымом и кровью, он попытался наступить на меня. Я перекатился набок. Он повторил попытку, и я увернулся снова. С третьего раза ему удалось придавить меня к полу. Я зашипел от боли, чувствуя, как его огненная пятка жжёт меня сквозь доспехи. Оскалившись, я бил, рубил, колотил его мечом по ноге... пока он не схватил меня за шею.

— Благородная битва... — прошипел Вавиллион, подняв меня и швыряя через весь уступ, — ...для воина-плебея.

На этот раз я летел по воздуху добрых секунды три. Тяжело грохнувшись, я перевалился на бок, дёрнувшись от острой боли в груди.

Сотрясая пол, инкуб топал ко мне, волоча за собой свой меч.

— Весь смысл этих опытов был в том, чтобы выковать из вас, смертных, новую армию для Тартара, — прорычал он. — Силу, безмерно более могучую, чем адские легионы прошлой эпохи. Чтобы через тысячу лет под предводительством Сизифа люди и копытные возвестили конец этой мультивселенной...

Я сплюнул и зашипел на него:

— Поздновато уже для завязки сюжета, ты, мудила... — и захрипел, когда он всем весом наступил на меня.

Глумливо ухмыляясь, Вавиллион вдавливал пятку мне в грудину:

— Ты что, не понимаешь? Все твои надежды тщетны! В какого бы бога ты ни верил, он мёртв!

— Не-а... — кроваво осклабился я и с трудом приподнял меч. — Исайя Томас ещё жив, сука.

Он отпихнул мой меч в сторону и заорал, брызгая демонической желчью:

— Что за жалкий ты шут, если смеешь улыбаться перед лицом агонии?! — Нахмурившись, он широко открыл пасть и выблевал в ладонь свежую бомбу. — Впрочем, смертный, какая разница. — Высоко подняв огненный шар, он оскалил клыки: — Пожалуй, сейчас я доставлю себе удовольствие и сожгу твои лёгкие в пепел. Посмотрим, как ты будешь тогда шутить, человек. Послушаем твой наглый смех, когда ты...

Прямо в этот момент откуда-то со стороны прилетела одинокая зелёная молния. Она угодила точно в бомбу, ярко сверкнула внутри и подорвала её. Наверное, для Вавиллиона это был бы сущий пустяк... если бы он не сжимал свой адский снаряд в кулаке.

— А-А-А-А!!!

Согнувшись и скорчившись, инкуб скрылся в плотном облаке серы. На пол плеснуло кипящей кровью. Я отполз, чтобы эта едкая дрянь не добралась до меня. Вскоре я сумел встать, оперевшись на меч, и бросил взгляд в сторону.

Глаза Лиры светились тем же светом, что и рог. Затем свет померк и она со стоном осела на пол, безвольно раскинув ноги.

Я снова повернулся к дымному облаку, начинавшему рассеиваться. Вавиллион уже не возвышался надо мной. Теперь он сгорбился, упав на колени и прижимая левую ладонь к тому, что осталось от его... правого бока. Взрыв разнёс ему не только кисть, но и всю руку с изрядным куском плеча. Извергая из огромной раны потоки пепла, инкуб трясся от боли.

— Н-н-н-нгх... проклятые пони! Спаси меня, Тёмный Владыка! Молю тебя!

— Слышь, ты.

Он поднял глаза, широко открытые от ужаса.

Я стоял перед ним, высоко подняв меч. Выразительно откашлявшись, я проронил:

— Бу-го-га.

И ударил.

Вавиллион перестал глазеть на меня. Вероятно, это было как-то связано с тем, что глаза повисли у него на плечах. Мой клинок прогрыз себе путь аж до середины его груди, развалив всё, что выше, пополам, начиная с черепа. И какой бы там дух ни населял тело демона, теперь он покинул его, оставив труп дёргаться и остывать, истекая мерзкими жидкостями.

Тяжело дыша, я отступил назад и заметил своё отражение в луже крови. Смотрелось оно чертовски клёво.

— Фу. И жил ты как говно, и сдохнув навонял. — В следующую минуту мой меч лязгнул об пол — я выронил его, вдруг разом прочувствовав все ожоги и ушибы на теле. Но ничто не могло мне помешать броситься — ковыляя — к хрупкой единорожке, лежавшей в нескольких метрах в стороне. — Лира?..

— Н-н-н... — Она судорожно дёрнулась.

— Лира. Скажи что-нибудь... — я опустился рядом с ней на колени и коснулся её шёрстки. — Ты нигде не ране...

— Н-н-н...А-а-а! — вскрикнула она и отпрянула. — Нет! Нет! А-а!

— Лира!

— Не надо! Умоляю!

— Лира, всё хорошо! — Я схватил её... точнее, обнял. Прижал к себе, крепко-крепко, прямо к груди, удерживая её брыкающиеся ноги. — Всё хорошо! Это я!

— Ш... Шон?..

— Это я, Лира.

— Ох, Шон... — Она всхлипнула.

— Всё хорошо. С тобой всё будет хорошо.

— Но... но... — Она заикалась. В её глазах показались слёзы. — Но Келли и девочки...

— С ними всё в порядке. Келли, Эплджек и Флаттершай отправились домой.

— А Вавиллион... Вавиллион же...

— Мёртв. Битва с боссом закончена, вставьте диск номер два. Мы победили.

— Ты... — Лира склонила голову набок, и в её влажных блестящих глазах я увидел свою физиономию. Почему-то меня почти не удивило, что она тепло улыбалась. — Ты в-вернулся за мной?..

— Ага. Совсем чокнулся, да?

— Но... — Она задрожала, шмыгнула носом и подавила всхлип. — Но ты же мог отправиться домой. Ты мог освободиться...

Я открыл рот, но помедлил с ответом. Холодная тьма вокруг и вонь от трупа Вавиллиона куда-то отдалились. Я чувствовал только тёплые ноги Лиры у себя в объятиях. Она была хрупкой, наивной, но такой восхитительно живой. Я вспомнил, как эта странная лошадка напрыгнула на меня, наорала на меня и потом рыдала возле меня. Жизнь, при всей своей долбанутой всратости, оказалось, стоила того, чтобы её влачить, — пока рядом есть кто-нибудь, кто восхищается тобой просто за то, что ты не сдаёшься.

— Я думаю... кое-кто уже освободил меня, Лира, — сказал я.

Она моргнула. Потом вздрогнула и крепко зажмурилась.

— Я... Я н-не знаю, что сказать...

— Тс-с-с. Тогда и не надо, — ответил я, покрепче прижимая её к себе посреди бездны между мирами. — Не говори. Не думай. А самое главное — не волнуйся. — Я принялся тихонько раскачиваться, баюкая её и гладя по стриженой голове. — Я тебя не оставлю. Никогда больше.

— Ох, Шон... — Она не стыдясь расплакалась, и её слёзы промыли чистую дорожку в оставшемся от Вавиллиона пепле, покрывавшем мои доспехи. — Здесь, внизу, так ужасно. Я больше не могу. Я не могу это вынести...

— Всё нормально, — улыбнулся я, чувствуя себя очень непривычно. — Тебе не придётся. Мы найдём отсюда выход. И вернём тебя домой, Лира. Вернём тебя к Бон-Бон. Вот увидишь.

— Я так п-п-по ней скучаю... — выдавила она, а дальше пошла совсем уж бессвязная лирика. Я пережидал, пока она наплачется. Меня это больше даже не бесило. Вдруг оказалось, что даже самые дурацкие штуки можно и потерпеть, если они помогают сотворить невозможное — например, согреть тебя посреди подземного мира. В тот момент я не сомневался, что мы целыми и невредимыми вернёмся домой. Как хороший солдат, я крепко обнял Лиру и выдавил все сомнения через её слёзы.

Забавно, насколько легко забыть, что у несчастий есть и вторая сторона. Когда мы стареем и слабеем — по мере того как годы, войны и биржи берут своё, — радости жизни никуда не деваются. Они просто прячутся, словно конфетные фантики под старым потёртым ковриком у лентяя в спальне. Мне понадобилась уйма времени и приключений на жопу, но, кажется, я теперь понял. Чтобы найти счастье, надо просто иногда поднимать коврик и вспоминать сокровища, которые мы обретали в прошлом.

Я мало что знал об этих дурацких говорящих пони, но, похоже, они проскочили тот поворот во тьму, на котором свернули люди. На протяжении общей истории всего ржущего счастье всё время было прямо у них под носом. Может, Сизиф задумал уничтожить оба наших разумных вида, столкнув нас через какую-то космическую прореху. Я понятия не имел, даст ли осечку его великий демонический план, но одно знал точно: мне понадобилась нехилая доза ада, чтобы познать рай. Может, в Тартаре требовались солдаты как раз с такой поехавшей подготовкой. Но, что бы там ни собирался получить Сизиф, я подозревал, что через тысячу лет всё это кончится очень-очень счастливой мультивселенной.

Я не помню толком, сколько мы так сидели с Лирой. Обнимашки были мне в новинку, а секундомер я оставил дома, вместе со здравым умом, и отлично обходился без них обоих. Почему-то Лирина улыбка более чем стоила того, чтобы просрать билет на свободу.

— Я думаю, нам пора двигаться, — сказала наконец Лира. Рыдания уже отпустили её, сменившись спокойным ровным дыханием. — Где-то в этой пещере ещё осталась половина армии, и рано или поздно они найдут другую дорогу на этот уступ.

— Ха, — отмахнулся я, вытирая меч от крови демона и вкладывая его в ножны. — Ещё тролли и орки? Что-то я вдруг проголодался.

— Хи-хи-хи... — Лира тепло улыбнулась. Она заканчивала прилаживать последние части серебристой брони, которая свалилась с неё при первой телепортации. — А что ты собираешься делать с... — она указала мне на руку. — Ну, с этим?..

— Хм-м? А, с этой штукой? — Я покрутил понячий ошейник, висевший у меня на правом бицепсе. — Не знаю. Выбросить его не выйдет, сама понимаешь. Он меня шарахнет, как только я отойду.

— Может, ты хочешь, чтобы я... гм, надела его снова, или что?

— Я вернулся тебя спасать, потому что ты бесценная, — проворчал я. — А не безмозглая.

Она снова тихонько захихикала.

— Ну, пожалуй, тебе он идёт. — Она вдруг ухмыльнулась. — У меня дома пони назвали бы его как-нибудь вроде "браслета дружбы".

— А у меня дома его бы назвали так же пафосно, но немножко менее глупо.

— Хи-хи... Но он правда на тебе хорошо смотрится.

Я набрал в грудь воздуха... и просто пожал плечами:

— Пожалуй, он и чувствуется тоже хорошо...

Она кивнула.

— Гм, Шон...

— Что? — Я поднял бровь.

Она поманила меня копытом.

Вздохнув, я опустился перед ней на колено:

— Ну, чего?

Лира вдруг приподнялась на дыбы и ткнулась в меня мордочкой, потеревшись щекой о щёку.

Я растерянно заморгал. Она снова опустилась на все четыре, и я спросил:

— Это что сейчас было?..

— Спасибо, что вернулся за мной, — шепнула она. — Я... я ужасно благодарна, особенно учитывая, чем тебе пришлось пожертвовать.

— Пф-ф... — пожал я плечами, поднимаясь. — Да что эта дыра, что Детройт, один хрен.

— Правда? — Она потрусила вперёд. — Вот так всё просто?

Я зашагал вместе с ней к отвесной стене на краю уступа.

— Мне обязательно надо объяснять?

— Нет, — покачала она головой. — Нет, Шон, думаю, что не надо.

— Хорошо...

— Но пока ты здесь... гм...

— Что?

— Может, я смогу побольше узнать о тебе?

— Хех. И что такого обо мне стоит знать?

— Всё. Абсолютно что угодно! — взглянула она на меня большими глазами. — Потому что до тех пор, пока я всё ещё жива, я хочу побольше узнать о причине этого.

— Так вот я тебе кто? Просто "причина"?

— Ну... — Она улыбнулась. — Почему бы тебе не раскрыть эту тему?

Я пожал плечами.

— Я просто обычный парень, который халявно учится в колледже и иногда берёт пару пива...

— И любит смотреть на Келли.

— И был бы не прочь облить этим пивом Келли и не спеша облизать...

Лира по-детски захихикала.

— Хех. — Я ухмыльнулся, подняв бровь. — Однако. Я думал, эта шуточка для тебя будет чуток ниже... гм... рога.

— По-моему, ты просто боишься меня испытать.

— Да ну?

— М-м-м-хм-м.

— Что ж, — начал я. — Как-то летом в Миннеаполисе я заночевал с двумя офигительными сестричками, которые на следующий день собирались на конвент...

— Правда?

— Угу.

— И вы всю ночь рассказывали друг другу страшные истории?

— Вот, видишь? — указал я. — Так я и знал, что не выйдет.

— Прости... — Лира повесила голову.

— Эй! Не надо извиняться. Ты рождена, чтобы быть няшей-стесняшей. Это у тебя в крови, как есть сено и отгонять хвостом мух.

— Может, нам стоит попробовать как-то иначе...

— А как насчёт такого: давай ты сама мне расскажешь байку? — взглянул я на неё.

— Свою?..

— А хрен бы и нет?

— Ну, однажды был такой случай: сидела я на скамейке...

Источник